Шрифт:
Julie McElwain
A MURDER IN TIME
Copyright © 2016 by Julie McElwain
Пролог
Август 1815
Он был в аду.
Огонь факелов бросал дьявольские тени на каменистые стены пещеры, теплые желтые и оранжевые блики играли на примитивных орнаментах и фресках. Маслянистый дым, поднимающийся от факелов, извивался, клубился и полз большими черными змеями под потолок.
Это зрелище было ему по душе.
Обстановка напоминала пещеры Уэст-Уикома, излюбленное место сэра Фрэнсиса Дэшвуда и его печально известного
Конечно, он не мог доказать, что эти пещеры использовались именно для этого – тут не было найдено ни единой религиозной реликвии, – но его забавляло представлять себе молящихся здесь верующих.
Его забавляло превращать благочестивое в богопротивное.
Он улыбнулся уголками губ при мысли о каменщиках и плотниках, которых он нанял в Лондоне пять лет назад для этого дела. Они думали, что он был не в себе. Он видел, как их глаза округлялись, когда он описывал им некоторые наиболее яркие детали в задуманных им особым образом фризах. Он видел их шок. И что-то еще…
Воодушевление.
Они не могли обмануть его ожидания, даже если для этого нужно было обмануть себя.
Дураки. Он отказался себе лгать. Он знал, кем он является. Он знал, что он собой представляет.
Но все же у него было нечто общее с папистами. Он, как и они, не мог рисковать, чтобы его обличили. Он знал, что, если обнажатся его темные помыслы, которые будоражили его плоть и пронзали ее, как стрелы, причиняя одновременно и удовольствие, и боль, общество назовет его монстром.
Лицемеры.
Его это злило. Он чувствовал, как его кровь закипает от ярости, но ему и это удавалось скрыть.
Он вдруг резко встал, быстрое движение заставило темную бархатную накидку черной дымкой хлопнуть его по ногам, словно пару крыльев. Ему бы это зрелище тоже пришлось по душе, если бы он обратил на него внимание. Однако он выбрал эту накидку на шелковой подкладке не из-за ее внешнего вида, а за ее теплоту. Не важно, сколько было зажжено кострищ и факелов: рассеять леденящую промозглость подземных катакомб не удавалось.
Вино, конечно, помогало.
Его парни неизменно пили, начиная с вечера, их лица были багровыми от бордо, от холода, и от предвкушения того, что он им обещал. Когда он встал, они направили свои взгляды на него. В их расширенных зрачках он увидел тоненькие языки пламени от свечей и факелов вокруг.
Почти что непринужденно он поднял чашу, инкрустированную драгоценными камнями, смерив взглядом двенадцать апостолов, которых он выбрал для своего закрытого клуба.
Такие молодые. Такие нетерпеливые. Такие восхитительно порочные.
– Терпение, мои братья, – приказал он и подумал
Мужчины засмеялись в знак одобрения и повторили его жест, подняв свои золотые и серебряные чаши, блекло вспыхнувшие в мерцающем свете зала, и затем жадно выпили. Вино уже лишило двух молодых щенков присущего им изящества. С едва заметной холодной улыбкой он смотрел, как они жадно глотают красное вино, не обращая внимания на то, что оно льется тонкими струйками по их подбородкам, обагряя шейные платки, словно кровь.
Пока он размышлял, надолго ли их еще хватит, какой-то звук – шарканье ног, мягкая поступь по твердому камню – привлек его внимание. Апостолы тоже услышали этот звук и один за другим притихли. На долю секунды пробирающий до костей воздух, тяжелый от запаха воска и дыма, земли и соленой воды, казалось, загудел от ожидания и необычайного радостного возбуждения.
Сначала появились тени, отскакивавшие от стен в зловещем искажении. Затем вслед за верным слугой за угол завернули женщины, которых он вел в бездну. Их темные мантии с капюшоном на вид походили на мантии его апостолов, пусть их бархатная ткань и была дешевле.
Изначально он хотел приказать женщинам одеться монашками, по аналогии с тем, как того требовал Дэшвуд в своем «Клубе Адского Пламени» более шестидесяти лет назад. Ведь в случае с пещерами он вдохновлялся как раз закрытым обществом сэра Фрэнсиса, которое взбудоражило Англию до самого ее безбожного основания. Но, так как «Клуб Адского Пламени» послужил погибелью слишком многим, он решил выбрать более осторожный путь.
Присутствующие мужчины думали, что это всего лишь игра, вроде безобидной оргии в пику строгим правилам, которых им приходилось придерживаться, в пику своему происхождению, которое было одновременно счастьем и проклятием. Они не замечали дикого голода внутри его, его отчаянного желания удовлетворить свою жажду.
Возгласы женщин, пораженных залом в пещере, быстро перешли в нервные кокетливые смешки. Некоторые из них пытались принимать конкретные позы в свете огней, чтобы продемонстрировать свои прелести, несмотря на скрывающие их плащи, которые девушек попросили надеть.
Его рот сжался от раздражения. Вот что получается, когда нанимаешь шлюх. Он проинструктировал их и просил вести себя невинно, но, похоже, такое поведение было им чуждо.
Кроме малышки.
Удовлетворение ослабило его гнев, когда он посмотрел на нее. Он потратил несколько недель на поиски девушек в борделях Лондона для этой авантюры. С помощью своего агента он отобрал тринадцать проституток. Лидия была единственной, которую он выбрал для себя.
Она была молода, вероятно, не старше пятнадцати лет. И, в отличие от остальных, она была свежа. Благодаря темным кудряшкам и кукольному лицу она излучала молодость и невинность.
Это, конечно, был обман. Но в ее глазах не было столько пресыщенности, как в глазах остальных шлюх, и это ему нравилось.
Он поставил чашу на длинный стол из сосны и подошел к ней. Благодаря небольшому росту ее было легко отличить от остальных, несмотря на схожесть женских фигур в плащах. Ее лицо было едва различимо в тени капюшона, но он уловил нервный взгляд ее бегающих глаз. Когда она увидела его, на ее лице промелькнуло выражение узнавания, улыбка всколыхнула ее мило очерченные губы. Ее щеки вспыхнули от удовольствия, когда он протянул руку и схватил ее тонкое запястье.