Убийство - завтра

Картер Браун

"Мэвис Зейдлиц"

Убийство - завтра

перевод Д. Сурко

Глава 1

Когда утром я подхожу к двери своего агентства, у меня слегка пощипывает в носу от волнения и восхищения, словно я впервые иду на свидание. Мое сердце трепещет, как пойманный мотылек.

Так продолжается уже целых три дня.

А ведь до минувшего воскресенья дверь нашего агентства не пробуждала во мне никаких эмоций. На двери было написано: "Рио инвестигейшн". Джонни Рио мой партнер. Я бы добавила: забывчивый партнер. Он "забыл"

в свое время указать на вывеске мое имя, и далеко не каждый клиент знал, что в агентстве Рио, кроме Рио, работает еще и частный детектив Мэвис Зейдлиц (натуральная блондинка, длинные ноги, высокая грудь, главный принцип жизни - радоваться самой жизни).

Но неожиданно Джонни умчался в Детройт. Что поделаешь - Джонни любит денежки. В своем кармане. А в Детройте ему предложили выгодный контракт: бороться с несунами. Несуны - это порода таких... нет, не насекомых и не пташек... ну, в общем, тех, кто тащит в свое "гнездо" гайки всякие, болты... Они там чуть не растащили завод по производству малолитражных автомобилей. Владельцы детройтских заводов решили, что пора нанять детективов-охранников, чтобы те приструнили вороватых рабочих. Джонни, увидев сумму гонорара в контракте, быстренько расторг наше соглашение и был таков.

Некоторое время я жила воспоминаниями о тех славных денечках, когда мы с Джонни работали вместе.

Но моя ностальгия быстро прошла. Во-первых, наш деловой союз держался, в основном, на моих умственных и физических достоинствах. А во-вторых, за аренду помещения уплачено на месяц вперед. Что это значит? Это значит - я могу продолжить дело и без Джонни-ренегата.

И тогда я заказала новую вывеску. Теперь на двери агентства значится:

Мэвис Зейдлиц

Консультант по конфиденциальным вопросам

От слова "конфиденциальный" веет чем-то весьма значительным. Иногда я смотрю на стеклянную вывеску изнутри, из своего кабинета, и вижу: цилдйеЗ сивэМ. Чертовски приятно!

В понедельник я ожидала наплыва дам полусвета и танцовщиц варьете, жаждущих, чтобы я раздобыла для них информацию о морских офицерах. Во вторник - надеялась, что ко мне заглянет парочка агентов ФБР с доверительной беседой на тему: как отучить налогоплательщиков обзывать легавых легавыми. Сегодня, в среду, я загрустила.

За все три дня в агентство Мэвис Зейдлиц не наведался ни один человек.

Я посмотрела в окно: хотя бы дождь пошел. Разве можно грустить в такой ослепительно прекрасный день?!

"А не выпить ли мне чашечку кофе?" - подумала я и уже поднялась, как вдруг произошло чудо: дверь отворилась и вошел посетитель.

Я сразу ухватила его вытянуто-угрюмую сущность и про себя окрестила посетителя "огурцом". "Огурцу" было лет сорок. Старомодные очки без оправы сидели на длинном носу, слегка перекосившись набок. Долговязая фигура хорошо гармонировала с тоской во взгляде, а коротковатые брюки - с нервностью рук.

– Простите, но... Я не вижу здесь мистера Рио. Можно ли с ним переговорить?
–

спросил "огурец".

– Да, если вы сумеете перенестись в Детройт. Мистер Рио там с прошлой пятницы и до неопределенного времени в будущем.

"Огурец" совсем завял.

Я почувствовала, что потихоньку пропитываюсь унынием и тоже становлюсь кем-то из семейства тыквенных.

– Боже мой, как это не вовремя, - простонал посетитель и начал дергать очки, пытаясь получше пристроить их на носу.
– У меня к мистеру Рио такое важное дело!..

– Вам позарез нужен мой младший компаньон?
– деланно удивилась я.

– Мистер Рио - ваш младший компаньон?
– очки замерли, и "огурец" начал изучать мое лицо и все остальное.

Мужские взгляды давно перестали волновать меня - не то, что вывески с собственным именем!

– Мы работали с Джонни как партнеры. Но с тех пор, как я его... как я ему... ну, в общем, неважно... Теперь я работаю одна.

– Разрешите присесть?

Не дождавшись ответа, "огурец" едва ли не упал в кресло и вытянул свои тощие длинные ноги.

– Надеюсь, вы уже заметили смену вывесок?
– любезно спросила я.
– Мэвис Зейдлиц - это я. Вы можете обсудить со мной любые секреты и тайны и проконсультироваться по любому конфиденциальному вопросу.

– Нет, - посетитель покачал головой, - я пришел поговорить с частным детективом.

– Он перед вами!
– я улыбнулась самой скромной из своих сексуальных улыбок.
– Я ведь уже сказала, что мы с Джонни работали вместе. У нас было частное сыскное агентство.

Конечно, в этом месте разговора стоило небрежным жестом достать из письменного стола пистолет и, сделав каменное лицо, перезарядить на глазах клиента. Я даже потянула ящик из стола, но увидела там тюбик помады и задвинула его назад.

– Может быть... Не знаю... Вы, конечно, помогли бы мне...

Он колебался.

– Разумеется, я вам помогу, мистер...

– Ромейн, - представился "огурец".
– Меня зовут Реймонд Ромейн. Мой род занятий особого свойства. Я интересуюсь искусством.

Тут он посмотрел на мои ноги.

От разочарования я едва не фыркнула: знаю я, каким "искусством" он интересуется!

– Так вот оно что!
– сказала я сухим тоном.
– Вы хотите, чтобы я вам позировала? Ваше "искусство" требует, чтобы на девушке не было ничего, кроме загара?

– Вы слишком молоды и не способны заинтересовать меня, - презрительно проурчал клиент.
– Я имею дело только с хорошо сохранившимися древностями...

Мои щеки от гнева запылали.

– И вы не стесняетесь при мне обсуждать это!.. Ладно, я могу стерпеть, хотя и не знаю, почему я должна терпеть!..

– Я имею дело с древностями, - как ни в чем не бывало продолжил Ромейн, - то есть с предметами старины: мебелью, художественными полотнами, фарфором... Мой интерес - это антиквариат. Ясно?