Ученик Рун
Шрифт:
Первые полчаса я неосознанно, но высматривал бывшую подругу в толпе, шаря взглядом по головам. Но так и не обнаружив дочь кухарки, с которой мы расстались непонятно как, даже не поговорив — хотя о чем можно было говорить? — я как–то успокоился. Не хотелось этих сцен, шепотков за спиной и всего прочего, в подобном духе.
Пару раз ко мне походили уже изрядно пьяные бондари, трое, и, подзуживая один одного, с хохотом спрашивали, как мне восточные сладости, стоило ли того? До меня не сразу дошло, что это были похабные шуточки про Витати, ведь я даже и подумать не мог о
Пришлось еще раз, краснея, благодарить парня, который в первую нашу встречу пытался сломать мне челюстью ударом ноги.
— Ой, да это известные трепачи! — отмахнулся Ваал. — Не люблю я их! Но ты бы, кстати, вон с тем, левым, потолковал бы. Завтра, правда, я тебе расскажу, где их мастерская стоит, в порту. У них вроде место есть, ходит все, жалуется, что мастер его всякой мелочью грузит, вместо того, чтобы бочки делать. Точно младший ученик нужен!
Примерно в том же ключе я нашел еще полдюжины потенциальных мест для парней. Два — у кожевенников, а остальные — у бондарей и прядильщиков, что делали снасти, канаты и чинили паруса.
Ушел я с танцев в приподнятом настроении. Ноги чуть заплетались от выпитого, но в целом — чувствовал я себя бодро. Конечно, был шанс нарваться на лихих людей, но я демонстративно повесил медное кольцо поверх куртки, чтобы его было хорошо видно даже в полутьме. Учитель говорил, что больше дураков нападать на его ученика в городе не найдется. А вот как я зашел в дом и поднялся в свою комнату, я помнил слабо — просто рухнул на постель, даже толком не скинув сапоги, да так и уснул.
— Подъем! — прогремел в ушах бодрый голос Осиора. — Солнце уже высоко, мой гулящий ученик, высоко! Так что пора к делам!
Я кое–как разлепил глаза. Во рту стоял неприятный, почти гадостный привкус вчерашнего дешевого вина. И только более–менее придя в себя я понял, на каких рогах приперся домой.
Осиор же делал вид, что ничего такого не произошло, и что в комнате не воняет перегаром. Распахнул окошко–отдушину, толкнув наружу маленькие ставни, да окинул взглядом мою не богато обставленную комнату.
— Ну, давай, вставай! Тут уже пара ребят приходили, тебя спрашивали! Говорят, мастера тебя ждут!
— Какие мастера? Какие ребята? Сопля? Невер? — тупо спросил я.
Осиор только покачал головой, после чего сколдовал футовую печать Бор и толкнул ее в мою сторону небольшим Нидом. Руна очищения вошла мне в грудь, после чего я почувствовал рвотные позывы.
— Так! Тихо! Тихо! Давай, сюда! — Осиор вытащил из–под кровати ночной горшок, которым я почти никогда не пользовался, куда меня и вывернуло желчью.
Внезапно для себя я почувствовал облегчение. Головная боль, что наваливалась тяжким грузом, отступила, да и в глазах прояснилось.
— Вот тебе и урок дня —
Кое–как запихнув в себя завтрак и запив все большой кружкой обжигающего чая с медом, я выскочил за дверь. Солнце и вправду было уже высоко, часов десять, так точно. Надо поспешить в порт… Благо, ребята подробно объяснили Ирману, где мне следует их искать.
До конца дня я пристроил двух ребят к бондарям. Договорились с мастерами на десять полновесных за первый год с учетом столования, плюс я наложил укрепляющие печати на некоторый готовый товар в качестве задатка. Еще условились, что соответствующие бумаги об ученичестве подпишутся на неделе в управе — это мне уже на пороге посоветовал учитель, чтобы ребят не обдурили и не выперли на улицу без штанов.
И если в первый день прошло все спокойно, то на следующий день под дверями дома моего учителя чуть не началась драка. Весть о том, что господин Осиор через своего ученика ищет, к кому бы пристроить пару беспризорников подмастерьями, да еще и кроме десятки полновесным серебром дает такое приданое, как магические печати, разнеслась со скоростью пожара. Так что все мастера, у кого были свободные места, отправили к дому поясного мага учеников или вовсе пришли сами. Была даже пара кузнецов — с этими ребятами я отлично общался на танцах.
Предложения были один слаще другого, но я собрал самые нормальные, а потом сделал то, что посоветовал мне Ирман — пошел по знакомым мастерам собирать отзывы. Соответственно, заглянул я и к Гандасу, как раз и забрал пяток амулетов на зарядку, потом к Ваалу, а в самом конце — уже к бондарям, с которыми мы договорились накануне. В итоге было присмотрено еще два приличных места — у портного, для Невера, что был самым хилым, да еще одно у кожевника, что как раз для того самого портного занимался выделкой шкур на сумки и куртки.
— Так правильнее будет! — советовал мне один из бондарей. — Ребята ж вместе росли, получается. А тут работать вместе будут, пусть и на разных дворах! Это всегда хорошо, когда ученики ладят меж собой, говорю вам, господин ученик мага…
Это «господин ученик» так било мне по ушам, что я каждый раз буквально морщился, но ничего я с бондарем поделать не мог — сухонький мужик имел свое мнение о том, как стоит общаться с магиками и никакие уговоры называть меня просто по имени, он не воспринимал.
Все расходы — сорок монет, а остальное я выплатил натурой, то есть магическими печатями. Кому — укрепление Ур, а кому нужны были и целебные Ис или Эо. Но в отличие от серебряных монет, которые надо было еще заработать, печати были бесплатными и сотворить я их мог почти в любом количестве. Так что я охотно шел навстречу мастерам. Тем более, никто мне на шею не сядет — учитель сказал, что уже через несколько недель мы отплываем из Нипса.
Когда ребята были устроены, я внезапно понял, что все дела в городе решены. На улице стало теплеть, порт готовился принимать первые корабли нового сезона.