Участь всех героев

 «Боевая тревога!», «Боевая тревога!» - вой сирен метался по коридорам крейсера, выбивая пыль из истосковавшихся по работе динамиков. Топот десятков ног и нарастающее гудение машин и механизмов дополняли солирующую арию и перерастали в симфонию мощи и уверенности, - «Боевая тревога!»

Я стоял перед тактическим проектором на капитанском мостике, ощущая через подошвы ботинок подрагивание «Сарагосы», отчаливающей от причала орбитальной базы, и ждал, когда истекут последние секунды, оставшиеся до распечатывания приказа. Лаура и два моих зама находились

рядом, сосредоточенные и серьезные.

Сегодня все было по-настоящему. Уровень секретности, присвоенный операции, однозначно свидетельствовал о том, что сегодня нас ожидают отнюдь не учебные стрельбы.

– Время «Ноль», - объявила Лаура одновременно с появлением на панели зеленого огонька.

Я приложил ладонь к сенсору и назвал свое имя и звание. Воздух над проектором замерцал, и перед нами возник полупрозрачный адмирал Кехшавад.

– Приветствую вас, господа, - заговорил он, глядя в пространство куда-то за моим правым плечом, - времени у нас мало, а потому я перейду сразу к делу.

В последние месяцы командование предприняло ряд шагов, нацеленных на то, чтобы создать у конфедератов впечатление, будто дела у них идут лучше, чем на самом деле. Мы отступили с нескольких форпостов и позволили им расширить зону своего влияния до Кегеля-8 на севере и Ароха на юге. Но по большому счету все это остается мышиной возней, поскольку для серьезной экспансии конфедератам необходимо получить доступ к основным магистральным путям. А ключом к ним является Иболавва, установление контроля над которой уже давно остается их розовой мечтой.

Однако Иболавва – не рядовая граничная застава, а хорошо укрепленная и защищенная база, взять которую с разбега не получится. Еще год назад конфедераты даже не подумывали о том, чтобы к ней приблизиться, но теперь, окрыленные чередой успехов, они осмелели настолько, что задумали ее штурм.

Чего мы, собственно, и добивались.

Для успешной атаки конфедератам придется сосредоточить здесь почти все имеющиеся у них силы, и это именно тот случай, когда пригодится ударная мощь Вашего крейсера. Ранее партизанско-диверсионный характер боевых действий не позволял нам использовать имеющееся преимущество в тяжелых боевых кораблях, но теперь ситуация изменилась. Мы с точностью до секунды знаем время начала штурма, а потому сможем накрыть их всех одним молниеносным ударом.

После такого сокрушительного провала конфедераты оправятся очень нескоро. Это, разумеется, еще не окончательная победа, но понесенные потери и, что даже более важно, серьезное психологическое потрясение сделают их более сговорчивыми. Таким образом, сегодня перед нами открывается уникальная возможность переломить ход многолетней изматывающей войны и сделать первый шаг к установлению мира.

– Итак, - адмирал сверился в документами в руках, - вот ваша задача:

В момент «плюс три часа» «Сарагоса» должна выйти в орбитальное пространство Иболаввы над северным полюсом планеты. Так крейсер избежит обнаружения стандартными средствами слежения. Из соображений секретности мы не стали

разворачивать тактический шлюз, чтобы не вызывать подозрений, а потому вы воспользуетесь одним из гражданских шлюзов общего пользования.

За проводками через «Кукушкино» и «Блэксэйбр» конфедераты несомненно будут следить, так что вам придется воспользоваться шлюзом «Цзэнсин». Сейчас он выведен из эксплуатации на время ремонта после пожара в прошлом году, но его оборудование тогда не пострадало и может быть реактивировано за несколько минут.

Вы получите необходимые чрезвычайные полномочия, которые позволят вам требовать от администрации шлюза включения портала и осуществления проводки «Сарагосы». Отказать вам они не имеют права.

Далее, после проводки вы выйдете на высокую полярную орбиту, двигаясь по которой, крейсер окажется над точкой входа флота конфедератов как раз к началу штурма. Он начнется в «плюс четыре часа». Флот будет построен для атаки наземных укреплений, так что вы сможете ударить их в незащищенные броней спины. Совместно с зенитными батареями Иболаввы вы сможете разделаться с конфедератами буквально за пару залпов. Не думаю, что для «Сарагосы» это будет большой проблемой.

После завершения атаки переведите крейсер на стандартную наблюдательную орбиту, отправьте мне рапорт и ожидайте дальнейших распоряжений.

На этом у меня все. Удачи!

Изображение мигнуло, и место адмирала заняла объемная схема Иболаввы с отмеченными ключевыми точками.

– Ну что, ребята, - зычно гаркнул я, - задача ясна? Все по местам! Оружие перевести в боевой режим. Проложить курс до «Цзэнсина». У нас, наконец, появилась работа, достоянная нашей малышки!

Шлюз встретил нас непривычной пустотой и молчанием в эфире. На дальних подступах не толпились грузовики, ожидающие проводки, капитаны пассажирских лайнеров не препирались из-за места в очереди – как будто перед нами и не шлюз вовсе.

– Крейсер «Сарагоса» вызывает шлюз «Цзэнсин», - объявил я в микрофон, - как слышите?

Ответом мне было невозмутимое молчание. Я подождал с минуту и повторил запрос. Аналогично. Мы с Лаурой переглянулись, прикидывая в уме, что делать дальше.

– Стыкуемся? – предложила адъютант.

– Обожди, - я покачал головой, - они же сейчас на ремонте, и никого в гости не ждут. Дай им время.

Я отравил еще один запрос, и в динамике, наконец, что-то захрустело, и мальчишеский голос неуверенно произнес:

– Э-э-э… кто это?

– Говорит капитан тяжелого ударного крейсера «Сарагоса». Мне нужно срочно произвести проводку через ваш шлюз. Соедините меня с дежурным лоцманом.

– Э-э-э… вообще-то мы закрыты на ремонт. Разве Вас не предупредили?

– Мне об этом известно, но у меня есть приказ, а также чрезвычайные полномочия, которые обязывают вас предоставить нашему крейсеру проход, - меня начинала раздражать необходимость тратить время на этого мальчика на побегушках, - я требую немедленно соединить меня с дежурным лоцманом.