Убийца
Шрифт:
Это было кстати, так как у меня осталось этой жидкости всего глотка два, а позориться перед наемниками не хотелось. Посмотрев на то, как медленно начинают сходиться края раны, я приподнял голову Аскора и влил несколько глотков ему в рот. Наемник сразу же пришел в себя, когда живительная жидкость ошпарила его пищевод. Он открыл глаза и попытался пошевелиться, но я сердито сказал, придавив его тело ладонью к земле:
– Лежи спокойно, рана еще не затянулась! – и, обернувшись к товарищам раненого, наблюдавшим за операцией, добавил: – Двое присмотрите за ним, чтобы не спешил рану грязными руками трогать и не вставал раньше времени,
Я вернул флягу Санку и поднялся с колен, провожаемый благодарным взглядом Аскора. Наемник ничего не сказал, но я не сомневался, что этот разговор еще последует. Вместе с остальными наемниками и Санком мы отправились обратно. По пути я добил всех раненых, которые остались после выстрелов наемников. Все-таки у них нет эльфийских рефлексов – бить в глаз, чтоб наверняка, поэтому несколько десятков кочевников стонали и дергались на земле, получив стрелы кто в грудь, а кто в живот. Милосердно облегчив их страдания, я подумал, что в будущем постараюсь не ставить наемников отдельно. И даже несколько моих парней – плохая гарантия, что кочевники не прорвут оцепление, так что нужно будет это учесть на будущее. Сегодня получилось только благодаря тому, что им активно помогал я, поэтому и возникла опасная ситуация на севере, но в другой раз может и не повезти. Значит, тактику нужно будет менять.
Дойдя до лагеря, я обнаружил, что наша помощь уже и не требуется. Парни вместе с Даркином и наемниками организованно добили всех раненых, согнали десятка полтора пленных кочевников и усадили в рядок, связав им руки и ноги. Также обнаружилось, что среди моих ребят присутствует та самая женщина, с которой я столь бесцеремонно обошелся. Подойдя к отряду, я подумал, что нужно сказать что-то торжественное, а то лица у ребят больно напряженные, видимо, не отошли еще после схватки. Оглядев их всех, я громко произнес:
– Парни, бой окончен, мы победили. Но расслабляться пока рано, нужно прояснить еще пару моментов, и тогда вы сможете заслуженно отдохнуть. Сейчас слушайте мои просьбы. Ринок, сходи, пожалуйста, в лесок за вырубкой, найди там в одном из шатров двух парнишек и приведи сюда.
– Сделаю, командир, – ответил добродушный здоровяк и потопал в указанном направлении.
– Рин и Даркин, найдите всех невольников и приведите сюда, раз тут самое свободное место. Следите, чтобы среди них не оказалось кочевников, которые под шумок могут слинять.
– Слушаюсь, – ответил Рин и отправился с бойцами к шатрам с рабами.
Даркин только молча кивнул и махнул рукой своим наемникам.
– А Трит и все те из наших добровольных помощников, кто хорошо умеет готовить, – отправляйтесь прямиком на кухню и сообразите что-нибудь на завтрак. Кухня... – я втянул носом воздух и показал рукой, – в той стороне.
Наш бессменный повар кивнул и вместе с тремя наемниками, выделенными Даркином, направился в указанном направлении. Передо мной остались только женщина и Крот с парнями.
– Крот, на тебе пленники, а я сейчас... Вы что-то хотели спросить? – обратился я к женщине, которая внимательно меня рассматривала.
– Да.
У нее оказался приятный голос, да и сама она выглядела уже не так испуганно, как в момент нашей первой встречи. Она сейчас излучала какое-то достоинство, уверенность в себе. Прирожденный лидер, даром что женского пола.
– Я хотела узнать, что будет со всеми рабами, – сказала женщина,
Я оценил ее смелость, ведь сейчас я выглядел весьма устрашающе – нелюдь, весь забрызганный кровью своих жертв. Мне бы еще оскалиться и зарычать – самое то для образа. Жалко, клыков нет, как у темных эльфов, смотрелось бы впечатляюще.
– А как вас зовут?
– Снежана.
– Просто Снежана и все? Без титулов и званий? – уточнил я.
– Пока все, вы ведь тоже не представились, – ответила она с вызовом.
А это уже становилось интересным. Я вновь окинул взором Снежану. Да, было в ней нечто благородное, что роднило ее с Алоной. Осанка, властно поднятая голова, все ее поведение говорили о том, что она из знатной семьи. И то, что, находясь в рабстве, она не сломалась и не превратилась в запуганного зверька, говорило в пользу этой теории.
– Алекс Эльф, – сказал я и церемонно поклонился, постаравшись щелкнуть каблуками. – Командир спецподразделения войск Мардинана.
– Графиня Снежана Лисецкая, урожденная ден Лей.
– Мля-я... – протянул я, потом опомнился и добавил: – Простите за мой французский... А разрешите узнать, кем вам приходится Чарнок?
– Братом, – ответила Снежана с легким удивлением.
Я лихорадочно прикидывал, как бы и этот шанс обернуть в свою пользу. Ясен пень, что семейка ден Лей попала в немилость к императору, ведь что-то же послужило причиной того, что брата пытаются убить, а сестра попадает в рабство. Но зато теперь она может послужить ценнейшим источником информации, правда, не для меня, а для Фариама. Ее род наверняка довольно знатный, а его представители вращались в высших кругах власти, так что масса сведений, которыми она обладала, могла послужить основой для хитрых интриг и шпионских игр Мардинана. Это я в такие грязные политические дела влезать не был намерен, а король наверняка должен выжать из этой графини максимум. Так что моя задача сейчас – просто обеспечить готовность этой Снежаны добровольно сотрудничать, а дальше пускай разбирается Фариам.
– Что, уже планируете, как меня получше использовать? – иронично спросила графиня, подходя ко мне поближе.
Ага, мы показали зубки. Нужно скорее щелкнуть по носу, чтобы ограничить ее самомнение. Так, самую малость.
– Да, вот представьте себе, у меня еще не было секса с графиней, и теперь я думаю, что использовать вас подобным образом будет весьма продуктивно, – ответил я, постаравшись, чтобы мое лицо оставалось серьезным.
Графиня сжала губы, как будто я залепил ей хлесткую пощечину. Я уже понял, что это было чересчур, но других вариантов осадить начинающую показывать норов аристократку у меня пока не было.
– Можете использовать меня, как вам будет угодно, – холодно процедила Снежана. – Только ответьте, что вы будете делать с рабами?
Я подумал, что графиня, похоже, не так уж плоха, как я предположил. Обычная аристократка спрашивала бы, что собираются делать с ней, а эта беспокоится о каких-то рабах. Стоящий рядом Крот недоуменно поднял брови, он от меня явно такого не ожидал, но я-то понимал, что, если буду вести себя вежливо и культурно, мне ничего не перепадет из той информации, которая находится в этой прелестной головке. Графиня начнет отнекиваться, уклоняться от ответов, ведь будет знать, что ничего плохого с ней я себе не позволю сделать. Мой же вариант позволял разговорить ее быстро, с минимальными затратами усилий.