Участь Эшеров
Шрифт:
— Не знаю, — растерянно ответил он.
— Послушайте меня. Я остановился в отеле «Шератон» в Эшвилле, рядом с медицинским центром. Если передумаете насчет обследования, позвоните мне, ладно?
Рикс кивнул, хотя решение уже принял. Уолен ему и Буну с раннего возраста внушал, что в больницах сидят шарлатаны, любители экспериментировать на умирающих пациентах. Насколько Рикс знал, Уолен никогда не принимал прописанных ему лекарств.
Доктор Фрэнсис вышел и спустился к своему «кадиллаку». Рикс закрыл за
Когда он вернулся в гостиную, то застал там одного Буна. Врат сидел перед камином и вертел в руках стакан.
— Ну и дерьмо! — заметил он. — Просто куча дерьма.
Рикс налил себе бурбона, положил в стакан кубик льда и глотнул так, что защипало в горле.
— Что с тобой? От счастья и слова вымолвить не можешь?
— В каком смысле?
— В таком. Рикси, это, должно быть, самый счастливый день в твоей жизни. Док сказал, нет ни малейшей надежды, что папа выкарабкается. Твое сердце небось переполнено радостью.
— Прекрати.
— Не секрет, что ты всегда ненавидел отца, — резко сказал Бун. — И я знаю настоящую причину, по которой ты приехал домой. Хочешь загрести денег?
— Ты сам с собой говоришь?
Бун встал, и Рикс почувствовал, что брат в опасном настроении. Его лицо побагровело от гнева и алкоголя, а на лоб падала непослушная прядь волос.
— Тебе наплевать на папу! Ты просто сидишь тут и ждешь, когда он умрет! — Бун сделал несколько шагов вперед. — Надо бы в окно тебя вышвырнуть, эгоистичный подонок!
Рикс понял, что брат ищет, на ком бы отвести душу. В напряженной тишине Рикс услышал телефонный звонок в коридоре.
— Ты сам пригласил меня сюда. Или забыл? — спокойно спросил Рикс.
— Я тебя не приглашал! Меня послала мама! Если на то пошло, я и не думал, что тебе хватит наглости сюда заявиться… — В дверь постучали, и Бун заорал: — Какого черта?
Показалась испуганная горничная, та самая молоденькая негритянка, что вчера встретила Рикса у порога.
— Мистер Эшер? Звонит женщина по имени Дунстан. Говорит, она из «Фокстонского демократа».
Лицо Буна исказилось от ярости.
— Швырни трубку ей в рожу! — проревел он. — Есть у тебя хоть капля мозгов в голове?
Горничная исчезла, как заяц в норе.
— Идиотка! — пробормотал Бун. Он допил виски, нахмурился и нетвердой походкой опять направился к графину. — Прочь с дороги! — приказал он Риксу, и тот отошел, пропуская его.
— Может, объяснишь, что происходит? Кто эта женщина?
— Назойливая сучка из фокстонской газетенки, вот кто.
— Ищет материал для статьи?
Бун фыркнул.
— Не знаю, чего она там ищет, но от меня не получит ничего! Если она не звонит, то это делает ее отец, старый Уилер Дунстан. Этого придурка следовало упрятать в психушку много лет назад!
Бун налил себе полный стакан, на этот раз обойдясь без льда.
Разговор
— Уилер Дунстан? — Имя было смутно знакомо Риксу. — Это не он хозяин «Демократа»?
— Да, хозяин. И сам же кропает статейки. Подтираются его газетой, как я полагаю, все в округе.
— Я не знал, что у него есть дочь.
— Эта сука была в отъезде, в Мемфисе или еще где-то. По мне, так хоть на Луне. Папа велел никому не говорить с газетчиками, особенно из «Демократа». Мы постоянно меняем телефонный номер, и его нигде не регистрируют, но они каким-то образом узнают. Постой. — Он пристально посмотрел на Рикса своими тусклыми глазами. — Я думал, ты знаешь. Насчет книги.
— Какой книги?
— Какой книги?! Боже правый! Рикси, представь, этот чокнутый Дунстан пишет книгу о нас! О семье Эшер! И уже который год!
Рикс от изумления даже стакан выронил.
— Поаккуратней с фамильным имуществом, олух, — проворчал Бун.
— Я… ничего не знал об этом. — Рикс едва ворочал языком.
— Черт! Этот мерзавец выкапывает всевозможную грязь.
Звонил сюда каждый час днем и ночью, пока папа не послал адвоката проведать его. Пыль немного улеглась, но Дунстан заявил адвокату, что мы общественно значимые личности и потому папа не может законно удержать его от написания этой книги. Вот такая новость!
— Кто еще кроме Уолена знает об этом?
— Все. Кроме тебя. А почему? Ты слишком долго отсутствовал.
— Эта книга уже закончена?
— Нет. Пока нет. Папа собирался начать процесс, да заболел. Но как бы там ни было, отец думает, что книга не будет завершена. Ведь необходимые старику Дунстану материалы лежат в подвалах Лоджии, кроме тех, что папа принес в Гейтхауз, естественно. И Дунстан туда нипочем не проникнет, так что рано или поздно оставит свою идиотскую затею. — Бун выпил еще, и глаза его увлажнились. — Эдвин ездил домой к Дунстану и пытался посмотреть рукопись. Старик ее не показал. Папа думает, этот полоумный раздумал издавать книгу и выбросил весь собранный компромат на помойку.
— Если так, то почему его дочь все звонит нам?
— Кто знает? Папа велел не разговаривать с ней, бросать тут же трубку. Что я и делаю.
Рикс поднял стакан и поставил на место. Он чувствовал неуверенность и слабость. Попытался сдержать смех. Кэсс не сказала ему о книге Дунстана, когда он упомянул о своей затее. Почему? Боялась, что станет сотрудничать с Уилером?
Переправлять секреты в лагерь врага?
— Сколько это продолжается? — спросил он.
— Кажется, целую вечность. А вернее, около шести лет. Тогда Дунстан позвонил в первый раз. Захотел встретиться с папой и обсудить свою идею. Папа счел его полным идиотом, да так ему и сказал.