Убийца
Шрифт:
— Могу я вам чем-то помочь? — спросила я.
— Я Барбара Даггетт.
Так, приехали. Жена номер три, была моя первая мысль. Но вслух я произнесла более возможный вариант.
— Вы дочь Джона Даггетта?
— Да. У-ф-ф!
Это была ярко выраженная блондинка с очень нежной тонкой кожей, словно простыня из перкали. Высокая, со стройной фигурой, жесткими, короткими волосами, зачесанными назад, она, несмотря на крупноватые скулы, имела тонкие черты лица и пронзительный взгляд своего отца. Что было удивительно и приводило в замешательство, так это
На Барбаре был строгий деловой костюм серого цвета из шерсти и не менее строгая белая блузка с высоким воротом с кружевами. Туфли из бургундской кожи отлично гармонировали с висевшей на плече сумочкой. Барбара походила на адвоката, может быть, биржевого маклера, короче говоря, на делового человека.
— Заходите, пожалуйста! — пригласила я.— Я по-прежнему не оставляю попыток разыскать Джона. Как я понимаю, это ваша мать рассказала вам, что я заходила?
Я пыталась завести разговор. Она же, судя по всему, не была расположена к беседе. Сев на стул, она устремила на меня свой пронзительный взор. Я подумала: а не предложить ли ей кофе? Но решила, что не стоит: мне совсем не хотелось, чтобы она засиделась у меня. От нее просто веяло холодом. Кроме того, мне не нравилось, как она на меня смотрела. Откинувшись в своем вращающемся кресле, я задала стандартный вопрос частного детектива:
— Чем могу быть полезна?
— Я хочу знать, зачем вам понадобился мой отец.
Я пожала плечами, вспоминая роль, которую играла в разговоре с матерью и дядей.
— Мне не столько он нужен, сколько его друг.
— Почему нам никто не сказал, что отца выпустили из тюрьмы? У матери нервное расстройство. Нам пришлось вызвать врача и вколоть ей дозу успокоительного.
— Я очень вам сочувствую.
Барбара Даггетт скрестила ноги и нервным движением оправила юбку.
— Сочувствуете? Вы не представляете, как она восприняла это известие! Ведь только-только начала себя чувствовать в безопасности! И вдруг нам становится известно, что он в городе. Мы испытали шок. Не понимаю, что вообще происходит?
— Прошу не путать меня с человеком, надзирающим за заключенными, которые отпущены под честное слово, мисс Даггетт,— сдержанно сказала я.— Я абсолютно не в курсе, когда ваш отец вышел из тюрьмы и почему вам об этом никто не сообщил. Насколько я понимаю, проблемы у вашей матери начались не вчера.
Бледные щеки Барбары едва заметно порозовели.
— Вы правы. Проблемы начались в первый же день их совместной жизни. Он загубил жизнь не только ей, но и всем нам.
— Вы имеете в виду, что он сильно пил?
Она проигнорировала мой вопрос.
— Я хочу знать, где он сейчас находится. Мне необходимо с ним поговорить.
— В настоящий момент я не имею ни малейшего представления, где он может быть. Если я найду его, то обязательно передам, что вы хотите с ним встретиться. Это максимум того, что я могу сделать для вас.
— По словам дяди, вы виделись с отцом в субботу?
—
— Что он делал в городе?
— Мы не обсуждали этот вопрос.
— О чем же вы тогда разговаривали? Что нужно было ему от частного детектива?
Я не собиралась делиться с ней информацией и, воспользовавшись ее тактикой, проигнорировала вопрос. Вместо ответа я взяла ручку и попросила номер телефона, по которому я могу с ней связаться. Открыв сумочку, она достала визитную карточку и дала ее мне. Выяснилось, что ее офис располагался также на Стейт-Стрит, всего в трех кварталах от моего. На визитке было написано, что Барбара Даггетт являлась председателем и главным администратором компании Эф-Эм-Эс. Словно предвидя мой вопрос, она сказала:
— Я занимаюсь разработкой систем программного обеспечения в области финансового менеджмента для фирм-производителей. Здесь указан мой рабочий телефон. В справочнике вы его не найдете. Дома со мной можно поговорить по этому телефону.
— Ничего не могу сказать — впечатляет,— заметила я, рассматривая карточку.— Вы что заканчивали?
— Стэндфордский университет по специальности «химия» и «математика». У меня также две степени магистра — в инжиниринге и программировании, полученные в Калифорнийском университете.
Я удивленно подняла брови. Что-то не верится, что Даггетт угробил ее жизнь. Однако вслух высказать ей свои мысли я не решилась. Не исключено, впрочем, что Барбара Даггетт принадлежала к той категории людей, которые, достигая высот в бизнесе, не способны устроить свою личную жизнь. Так как меня совсем недавно обвинили в том же самом, я посчитала, что лучше будет не делать поспешных выводов. Интересно, где это написано, что быть составной частью супружеской пары — мерило всего на свете?
Мисс Даггетт посмотрела на часы и поднялась.
— Мне надо торопиться: деловое свидание. Пожалуйста, свяжитесь со мной, как только у вас появится о нем какая-нибудь информация.
— Могу я поинтересоваться, на что он вам так сдался?
— Я уже давно уговариваю маму подать на развод, но до сих пор она не соглашалась. Может быть, мне удастся уговорить его.
— Удивительно, что она не развелась с ним много лет назад.
Барбара холодно улыбнулась:
— Мама любит повторять, что вышла за него, чтобы вместе делить и радость, и горе. До сегодняшнего дня было только горе. Возможно, она еще не потеряла надежды хотя бы ненадолго ощутить себя счастливой.
— И все-таки, за что его посадили?
По ее лицу пробежала тень, и я в первый момент подумала, что она не станет отвечать.
— Непредумышленное убийство,— наконец сказала она.— Управлял машиной в нетрезвом состоянии. Пять человек погибли, включая двоих детей.
Я хотела что-то сказать, но никак не могла найти подходящих слов. Она, судя по всему, и не ждала моей реакции. Пожав мне руку, она показала, что считает разговор оконченным. Через несколько секунд я услышала, как высокие каблучки ее туфелек застучали по коридору, удаляясь.