Убить босса!
Шрифт:
– Я к лестнице отлетел и головой ударился, – хрипел Чески, пытаясь нащупать на затылке результат столкновения с бетоном. – Меня как будто из розетки выключили, чёрт побери… Попробуй, парень, имея вес почти триста фунтов, прыгнуть спиной вперед и удариться головой о стену!
Сандра и МакКуин глупо улыбались.
– Накаркали, шлюхи, – зло проговорил Чески, дотянувшись до раны, когда его подняли на ноги.
– Какие шлюхи? – смеясь сквозь слезы спросила Сандра.
– Я лежал в кровати, а рядом две проститутки вязали шарф… С двух концов, –
Сандра притянула его голову к своим губам и поцеловала в лоб.
– Потерпи минут… двадцать, все будет хорошо.
– Да тут двадцатью минутами, детка, не отделаешься, – уверенно заявил Чески. – Двадцать лет в полиции и – ни одного выстрела. Ни одной царапины… ни одной погони… Не тряси меня, Мак!..
Прижав его руку к своей груди, Сандра подставила ему плечо. Этот мужчина был ничуть не хуже Мартынова. Ему бы о «скорой помощи» молить, а он смеется, кажется, над всеми…
– Вы не знаете, где Мартынов? – спросила она.
Чески расхохотался.
– Хорошая девочка всегда должна задавать хорошие вопросы! – закончив смеяться, он скривился от боли. – Где сейчас Мартынов, она спрашивает… Вам ли не знать, милая, что сейчас Мартынов может лететь, как капитан Америка, по небу, а может закладывать динамит под Chrysler Building, может играть в боулинг в соседнем с Paradise зале, а может идти спасать свои десять миллионов долларов…
– Какие десять миллионов? – в один голос спросили МакКуин и Сандра.
– Так, проехали… Ну, что напарник Сомерсет МакКуин, дать тебе телефон, чтобы ты позвонил своим начальникам в отдел внутренних расследований?
– Как? – изумилась Сандра.
– А вам почем знать, что это такое? – отчего-то вскипел племянник сенатора.
– У меня есть TV, – огрызнулась она. – Так ты – крысолов, парень?..
МакКуин решил не обращать больше на неё внимание. Эта девушка его раздражала. Он подхватил Чески покрепче и заговорил так, чтобы напарник понял – он, Сомерсет МакКуин, не лжет:
– Сэр, если вы думаете, что я способен писать какие-то отчеты после того, как вы спасли мне жизнь… Вы мне как отец, Генри Чески, но… но вы самый настоящий козёл, коль скоро пытаетесь всучить мне телефонную трубку!
– Даже если бы и всучил, у тебя ничего бы не вышло, – Сандра произнесла это негромко, но МакКуин ее услышал и встрепенулся:
– Это почему же?
Чески неожиданно снова расхохотался, несмотря на боль. Впрочем рана на шее его не так уж и беспокоила – пуля прошла по касательной, задев лишь кожу. Он больше страдал от одышки и неудобства передвижения.
– Потому что я не позволила бы вам передать детектива Чески кому бы то ни было.
– Это как бы вы мне не позволили? – зло прошипел МакКуин.
– Я – агент ФБР, и теперь это не ваш клиент.
У Чески подломились ноги, из-за чего все как по команде сели на ступени.
– Твою мать, – только и смог выдавить детектив. –
Улыбка сошла с его лица, а что касается МакКуина, так тот просто потерял дар речи.
– Никто никого не обкладывал, – проговорила Сандра. – Я проходила стажировку в Бюро вместе с несколькими десятками будущих агентов. Каждого из нас направили по программе оперативного внедрения в различные организации, не состоящие под прицелом Бюро. Мы должны были собирать информацию, которую от нас требовали инструкторы, руководство же компаний понятия не имело, что их новые сотрудники – будущие агенты ФБР. Ты меня почти раскрыл, Генри… Я, действительно, не Сандра Эрикссон, легенда не требовала мощной проверки, стажеры были в безопасности, поэтому реноме лепилось на скорую руку…
– Иначе говоря, вы вовсе не агент ФБР, – победоносно заключил МакКуин.
– Формально вы правы, но если я, наконец, получу доступ к телефону и наберу один из известных мне номеров, то вам будет все равно, кто я – агент ФБР или всего лишь стажер. Последствия окажутся совершенно идентичными.
– Не пытайтесь меня убедить, что у вас не было ни единого шанса позвонить, – МакКуин выглядел более настойчивым, чем был на самом деле. – У вас была куча возможностей.
Взять, к примеру, бесконтрольное пребывание в кафе напротив…
– Да, я не хотела звонить.
– Справа – Бюро, слева – крысолов. У тебя, Генри Чески, замечательная компания, – пробормотал старший детектив и с удовольствием подставил лицо девушке, пытавшейся вытереть с него грязь своим платком. – Ну, а мне-то вы позволите сделать один звонок?
Не дожидаясь ответа, он вытащил из кармана трубку и некоторое время искал в книжке нужный номер. Девушка пыталась рассмотреть, какие цифры высветились на табло, но Чески предусмотрительно прикрыл телефон ладонью.
– Мистер Мартенсон, вас беспокоит детектив полиции Нью-Йорка Чески. Во-первых, хочу сказать, что рад слышать, что вы живы. Во-вторых, предлагаю встретиться и поговорить. Да, да… я знаю, что вам сейчас не до разговоров… Да, я знаю, что у вас дела! Ваши дела дымятся над моей головой! Мне известно о десяти миллионах, о вашей вражде с Малкольмом, и о том, чем вы занимались последние трое суток. Что?.. Нет, больше это никому не известно. Давайте, поступим так: вы назначите мне встречу, которая состоится через час. В любом месте Вегаса. Но только без трюков с рыбным заводом в Бруклине. Я приеду один, обещаю.
– Где он? – спросила девушка, когда Чески отключил связь.
– На внешней лестнице здания. Над нами обвалилось три этажа, спуститься по нашей лестнице у него не получилось. У меня вопрос: что будем делать дальше? У каждого из нас круг обязанностей, выйти из которого означает оборвать карьеру. Поэтому я хочу знать, что каждый из вас собирается делать сразу после того, как мы выйдем из здания. С Мартыновым я встречусь обязательно, и вы мне не сможете помешать. Но я думаю о том, что будет после, после!