Убить легко
Шрифт:
— О! Будь я проклят!
— Что случилось? — обернулся Джимми.
Люк не ответил. Джимми переспросил. Выражение лица Люка было таким, что Джимми растерялся.
— Что случилось, Люк? Ты выглядишь так, словно увидел привидение.
Люк выронил газету, подошел к окну и вернулся обратно. Джимми наблюдал за ним с все возрастающим удивлением.
Наконец Люк бросился в кресло и мрачно сказал:
— Джимми, старина, ты помнишь мой рассказ о старой леди-попутчице?
— Которую потом сбил автомобиль?
— Да, да. Слушай, Джимми! Кажется,
— Спокойней, спокойней, держи себя в руках.
— Она упомянула имена нескольких жертв, ее особенно волновала следующая жертва, на которую убийца уже бросил свой роковой взгляд.
— Да? — с сомнением сказал Джимми.
— Имя будущей жертвы напомнила мне глупая детская песенка, которую я пел ребенком: «Чепуха, чепуха — муха вышла за шмеля».
— Интересно, но какое это имеет значение?
— То значение, мой дорогой осел, что предстоящей жертвой должен быть Хамблеби [2] — доктор Хамблеби. Леди Пинкертон переживала, поскольку он «очень хороший человек».
— Ну и что? — спокойно спросил Джимми.
— Как что? Посмотри.
Люк развернул газету и очертил ногтем сообщение в колонке некрологов:
«13 июля в своем доме в Вичвуде скончался Джон Эдвард Хамблеби, доктор медицины, муж Джесси Роз Хамблеби. Похороны в пятницу. Просьба — без цветов».
2
Хамблеби — по-английски шмель.
— Видишь, Джимми? Что ты скажешь по этому поводу?
Джимми с ходу не смог ответить. Он заметно помрачнел. В его голосе была явная неуверенность:
— Я думаю — это новое ужасное совпадение.
— Так ли, Джимми? Снова и снова — совпадение?
— Что же это? — Джимми нервно ходил из угла в угол.
— Предполагаю: все слова этой старой блеющей овечки были правдой, Люк резко повернулся, — и ее фантастические истории — реальность.
— Приди в себя, старина! В это поверит только идиот или тупица. Такие вещи в жизни не бывают.
— А что ты скажешь о деле Аберкомба? Разве кто-нибудь мог поверить, что он отправит на тот свет столько людей?
— И даже больше, чем установлено официально, — подтвердил Джимми.
— У моего родственника был кузен, который занимал пост коронера. Я слышал от него об этом субчике. Они застукали Аберкомба, когда тот пытался отравить мышьяком местного ветеринара. Затем они вскрыли могилу — труп жены Аберкомба был нафарширован этим ядом. С такой жестокостью он отправил в мир иной брата своей жены и многих других. Долго он оставался безнаказанным. Мой родственник говорил, что на самом деле этот Аберкомб отправил к праотцам пятнадцать человек. Подумать только!
— Вот видишь, значит, такие вещи возможны.
— Даже
— Так может сказать только полицейский. Пора бы тебе забыть о службе в полиции. Ты теперь в отставке, частное лицо.
— Полицейский всегда остается полицейским, я так думаю. — Люк резко качнул головой. — Я уверен, что дело заслуживает самого пристального и беспристрастного расследования.
— Другими словами, ты тоже намерен направиться в Скотланд-Ярд?
— Нет, туда еще не время. Как ты уже говорил, смерть Хамблеби могла быть случайностью.
— В чем же твоя идея?
— Отправиться на место преступления и самому во всем разобраться. Это единственный разумный путь узнать всю правду.
— Ты серьезно хочешь заняться этим делом, Люк? — уставился на него Джимми.
— Абсолютно.
— Однако согласись, что, может быть, вся затея и яйца выеденного не стоит?
— Это было бы лучшим из того, что только можно представить.
— Да, — Джимми нахмурился. — Но ты сам вряд ли надеешься на подобный исход.
— Мой дорогой друг, я просто хотел бы выяснить правду.
Джимми понял серьезность его намерений. Помолчал.
— У тебя есть какой-нибудь план действий? Хотя бы как ты объяснишь свое неожиданное появление в этом местечке?
— Я предполагаю, причина у меня найдется.
— Никаких предположений. В любой английской деревне каждая муха видна за милю!
— Я готов замаскироваться, — усмехнулся Люк. — Кем я мог бы стать? Художником? Но я не умею рисовать.
— Для современных художников, — заметил Джимми, — это не имеет никакого значения — А что скажешь о писателе? Поселиться в деревенской гостинице, чтобы творить. Или заделаться рыболовом? Но есть ли там подходящая речушка? Или стать инвалидом, жаждущим свежего воздуха? Я не исключаю и такой вариант. Подумай, Джимми, может быть, есть более подходящая причина?
— Подожди секунду, дай-ка мне газету с некрологом об этом докторе.
Быстро пробежав траурное сообщение, он воскликнул:
— Я знаю, что делать! Люк, старина, все можно обстряпать легче легкого и наверняка. Все будет о'кей. — При этом его вид выражал плохо скрываемую радость. — Природа наградила меня множеством родственников — мой отец был тринадцатым в семье. Можешь представить, сколько у твоего друга кузин и кузенов. Теперь слушай внимательно: один из них живет в Вичвуде.
— Джимми, ты просто чудо!
— Это действительно здорово.
— Расскажи мне о нем.
— Это она — ее имя Бриджит Конвей. Два последних года — личный секретарь лорда Вайтфильда.
— Владельца мерзких и препротивных еженедельников?
— Да, Вайтфильд и сам — маленький гадкий человек! С огромными претензиями. Вичвуд его родина, и лорд из тех снобов, которые к месту и не к месту хвалятся своим деревенским происхождением. Добившись успеха, он возвратился в родную деревню, купил большой дом. Дом, кстати, раньше принадлежал семье Бриджит. Лорд пытается превратить его в «образцовое имение».