Убей страх: Марафонец
Шрифт:
— А ну стой! Ты что? Ты кто? — У солдата даже не было нужного вопроса наготове, так обескуражила его невозмутимость беглеца.
Затянутый назад в коридор, Чернов подумал было провести повторно так успешно применённый нехитрый приём то ли каратэ, то ли таэквондо, но вид автомата с пальцем на курке его охолонил. Попался. Не смог смыться. Да и глупо было бы предполагать, что из тюрьмы штаба можно так запросто уйти пешком. Рано или поздно всё равно наткнулся бы на какого-нибудь охранника. Здравый смысл заработал на полную мощность, Чернов
— Сдаюсь.
— На колени, — спокойно сказал солдат, — лицом к стене.
Чернов покорно выполнил требуемое.
— Это что же ты, собака, убежать, выходит, решил? — задал глупый вопрос солдат.
— Решил, — не стал спорить Чернов. — И уже почти убежал.
— Даже не надейся. Здесь охраны больше, чем ты себе представляешь.
Солдат достал рацию, радостно сообщил:
— Пятый — первому! На уровне «Б» ситуация три восьмёрки!
— Понял, — отозвалась рация.
— Три восьмёрки — это я? — спросил Чернов.
— Много будешь знать — плохо будешь спать, — засмеялся солдат.
Философ хренов.
Из-за угла вынырнули те двое, что ещё минуту назад проходили мимо спрятавшегося Чернова. Солдат вытянулся по стойке «смирно», но оружия от пленника не отвёл. Не иначе офицеры, подумал Чернов, вон как преданно засиял боец, на поощрение надеется небось.
— Храбрые викинги правят миром! — неожиданно проорал солдат.
Забавные у них тут приветствия.
— Храбрые… — вяло отозвался один из офицеров. — Поймал беглеца? Молодец викинг! Какой у тебя номер? Я доложу о тебе начальству…
— Восемнадцать триста двадцать три, храбрый викинг!
— Хорошо. Запомнил.
Офицер взял Чернова за голову, развернул к себе лицом, улыбнулся, показав безукоризненные зубы. У всех они тут безукоризненные, все они тут улыбаются почём зря.
— Ну что, беглец-бегун, отловили тебя? Не далёко же ты убежал.
— Это ещё кто кого поймал, — не согласился Чернов. — Я сам на вашего храброго викинга наткнулся.
— Какая разница? Главное, что наткнулся. Вставай, пойдём. Тебя Свен искал, а ты смыться задумал. Нехорошо выходит, человек заждался.
Заждавшийся Свен обитал в тесном кабинете с давно не мытым окном и зелёными потрескавшимися стенами. Чернова привели, усадили на стул, для охраны оставили гордого собой бойца номер восемнадцать триста двадцать три.
— Слышал, слышал о твоём героизме. — Свен был само дружелюбие. — Напал на охранника, потомства его, возможно, лишил. Он-то у нас пока ещё и первой жены себе не нашёл… Бойкий ты, однако, парень, Бегун. Хочешь, чтобы я по-прежнему тебя так называл?
— Да, — буркнул Чернов.
Показушная доброта Свена ему не нравилась.
— Ну, как скажешь. Этот эпизод, я имею в виду нападение на нашего сотрудника, тебе даже не очень сильно навредит. По большому счёту, тебе же всё равно, по скольким статьям быть осуждённым — по трём или по четырём?
Неожиданный поворот сюжета.
— Осуждённым? Нет, не всё равно. О чём ты?
— Поясняю:
— Говорю… — Чернов решил задуматься. Перед чистосердечным признанием полагается всё взвесить и оценить. — Скажу вот что. Гранаты я нашёл в лесу на горе. Они — вашего производства, скандинавского, так что не шейте мне тут лажу!
— Чернов сам удивился, как ловко он подобрал слова на чистом шведском, эквивалентные русской фене. — Я их нёс сдавать. А патрульный ваш даже слова сказать не дал — врезал по лбу без разбирательств, и всё. Благие намерения — псу под хвост. Что до уклонения от показаний, так не уклонялся. Всё показал. Всё правдиво от точки до точки, если можете проверить — проверяйте…
— Проверим, — кивнул Свен.
— Так, дальше… — Чернов перевёл дыхание.
Думал было продолжить оправдательные речи, но вдруг сообразил: как же жалко он сейчас выглядит, храбрый и к тому же вечный Бегун! Сидит, лопочет что-то, пытается облегчить себе участь, будто и впрямь ему грозит какой-то суд. Чушь! Это же просто этап в Игре, который надо пройти. И Свен, самоуверенный простак-скандинав, лишь проходной персонаж, опорная точка Действия. А Действие разворачивается само по себе, никого не спрашивая, не подчиняясь никаким законам, но лишь воле Главного Режиссёра или Игрока…
Видимо, весь ход мыслей отразился на лице Чернова, да так отчётливо, что даже явно далёкий от науки физиогномики вояка Свен всё моментально расшифровал. И немедленно отреагировал на расшифрованное:
— Тебе кажется, что всё это не всерьёз? Неужели, бегун, ты не понимаешь до сих пор, в какую непростую ситуацию попал? Не прикидывайся дураком, всё очень серьёзно. В районе — чрезвычайное положение, и его законы распространяются на всех. Впрочем, к чему слова? Я объясню делом, и ты наверняка всё сразу поймёшь. Бьерн! Найди ему его обувь, мы съездим на прогулку!
Бьерн метнулся за дверь, и через минуту, озадаченный речью Свена, Чернов уже топал в своих родных растоптанных «рибоках» по длинным коридорам штаба. Свен и Бьерн проводили его через многочисленные посты охраны, через бесконечные железные двери, и когда они наконец-то вышли на белый свет, Чернов внутренне согласился с не раз декларированной ему мыслью: смыться отсюда запросто — как он надеялся — абсолютно невозможно. Тем более что сам штаб стоял в центре некоего военного городка, где каждый был одет во всеобщую зелёную форму, а некоторые ещё носили каски с рожками. Викинги — что тут скажешь! Таким образом, босой и малость потрёпанный Чернов не имел бы никаких шансов остаться незамеченным в этом месте. Плюс чрезвычайное положение, диктующее чрезвычайную бдительность.