Убить легко
Шрифт:
– Если вы уже знаете от сэра Уильяма главные факты, то я расскажу вам о том, что случилось сегодня утром, – сказал Люк.
И он коротко передал суперинтенданту свой разговор с лордом Уитфилдом. Тот слушал его с нескрываемым интересом.
– Вы сказали, он вертел в руках нож? – спросил Баттл. – Обратил ли он ваше внимание на этот нож, мистер Фицвильям? Может, он угрожал им?
– В открытую – нет. Только провел пальцем по лезвию – с каким-то неприятным наслаждением. Уверен, мисс Уэйнфлит тоже
– Это та леди, что знает лорда Уитфилда едва ли не всю свою жизнь и когда-то была с ним помолвлена?
– Совершенно верно.
– Думаю, мистер Фицвильям, вам не стоит волноваться по поводу молодой леди. Я позабочусь, чтобы кто-нибудь из моих людей держал ее под присмотром. Так что, учитывая, что Джонсон приглядывает за лордом Уитфилдом, мисс Конвей будет в полной безопасности.
– Я вам очень признателен, – сказал Люк. – Вы меня успокоили.
Суперинтендант сочувственно кивнул:
– У вас незавидное положение, мистер Фицвильям. Вы обеспокоены из-за мисс Конвей. Имейте в виду, дело будет не из легких. Лорд Уитфилд слишком долго водил всех за нос. Возможно, теперь он на время притаится – если только не дойдет до последней стадии.
– Что вы называете последней стадией?
– Когда самомнение раздувается до предела и преступник начинает считать, что его никто не поймает! Он невероятно умен, а все остальные – полные тупицы! И тогда, разумеется, мы его и возьмем!
Люк кивнул и попрощался.
– Ну что ж, – произнес он, – желаю удачи. Позвольте мне помочь вам в меру своих сил.
– Ну, разумеется.
– Может, найдете мне какое-нибудь задание?
Баттл подумал:
– Вряд ли. На данный момент – нет. Пока что я хочу осмотреться на месте и разобраться, что к чему. Возможно, мы еще побеседуем с вами сегодня вечером.
– Буду ждать.
– К тому времени я лучше со всем разберусь.
Люк почувствовал себя несколько успокоенным. Подобное чувство испытывали многие после беседы с суперинтендантом.
Он взглянул на часы. Пойти к мисс Уэйнфлит и повидаться с Бриджит до ленча?
Лучше не надо. Не то мисс Уэйнфлит почувствует себя обязанной пригласить его к столу, а это для нее лишние хлопоты. Пожилые женщины, Люк знал это по своим теткам, склонны излишне беспокоиться в подобных случаях. Интересно, мисс Уэйнфлит тоже чья-нибудь тетка? Вполне возможно.
Люк вышел из гостиницы на улицу. Он увидел спешащую по дороге фигуру в черном, которая, завидев его, сразу же остановилась.
– Мистер Фицвильям.
– Миссис Хамблби, рад вас видеть.
Он подошел к ней и пожал протянутую руку.
– А я думала, что вы уже уехали, – сказала она.
– Да нет, всего лишь переехал. Живу пока здесь, в гостинице.
– А Бриджит? Я слышала, она тоже покинула поместье?
– Да,
Миссис Хамблби вздохнула:
– Я так рада, что она сразу уехала из Вичвуда.
– О, она еще не уехала. Она пока остановилась у мисс Уэйнфлит.
Миссис Хамблби отшатнулась от него. Ее лицо, как с удивлением заметил Люк, исказилось в болезненной гримасе.
– Остановилась у Гонории Уэйнфлит? Но зачем она это сделала?
– Мисс Уэйнфлит была так любезна, что пригласила Бриджит погостить у себя на несколько дней.
Миссис Хамблби слегка поежилась. Приблизившись к Люку, она взяла его за руку.
– Мистер Фицвильям, я знаю, что не имею права ничего говорить… В последнее время мне пришлось пережить много горя и… возможно, из-за этого я кажусь вам странной. Возможно, мои ощущения – лишь болезненная фантазия.
– Какие ощущения? – мягко спросил Люк.
– Возникшее убеждение… насчет зла!
Она робко посмотрела на Люка. Видя, что он слушает нахмурившись и не собирается задавать вопросов, миссис Хамблби продолжила:
– Так много злобы… эта мысль постоянно преследует меня… злобы у нас в Вичвуде. И эта женщина, я уверена, – причина всего этого зла.
Люк был заинтригован.
– Какая женщина?
– Гонория Уэйнфлит. Я уверена – она очень злая женщина! – горячо произнесла миссис Хамблби. – О, я вижу, вы мне не верите! Лавинии Пинкертон тоже никто не верил. Но мы обе это чувствовали. Она, как мне кажется, знала гораздо больше моего… И запомните, мистер Фицвильям, если женщина несчастна, то она способна на самые ужасные вещи.
– Может, вы и правы… – сказал Люк с сомнением.
– Вы мне не верите? – быстро повторила миссис Хамблби. – Да и с какой стати? Но я не могу забыть того дня, когда Джон вернулся от нее домой с перевязанной рукой… как он отмахнулся от меня и сказал, что это всего лишь царапина.
Она повернулась, чтобы идти.
– До свидания. Пожалуйста, забудьте все, что я вам тут наговорила. В последнее время я сама не своя.
Люк стоял и смотрел ей вслед. Почему миссис Хамблби назвала Гонорию Уэйнфлит злой женщиной? Не был ли доктор дружен с мисс Уэйнфлит, а его жене это не нравилось и она его ревновала?
Как она сказала? «Лавинии Пинкертон тоже никто не верил». Значит, мисс Пинкертон поделилась своими подозрениями с миссис Хамблби.
В памяти Люка всплыла та поездка в поезде и обеспокоенное милое лицо старой леди. Люк словно услышал ее голос: «Взгляд этого человека». И как при этом изменилось ее собственное лицо – словно она отчетливо представила себе того, о ком говорила. На какое-то мгновение лицо пожилой леди преобразилось, губы растянулись, слегка обнажив зубы, а в глазах появилось странное, почти зловещее выражение.