Убик
Шрифт:
– А кто это? – Имя ему ничего не говорило. Хотя нет – на флаконе бальзама… – Это человек, создавший почечный бальзам? Вытяжка из листьев олеандра, ментоловое масло, древесный уголь, хлорид кобальта, окись цинка… – Силы покинули его, и он замолчал.
– Использование последних достижений науки может обратить вспять процесс обращения вещей в свои предшествовавшие формы. «Убик» продается во всех хозяйственных магазинах Земли по общедоступным ценам. Предназначен только для наружного применения. Загляните за ним туда, где вы обычно совершаете покупки, мистер Чип.
– Заглянуть– куда? – Джо
– Да, мистер Чип, – девушка вручила ему сверток. – Вы вызвали меня из будущего, когда там, в аптеке, пытались преодолеть регресс. Я прибыла прямо с фабрики, мистер Чип. Если вы слишком слабы, я могу распылить препарат, хотите? Я официальный представитель фирмы и технический консультант. Я знаю, как его применять.
Она осторожно вынула пакет из его трясущихся рук, разорвала упаковку и направила на него струю «Убика». В сумерках баллончик блестел, буквы счастливо сверкали…
– Спасибо, – сказал он немного погодя.
– Вам лучше?
– Да. Да, конечно.
– На этот раз потребовалось гораздо меньше препарата, чем тогда, в гостинице. Вы потеряли меньше сил. Того, что осталось в баллончике, вам хватит до утра.
– А потом? Смогу я раздобыть еще?
– Ну конечно же. Раз уж сейчас у вас получилось вызвать меня сюда, то почему не получится снова? Теперь вы знаете, как это делать. – Девушка медленно отступала в тень.
– Что такое «Убик»? – спросил Джо, желая, чтобы она задержалась.
– Распылитель «Убика» представляет собой портативный газовый ионизатор с автономным питанием от гелиевой батареи напряжением двадцать пять киловольт, – заученно начала девушка. – Отрицательные ионы, разгоняясь в циклотроне, приобретают центростремительную тенденцию, то есть стремятся больше к адгезии, чем к рассеиванию. В поле, создаваемом отрицательными ионами, антипротофазоны, которые, как вы знаете, постоянно присутствуют в атмосфере, теряют скорость, а следовательно, и способность взаимодействовать с протофазонами. Поэтому, по законам паритета, поток протофазонов, излучаемых находящимися в состоянии полужизни людьми, возрастает, при этом полуживущий чувствует прирост жизненных сил и исчезновение ощущения холода, вызванного низкой температурой хранилища. Как вы понимаете, регрессировавшие формы «Убика» не в состоянии…
– Вы постоянно говорите одно лишнее слово, – сказал Джо. – «Отрицательный». Ионы все отрицательные.
– Может быть, мы еще встретимся, – сказала девушка. – Это большая честь – доставить вам «Убик». Может быть, и в следующий раз…
– Может быть, в следующий раз вы позволите пригласить вас на ужин? – сказал Джо.
– Поживем – увидим, – сказала девушка. Она вновь начала удаляться, уходить в тень…
– Слушайте, а кто изобрел «Убик»? – спросил Джо.
– Несколько очень хороших людей. Полуживущих. Бывают, знаете, такие, у которых душа болит за всех. Элла Рансайтер, в первую
– Встретимся в «Матадоре»! – крикнул вслед Джо. – Похоже, что Джори там неплохо поработал. Или неплохо регрессировало то, над чем он поработал! – Он прислушался, но ответа не услышал.
Бережно держа в руках баллончик, Джо направился на поиски такси. Под фонарем он поднес баллончик к глазам, чтобы прочесть надпись на этикетке.
КАЖЕТСЯ, ЕЕ ЗОВУТ МАЙРА ЛАЙНИ.
ПОСМОТРИ НА ОБРАТНОЙ СТОРОНЕ,
ТАМ ЕЕ АДРЕС И ТЕЛЕФОН.
– Спасибо, – сказал Джо «Убику». Мы одно целое с теми, кто находится по ту сторону. С полностью живущими. Пусть только словом – но они пробиваются к нам, мудрые, врачующие духи, вестники из подлинного мира. И то, что они приносят нам, греет сердце. Спасибо, Глен. Спасибо за твои стишки, этикетки, инструкции, записки. Спасибо. Ты очень помог мне.
Так думал Джо Чип.
Потом он помахал рукой, и старенький «Грэхем», бормоча, остановился у тротуара.
Глава 17
Я – Убик. Я был до того, как возникла Вселенная. Я создал солнца. Я создал миры. Я создал живые существа и расселил их там, где они обитают. Они идут туда, куда я приказываю, и делают то, что я велю. Я – слово, и никто не знает моего подлинного имени. Оно никогда не будет произнесено. Я назвал себя Убиком, но это не имя. Я – есть. Я буду во веки веков.
Глен Рансайтер никак не мог найти владельца мораториума.
– Неужели вы действительно не знаете, где он? – спросил он мисс Бисон, секретаршу. – Ясно же, что мне нужно еще раз поговорить с Эллой.
– Я обо всем распоряжусь, – сказала мисс Бисон. – Подождите в офисе 4-В, вашу жену доставят туда. В самый кратчайший срок.
В офисе 4-В Рансайтер расхаживал из угла в угол, пока не появился служащий, везущий на ручной тележке гроб с телом Эллы.
– Простите, я заставил вас ждать, – сказал он и начал настраивать коммуникационный механизм, напевая себе под нос. Через минуту работа была закончена. Проверив контакты, служащий направился к двери.
– Возьмите вот это – Рансайтер протянул ему несколько монет по пятьдесят центов, собранные по карманам. – Мне понравилось, как вы работаете.
– Спасибо, мистер Рансайтер, – сказал служащий. Он посмотрел на монеты и вдруг нахмурился. – Какие интересные деньги…
Рансайтер долго рассматривал монету. Действительно, необычные деньги, иначе не скажешь. Чей это профиль? Явно не того, кто должен быть. Но я его знаю, знаю очень хорошо…
И вдруг он узнал его.
Что же это может означать, подумал Рансайтер. В жизни своей не встречался ни с чем более странным. Все можно объяснить, но это?..
Откуда Джо Чип взялся на монетах в пятьдесят центов?
Рансайтера вдруг пронзило леденящее душу предчувствие, что, если он вывернет сейчас карманы и бумажник, все его деньги окажутся с этим надменным профилем…
Впрочем, все еще было впереди.