Убить Ланселота

Басирин Андрей

– Да.

– Затем свершится подношение даров. Жертвенная дева отправится в пасть чудищу. – Финдир посмотрел на бирюзовую звездочку. – И за все это великолепие вы потребуете… Ну тут к ведуньям ходить не надо – Ланселота.

– Вы хорошо понимаете ситуацию, Финдир.

– Я понимаю ее еще лучше, чем вам кажется. Объясните, ваше преосвященство: для чего мне заключать соглашение? Я не люблю невыгодных сделок. Вот смотрите: в лесу прячется несколько сотен бухгалтеров… сотен, а может – тысяч. Мне достаточно хлопнуть в ладоши, и к утру из вашего черепа

сделают чашу. Храмовое чудище – Катаблефас – останется без хозяина. Пока выберут нового жреца, пока то, пока се – это пройдет время. А оно драгоценно. Варварские войска с Ланселотом во главе войдут в портал. Вы следите за моей мыслью, ваше преосвященство?

– Да-да, продолжайте.

– Продолжаю. Одна за другой падут все страны. Чудища погибнут. Я следил за происходящим в мире: вы ничего не смогли противопоставить Ланселоту. Скажите, ваше преосвященство: на кой ляд мне ваша Дюжина, если я через месяц смогу ее упразднить?

Жрец потер подбородок.

– Вы рассуждаете довольно остроумно. Однако в ваши умозаключения вкралось несколько ошибок. Позвольте, я их укажу.

– Сделайте милость.

Жрец завозился, устраиваясь удобнее. «Дивная вещь – эти шкуры, – подумал он, – надо бы и у себя в храме такие завести». Финдир услужливо протянул подушку.

– Благодарю вас, Золотой Чек. Итак, ваши упущения…

Жрец прикрыл глаза. Варвар сидел неподвижно, ничем не выдавая своего нетерпения.

– Прежде всего, Финдир, задумывались ли вы, что у меня нет дома?… У королей есть дворцы: Камении, Пустоши, Скалии. Я один без гнезда.

– Ну а Храм?

– Который из нескольких десятков? Они все равноправны. Скажу более: портал, который вы стережете, выбросит меня в любом храме по моему желанию.

– Так-так.

– Сразу же возникает вопрос: где живет Катаблефас? Он не может обитать в одном определенном храме – это значило бы, что равновесие нарушено. Что кто-то из королей обладает (пусть и неявно) двумя чудищами. С другой стороны, не может же в каждом храме жить по зверю. Ведь тогда весь Террокс попал бы под мою власть.

– Очень интересно. Простите, что перебиваю, ваше преосвященство. – Финдир пощелкал пальцами, подыскивая слово. – Я слышал, что в храме живет философствующий камень, Квинтэссенций. И что он вездесущ…

Жрец на мгновение замер, выкатив на короля круглые непонимающие глаза. Затем расхохотался:

– Квинтэссенций – зверь великий? Финдир, вы очень интересный собеседник. Когда вступите в Дюжину, уверен, станете украшением нашего клуба. Нет, думайте еще.

Золотой Чек помрачнел:

– Тогда я не понимаю.

– Зря я вас так расхвалил… Но истину принять всегда тяжело. Смотрите же!

Его преосвященство шевельнул плечами. Полушубок лопнул, и гигантское буйволиное тело полезло из рваных швов. Тускло блеснула змеиная чешуя на боках. Кожаный полог угрожающе затрещал, шатер накренился.

– Эй, эй! Что за шутки, ваше преосвященство! – вскочил на ноги Финдир.

Снаружи послышались крики. Зашелестела сталь, выходя из ножен.

– Успокойте

стражу, – приказал Катаблефас – А то они наделают дел.

– Сейчас. Подождите.

Финдир на четвереньках выполз из-под рваной кожи. Варвары окружили шатер с копьями в руках. Как бы ни повернулись события, они были готовы защищать повелителя.

Несколько минут ушло на то, чтобы успокоить их. Затем Финдир вернулся к прерванному разговору.

– Хорошо, вы меня убедили. Значит, Катаблефас и его преосвященство – одно лицо… Позвольте нескромный вопрос: отчего вы так низко держите голову?

– Она тяжелая.

– А почему не открываете глаза?

– У меня смертельный взгляд. Ничто живое не выдерживает его.

– Понятно… Могу порекомендовать хорошего оптика. Вам как союзнику полагается скидка.

– С удовольствием. Но сперва решим наши дела.

Чудище храма оказалось не настолько велико, чтобы разрушить шатер. Но пологу не поздоровилось, и холод разгулялся над шкурами. Финдир присел у очага, разводя огонь. Теперь, когда собеседник открыл свои козыри, варвар чувствовал себя гораздо уверенней.

– Может, винца, ваше преосвященство?

– Не откажусь.

– А религия? Я слышал, она запрещает вам пить.

– Да, запрещает. Но чудищам можно все.

Финдир поставил на огонь котелок с вином. Добавил корицу, гвоздику, лимон, сыпанул перца.

Зверь великий потер глаза лапой.

– Давайте рассмотрим ваш план вторжения, – прогудел он. – Вы мыслите в верном направлении. Ланселот перебьет чудищ. Ваши бухгалтеры захватят дворцы и города. Террокс окажется во власти Аларика. Но это лишь на первый взгляд.

– То есть вы думаете, что возможен второй и третий. – Финдир помешал в котелке. Винный дух разнесся по шатру.

– Естественно. Вы задумывались, что произойдет, когда вы захватите первую страну?

– Я установлю в ней порядок.

– Верно. Но это будет варварский порядок. Чтобы поддерживать его, вам придется везде оставлять войска. Ваша империя будет жить под угрозой бунта.

– Ваше преосвященство, вы же знаете, до какого сволочизма доходят люди! Нам помогут местные, бывшие чиновники и мразь, которая хочет выслужиться перед новой властью.

– Верю. Но как вы думаете, что предпримут оставшиеся властители, когда вы захватите несколько стран?

– Так далеко я не заглядывал, ваше преосвященство. Вино готово, угощайтесь, пожалуйста.

– Благодарствую. – Катаблефас принял котелок, отпил. – У вас есть лишь один Ланселот. А что вы сделаете, когда в Аларик с разных сторон хлынут чудища? Да не одни, а с войсками. Птица Рух, говорят, способна вырвать из земли башню. Варклап ударом лапы разбивает скалу.

Катаблефас придвинулся. Его слепая кабанья морда в мелко поблескивающей чешуе едва не влезла в огонь.

– Финдир, кровищи будет… Погибнут тысячи, десятки тысяч. Победите вы или проиграете, разницы никакой. Нам нужен новый Аларик. Равноправный, со своим зверем великим. С мудрым правителем, способным на союз и торговлю.