Шрифт:
Крис Брэдфорд «Убийца» («Телохранитель» - 5)
Перевод: Kuromiya Ren
Для Роев,
хороших друзей до конца!
Пролог:
Глубокий
от полумесяца в зимнем небе, пятеро мужчин пробирались в холодной темноте.
В домике было тепло и светло. Огонь горел не только в камине, но и в животах
четырех фермеров, сидевших за старым деревянным столом, пьющих самодельную водку.
– Это наглость! – прорычал бородатый мужчина, похожий внешне и характером на
медведя гризли. – Братва зашла слишком далеко в этот раз.
– Но что мы можем сделать, Антон? – спросил фермер со слезящимися глазами, его
мозолистые руки обхватывали стакан, словно он боялся, что его отнимут. – Если мы не
заплатим за их защиту, они уничтожат наши дома, навредят семьям и… убьют нас.
– Мы дадим отпор, Егор, - Антон проглотил напиток и налил себе еще, а потом
пополнил стаканы друзей.
Краснощекий мужчина обмяк, как мешок с зерном, он затянулся сигаретой и
посмотрел угрюмо на напиток.
– Как нам дать отпор, если мэр Сальска, что должен нас защищать, под каблуком
Братвы?
– Григорий прав, - сказал Егор. – Нам нужен новый мэр, а потом уже что-то делать с
Братвой.
Антон ударил по столу указательным пальцем.
– Нам нужен новый лидер страны. Не тот, кого поддерживает Братва. Но разве у нас
есть шанс? Нет! Так что мы должны брать все в свои руки, - он повернулся к Григорию. –
Сила в количестве, товарищ. Если все фермеры и местные бизнесмены объединятся, мы
сможем сопротивляться. Одолеть коррупцию.
– Но плохой мир ведь лучше хорошей войны? – возразил Егор. – Мы все потеряли.
– Мы все вернем! Свободу! Безопасность семьям! Жизни! – парировал Антон. Он
ударил кулаком так сильно, что бутылка водки и стаканы задрожали. – Это не
средневековье. Это современная Россия. А мы живем как рабы Братвы. Они крадут еду,
бьют наших сыновей, забирают дочерей. Довольно!
– Я с Антоном, - сказал Лука, младший фермер, на его подбородке торчала светлая
щетина. – Пора восстать.
Григорий вздохнул и выпрямился в стуле. Кривясь, он продолжил пить.
– Разве есть выбор? Братва все равно все заберет, - он посмотрел на Егора, а тот
пожал плечами, соглашаясь. – Антон, какой план?
Антон ответил с мрачной улыбкой:
– Для этого нужна смелость… и еще больше водки! – он помахал почти пустой
бутылкой
подвала.
Его пятилетняя дочь оторвала взгляд от братишки, с которым играла у огня, и
ответила кивком. Она поспешила на кухню, где ее мама резала картофель и добавляла в
густой коричневый бульон, кипящий на плите. Надя, проходя мимо, уловила аромат мяса
и сглотнула.
Ее мама улыбнулась.
– Еще немного, котенок, – сказала она, нежно погладив светлые волосы Нади.
Подавив голод, Надя отперла дверь подвала и заглянула в темные глубины. Вдали от
огня она ощущала холодок, бегущий по спине. Подвал всегда пугал ее темнотой, белой
паутиной и затхлым запахом, и она невольно представляла, как что-то ужасное ждет ее
там.
Борясь со страхом, Надя включила свет. Едва горящая лампочка озарила подвал. Но
этого хватило, чтобы придать ей смелости, она спустилась по деревянной лестнице. И тут
дверь за ней закрылась, лишив ее света из кухни. Оставшись в холодном подвале, Надя
задрожала. Хоть она знала, что это воображение, по мешкам с картофелем и морковью
будто ползли жуки. Стеклянные банки на полках уже были не с вареньем, а с кровью. Я
ряд бутылок водки выглядел зловеще в полумраке.
Тени росли, как и ее страх.
Надя поспешила схватить бутылку водки и повернулась к лестнице, когда услышала
шум и злые крики. На кухне кричала ее мать, а потом издала странный булькающий звук.
С колотящимся сердцем Надя взбежала по ступенькам, но замерла у двери. В щель между
дверью и рамой она заметила маму, лежащую на полу в луже крови. За ней была столовая,
где мужчины с ножами и дубинками нападали на друзей ее отца. А к ее папе приставили
пистолет, заставляя следить за бойней.
Надя слышала, как плачет ее маленький брат.
– Заткните ребенка! – рявкнул грубый голос.
Прогремел оглушительный выстрел. А потом тишина. Мужчина, отдавший приказ,
улыбнулся.
– Так лучше.
Надя не могла дышать. Весь ее мир онемел. Она могла лишь смотреть большими
глазами, слезы текли по ее щекам, а мужчина прижимал дуло пистолета к голове ее отца.
– Вот что бывает, если замышлять против Братвы, - сказал он, ее отец упал на колени,
рыдая.
Высокий мужчина с короткими черными волосами и крючковатым носом был с
татуировкой кинжала с тремя каплями крови над воротником. Надя даже в своем возрасте
узнала членов местной банды Братвы. Но один стоял в стороне от остальных. Его глаза,
холодные и серые, как зимнее небо, следили за всем с пугающим безразличием.
Бледнокожий и худой, он напоминал опасного офицера ФСБ. Но он не выглядел