Убийственный аргумент

Костин Андрей

* * *

За массивными дубовыми дверями было слишком много красного. Ковер, стены, скатерти, обивка стульев, даже коротенькие платьица на официантках - и те были цвета перезрелых помидоров. Сами официантки перезрелыми не казались.

– Тут что, штаб компартии России?
– спросил я.

– Старик, ты не в курсе, - Василий ухмыльнулся.
– Это самый что ни на есть модный цвет для крутых тусовок. Не надо перекрашивать после очередной разборки.

– Много ты знаешь о крутых тусовках.

– Старик, ты не прав. Я же увлекаюсь фотографией.

Пару месяцев назад дал объявление в газете: конфиденциальная фотосъемка. Если б ты знал, куда только меня не приглашают поснимать...

– Ага, поверил. Полно безработных профессиональных фотографов, но приглашают именно тебя.

– Надежность и конфиденциальность, - он поднял вверх указательный палец. Нам водки и закусить чего-нибудь горячего, - сообщил он официантке, по своему отреагировавшей на его жест.

– Тоже мне фотограф, - сказал я.
– Еще когда меня снимал, а где фотографии?

– Пленка засветилась, - ответил он беззаботно.

Принесли заказ. Я выпил водки, посмотрел на сочный подрумяненный бифштекс и отодвинул тарелку.

– Ты чего, закусывай, - удивился Василий.

– Нет аппетита.

– Слушай, я разговаривал с твоей женой, - он озабоченно посмотрел на меня.
– Она говорит, ты ничего не жрешь. Надо бы показаться специалисту.

За довольно-таки бандитской внешностью таилась нежная душа врача скорой помощи.

– Обойдется.

– Оттяни-ка веко.

– Катись ты. Я просто потребляю углеводы в чистом виде.

– Это может быть серьезнее, чем ты думаешь.

Я демонстративно отвернулся от него и стал наблюдать за выступавшей певичкой. Кажется, я видел ее по телевизору.

Потом свет потушили, только красный луч прожектора осветил небольшую сцену в центре зала. После небольшой паузы там появилась обнаженная девушка. На ней было только маленькое бикини - сами понимаете, какого цвета. Она грациозно извивалась в такт музыке, и в ее движениях было что-то от пойманной за хвост кобры. Когда номер закончился, прожектор погас и верхний свет снова включили. Василий взял из вазочки на столе красную гвоздику и кинул девушке под ноги. Он вообще склонен к широким жестам, когда одевает выходной клетчатый пиджак.

А через минуту мне на плечо легла рука.

Вторая рука оперлась о край стола. Бледная кисть, поросшая черными волосами.

– Что, приятель, понравилась девка?
– спросил резкий голос.

Обращался он к Василию, но опирался почему-то на меня. Я чуть отодвинул стул и посмотрел на дерганого парня с бешенными глазами. От корней зачесанных назад волос до брови у него шел шрам. Сантиметра три длинной, больше места не хватило.

– А вы ее продюсер?
– вежливо поинтересовался я.

Стоявший неподалеку спиной к нам официант в форменном красном пиджаке услышал диалог и заразительно тонко, почти по-женски засмеялся. Судя по ширине плеч, он вполне мог служить здесь вышибалой, однако и пальцем не пошевелил, чтобы обуздать приставшего к нам психа.

– Слушай сюда, - псих решил перейти к делу.
– Кое-кому не нравятся ваши рожи.

Есть минуты полторы, чтобы добежать до двери. Здесь место для приличных людей.

– С рыбаком было веселее, - заметил Василий.
– Это часом не какой-нибудь твой приятель? Что-то он больно на тебе повис.

– Первый раз вижу, - признался я.
– У тебя хватит денег, чтобы в случае чего заплатить за разбитую посуду?

Я начал вставать, когда псих нанес удар. Хорошо, что успел слегка наклонить голову, иначе он свернул бы мне челюсть.

Но второй его кулак через долю секунды врезался в живот. Я отлетел назад, по пути сбив соседний столик. Сразу перехватило дыхание и красный интерьер почему-то превратился в зеленый.

Не знаю, сколько ребер я бы вскоре недосчитался, но Василий успел обогнуть столик и встать у психа за спиной. В следующее мгновение он захватил руку нападавшего и резко выкрутил ее. И тут же раздался выстрел - свободной рукой мужик как-то смог достать пистолет. Я почувствовал боль на виске, как от ожога. Пуля прошла вплотную.

Василий стукнул снайпера по затылку кулаком. От такого удара и бык бы почувствовал себя неважно. Впрочем, псих недалеко ушел от травоядного.

По проходу между столиков к нам бежали вышибалы. Я не мог сосчитать, сколько их. Наверное оттого, что двоилось в глазах. Добежав, они очень профессионально нас задержали. Вернее, среди задержанных оказались мы с Василием, потому что псих лежал на полу лицом вниз. Рядом с ним валялся пистолет с вмятиной на рукоятке. Такую вмятину могла оставить случайно срикошетившая пуля. Старенькое оружие, видимо, уже побывало во многих переделках.

Подошел курчавый джентльмен в смокинге. Я заметил, что бабочка у него была настоящая, завязанная руками, а не на резинке.

– Мы не любим скандалов, - сказал джентльмен.
– Вам надо было пойти в другое место, чтобы устраивать драку.

– Разве была драка?
– Василий ухмыльнулся.
– Ваш боксер лег в первом же раунде. Эй, ребята, тут чистый нокаут. Кто-нибудь умеет считать до десяти? Или вас не было в классе, когда это проходили?

– Все в порядке, Митрофаныч, эти люди не виноваты, - сказала женщина, на чей столик я налетел.
– Первым начал вот тот... Он же и стрелял.

Она прикладывала салфетку к светлому платью, залитому вином из опрокинутого бокала.

– Если вы так говорите...
– джентльмен, которого назвали Митрофанычем, сделал знак своей армии, и они перестали выкручивать нам руки.

– Вы хотите, чтобы вызвали милицию?
– озабоченно спросил он, глядя на меня.

– Разве кто-то пострадал?

– Верно, - он сразу повеселел.
– Просто этот молодой человек слишком много выпил и потерял равновесие.

– Все было точно, как вы говорите, - Василий улыбнулся до ушей. Поскользнулся на косточке от маслины. Не кладите маслины в мартини - вон какие дырки они оставляют. В лучших домах Нью-Йорка кладут теперь маринованные луковички. Серьезно, - он подмигнул.
– Мне одна знакомая рассказывала, она все сериалы смотрит.