Убийца чародеев
Шрифт:
Моя нога врезается в ногу настоятельницы, с хрустом ломая ее бедренную кость, чуть выше колена.
Я рванул на себя хлыст, за счет напряжения проехавшись немного вперед. Шар из света взрывается над моей головой, а все вокруг теряется в слепящей белизне. Жар. Чистый пламень проходит сквозь мое тело, словно выжигая все на своем пути. Боль настолько сильная, что несколько секунд я просто ползаю по полу.
Бешено верчу головой, пытаясь словить картинку через цветные вспышки в глазах. На затылке и спине густая и горячая масса, которую я размазал, пока корчился от боли
Процесс остекления остановился и существо встряхнулось, со звоном сбрасывая остатки ненужного стекла. Левый глаз безжизненно застыл, но правый быстро вращался, оценивая обстановку. Вокруг светового клинка, что вонзила Мирослава, стекло постоянно плавилось и наплывало, образуя вырост на животе монахини.
Я не спешил бросаться в бой, не зная, чего стоит ожидать от переродившейся Альбертины. Монахиня упала лицом вниз, перед самым ударом о землю, успев подставить руки. Стало заметно, что верхние и нижние конечности стали заметно тоньше и длиннее, будучи видимыми лишь благодаря отблескам свечей.
Почти неуловимое колебание воздуха заставило меня отшатнуться, едва не наступив на Мирославу. Девушка пришла в себя и что-то промычала, н я был слишком занят стеклянной тварью, чтобы ответить. Я заметил, что пол передо мной рассекла рубленая линия, словно от удара топором.
Приглядевшись можно было заметить, что из спины монахини выходит тоненькие стеклянные палки, словно лапки гигантского паука. Они покачивались, давая блики от светового клинка. Доски пола хрустнули, ломаясь под напором стеклянных лап. Альбертина рванула вперед, на ходу атакуя сферами света.
Я отпрыгнул вбок, а святая еще раньше успела отползти в угол часовни. Не сбавляя темпа, Альбертина взобралась на покачнувшийся алтарь с магическим прибором, оседлав его продолговатую верхушку. Рот настоятельницы приоткрылся, роняя длинную вязкую слюну, и оттуда выстрелила струю стекла.
Эта раскаленная до желтизны масса действительно напоминала настоящее стекло, в отличи от прозрачной субстанции, что использовала тварь раньше. Щеки Альбертины раздулись, превратившись в красноватые полупрозрачные пузыри, размером с головы человека. Выплюнутая струю стекла набухла и принялась стремительно расти, преобразуюсь в овал.
К процессу подключились паучьи конечность, стягивающие стекло в разных направления, придавая ему причудливую, вычурную форму. Голова!
Она лепит человеческую голову – обозначился провал рта, выпуклый прямой нос, кудри волос.
– Здравствуй, Каин, - стеклянная голова зашевелила губами, производя высокий, женский голос. – Я Маат, богиня законов, первая помощница Тета. Вижу, что у тебя возникли небольшие разногласия с моим адептом?
– Я хочу убить эту озабоченную суку, - говорю предельно ясно, ведь мою личность уже раскрыли. – К тебе, богиня, у меня никаких дел нет.
–
Она назвала меня своим последователем? Не помню, чтобы записывался к культ к стеклянноголовой богине.
– Как же весело! – Маат пронзительно рассмеялась, будто разом лопнули тысячи стекол. – Сражайтесь, смертные! Кто победит, то и прав! Ордалия сорока двух истин: Исповедь отрицания!
Продолжая смеяться, стеклянная голова Маат лопнула, разлетевшись на мириады сверкающих осколков.
Внимание! На вас наложен эффект Ордалии сорока двух истин!
На вас могут наложены множество негативных эффектов, ограничивающих функциональность и боевую мощь. Наложение эффектов и степень воздействия обусловлены моральной стороной вашего жизненного пути.
После наложения четырех эффектов Ордалии сорока двух истин вы умрете.
– Итак, первая истина, - голос Маат звучал прямо в голове. – Не убивай людей. И что мы имеем в итоге? Альбертина погубила семерых, а наш отвернувшийся пятерых.
Настоятельница закачалась и упала с алтаря. Ее паучьи конечности дергались во все стороны, будто сражаясь с невидимыми противниками. Я глубоко вдохнул и энергии быстро потекла к костяшкам, формирую клыки Дракона. Не знаю, сколько будет действовать иллюзия, что действует на стеклянную тварь, поэтому пришлось ограничиться двадцатью.
Энергия ввинтилась в тело монахини, проламывая им доски пола. Я метил в область поблизости светового клинка, что сместился вбок, расширяя рану. На стеклянной массе, оказавшейся очень плотной, образовалась глубокая вмятина, а из рта женщины вырвался фонтан золотистой жидкости.
Стеклянна плеть свистнула в воздухе, разрезая бронзовый подсвечник на две половинки. Я использовал теневой шаг, уходя из-под шквала беспорядочных ударов. Не убил. Не уверен, что я даже смог серьезно ранить эту тварь.
– Итак, вторая истина, - перерыв оказался не таким уж и большим. – Не поддайся слепой ярости. Счет равнозначный.
Внимание! На вас наложен эффект «Слепота».
Все погрузилось во мрак, лишенный даже цветных всполохов, создаваемых заблуждающимся мозгом. Полная, абсолютная чернота. Я ничего не слышал кроме собственного разгоряченного дыхания и стука сердца. Нужно оставаться на месте, чтобы произвести меньше шума.
«Дзынь-дзынь»
Звук, похожий на позвякивания хрустальных бокалов постепенно приближался ко мне, набирая темп. Черт, похоже, эта тварь каким-то образом меня чует. Я дернулся, но споткнулся на обломках скамеек и распластался на полу. Где-то совсем близко взорвался хруст досок, а левая нога почувствовала колебание воздуха.