Уакерос
Шрифт:
– Чтобы можно было поджарить на костре и наесться до отвала.
Парень широко развел руки в стороны. Мол, здесь этого добра сколько угодно.
Наконец, охотники удалились, оставив молодых людей наедине.
Несмотря на почти недельное пребывание в плену, Хоакин не ударил в грязь лицом. У него были и сила, и желание. А главное, он тонко чувствовал женщину, давая ей то, что она хотела получить. В общем, Бетси осталась весьма и весьма довольной их первой близостью.
Потом, лежа на широкой мускулистой груди парня, она поведала ему
– Представляешь! – захлебывалась Элизабет. – У неё как бы два лица. То она кажется гигантской змеей, то молодой красивой женщиной!
– Очень красивой? – поддразнил ее юноша.
– Ты у меня смотри! – двинула его кулачком в бок девушка. – Нечего на других женщин засматриваться.
– Даже если они богини? – состроил невинное выражение лица мексиканец.
– Тем более!
Хоакин тоже рассказал ей о своем похищении, плене и обстоятельствах побега.
– Я сам толком не понял, что произошло. На меня как будто нашло затмение. Вдруг показалось, что вместо рук у меня выросли большие перепончатые крылья, а сам я стал чем-то вроде… летучей мыши. А Тикисоке, так тот и вовсе превратился в орла. Наверное, Федерман пичкал меня какой-то дрянью. Он ведь и сам наркоман, и над другими любит ставить эксперименты. Я слышал краем уха, что у него в лагере работает целая лаборатория, занимающаяся составлением новых видов наркоты.
– Хм! – возмутилась Элизабет. – По-твоему, и я дури нанюхалась перед тем, как мне явилась Фуратена?! Слишком ты все просто объясняешь, по-мужски.
Она вскочила с постели и, открыв тайник, извлекла оттуда свои находки.
– Смотри! Это что, тоже галлюцинация? А между тем все это подарки женщины-змеи. Она мне разрешила забрать часть своих сокровищ, веками скапливавшихся на дне озера!
– Эй, вы, любовнички, не ссорьтесь! – раздался из-за полога палатки насмешливый голос.
Бетси, вдруг заметив, что на ней практически ничего не надето, громко взвизгнула и забралась под простыню.
– Бессовестный! – возмутилась она. – Вуайерист несчастный! Ты уже давно здесь?
Хоакин ничегошеньки не понимал.
– Достаточно, – отвечал голос. – Но я ровным счетом ничего не видел.
– И не слышал?
– Этого я утверждать не стану.
– Дай людям одеться, шпион всех времен и народов!
– Да ради бога! Я что, мешаю? Меня здесь вообще нет.
Наскоро приведя себя в порядок, молодые люди выскочили из палатки.
В кресле-качалке, так полюбившемся Тикисоке, развалился улыбающийся мистер Персиваль Лоуренс. На сей раз он не стал мудрствовать лукаво и облачился в излюбленный костюм местных мачо – пятнистую униформу коммандос.
– Познакомься поближе, – представила его Хоакину Элизабет. – Лучший агент Центрального разведывательного управления США, а также мой давний приятель Перси Лоуренс. Для друзей просто Мочалка Перси.
– А в костюме гадателя ты выглядел гораздо колоритнее, – пожал руку негра мексиканец.
– Неужели моя тогда так плохо замаскировалась, что ты мою сразу узнал? – с деланным ужасом воскликнул Лоуренс, переходя на шутовской
– Что-нибудь случилось? – встревожено нахмурилась девушка.
Не к добру эта буффонада, ох, не к добру.
– Ну, в общем-то, да, – признался цэрэушник и поведал о вещах весьма серьезных и невеселых.
Прежде всего, он рассказал о набеге парамилитарес Федермана на индейскую деревню и о нелепой гибели вождя, человека почтенного и уважаемого соплеменниками.
– Насколько я понял, гнев Вальтера был вызван твоим побегом, – кивнул Перси Хоакину и тот потупился.
Слишком дорогой оказалась цена его свободы.
– И он снова останется безнаказанным? – возмутилась Бетси.
Американец покачал головой. Вскоре, сказал он, в этом районе должна начаться секретная операция ЦРУ, направленная на очистку территории от бандформирований и наркоторговли. Особенно заинтересовала Перси информация, сообщенная Хоакином, о секретной лаборатории Федермана. Эти сведения могут ускорить начало военных действий против террористов. Правда, лазутчики сообщают, что за последние сутки в лагере парамилитарес начали твориться вещи непонятные, необъяснимые. Словно кто-то разворошил гигантский муравейник и заливает его водой, пытаясь уничтожить вредоносных насекомых.
Не ясно и в отношении немецких друзей Бетси. По одним свидетельствам, им тоже удалось сбежать от Федермана, по другим – их снова поймали. И опять упустили. Но это дело у Перси на особом контроле. В ближайшее время он наведет порядок в работе своих информаторов.
Зато оживились «красные партизаны». Их руководство в ближайшее время попытается получить с Элизабет остальные деньги. Не исключено, что фарковцы заинтересуются и находками археологов, в особенности золотом. Так что будет лучше, если все ценное Перси заберет с собой. Он постарается переправить их за границу, а там мисс МакДугал сможет получить свой груз и спокойно заняться его изучением.
– Ты ему доверяешь? – прошептал Хоакин на ухо подруге по-испански.
– А что мне остается делать? – так же отвечала она.
Мочалка сделал вид, что не расслышал, но слегка расстроился. Кажется, он уже не один раз доказывал Элизабет свое дружеское расположение.
– Ладно, мне пора, – засобирался он. – Удачи вам. И, пожалуйста, не говорите о моем визите вашим друзьям…
Уже на следующий день, покончив с празднествами, уакерос приступили к исследованию каменистого плато, на котором Солана и Бетси видели таинственные столбы света.
Оказавшись в этом месте, Тикисоке заметно поскучнел и стал неразговорчивым. Бетси попыталась выяснить, в чем дело, но мальчик только хмурился и прятал от нее глаза.
Решили начинать раскопки от центральной, уже пустой могилы.
Подойдя к ней, индеец опустился на колени перед отверстием в земле и, ритмично раскачиваясь из стороны в сторону, начал с закрытыми глазами и поднятыми к небу руками напевать тихую молитву.
– Ты что, знаешь, кто здесь был похоронен? – удивленно спросил Хорхе, когда парень закончил свой ритуал.