Ученик
Шрифт:
В течение рассказа глаза представительного мужчины все больше округлялись.
— Подтвердят правильность? — вскочив, закричал он. — Да они вопят об этом! Рассказывай дальше, — потребовал он, начиная ходить по комнате из угла в угол.
— Дальше он был оправдан на суде, который по требованию посла Нарины организовал королевский инспектор. Там была пара скользких моментов, но он сам парень не промах, и друзья помогли. Каюсь, я тоже принял в этом участие — о причине расскажу чуть позже. После суда его друг рейнджер, спасенный им из погани, спровоцировал на поединок недовольных свитских посла. Убил одного из них и тяжело
— Подробнее.
— Шутка охотниц, кстати, известных вам — три года назад ваш внучатый племянник жаловался на этих демониц, — заставила охотников обратить на него внимание.
— Это ты о тех, кто изображал из себя блудниц? — улыбаясь, сказал мужчина. — И как он справился?
— Он просто затащил их всех в постель одновременно, не давая им никуда отлучиться.
Громкое ржание заставило голубей сорваться с карниза.
— Драка чужак получил бесплатно, — продолжил отец Эстор, когда смех немного поутих. — Тот вылупился при перевозке раньше срока и первым увидел его. Драк, причем черный, не попытался растерзать чужака, а признал его хозяином.
— Дальше… — Все возрастающего интереса в голосе мужчины не услышал бы только глухой.
— Высокородные, узнав о драке, пытались спровоцировать его на поединок. Они стали приставать к дочери Матвея, благоразумно подождав, когда тот выйдет из своей корчмы.
— Хотели получить от чужака вызов, — понимающе усмехнулся собеседник.
— Да, но, не владея оружием и, самое главное, не зная обычаев, он поступил так, как, наверно, принято в его родном мире. Чужак просто избил всех семерых ублюдков до полусмерти.
— Молодец.
— Эта милая забава принесла ему уважение охотников. По моим данным, чужак умудрился их избить в течение минуты. Такого они еще не видели. В своем роде чужак оказался неплохим бойцом. После того как ублюдки подлечились, они, вместо того чтобы удрать из Белгора, не нашли ничего лучше, как обратиться с жалобой к коменданту города. Хотя их тоже можно понять: благородная кровь, чувство безнаказанности и вседозволенности, успешно привитое им высокопоставленными родственниками, незнание обычаев и правил охотников, редко покидающих королевство Орхет, — все это привело к логичному результату. Они упорно настаивали на казни чужака. Сэр Берг, комендант города, не мог отправить его на плаху.
— Он не идиот, — фыркнул мужчина в мантии. — Бунта не было бы, но волнения — обязательно. Последствия этого поступка король Орхет Пятый расхлебывал бы очень долго. А если учесть еще и Матвея, то…
— Однако не принять мер он тоже не мог. Вы сами знаете, какое положение в торговле между Севером и Югом занимает Нарина.
Мужчина поморщился: знаю.
— Сэр Берг нашел, как ему тогда казалось, изящный выход. По старому правилу он мог выдать амулет ученика охотника. Как он уговорил чужака — неизвестно, но тот надел его.
— И получил сразу вызов крови и рода от одного из этой компании, — продолжил мужчина.
— Так и было, но с одним уточнением. Чужак своим открыто демонстрируемым презрением заставил остальных потерять голову и также бросить ему вызов крови и рода. — Отец Эстор замолчал и взял со стола кубок.
— Отец
Отец Эстор усмехнулся и продолжил:
— Чужак вышел на поединок с заводилой компании без доспехов и без оружия, если не считать оружием кинжал. Он умудрился убить противника — кстати, неплохого воина. Охотники пришли в восторг и стали с большим воодушевлением убивать остальных.
— Молодец, какой молодец! Право замены — узнал про него, смог выжить и сделать это. Молодец.
— С поединком и этой семеркой высокородных не все чисто, но об этом позже. Родственники погибших подняли гигантский скандал. В Белгор срочным образом направили королевского инспектора. Гильдии охотников предъявили обвинение в убийстве. С помощью амулета ученика со статусом чужака было обнаружено расхождение между писаным законом и обычаем охотников. Какие-то вераты решили на этом сыграть. Чужак не стал пережидать бурю в другом месте, как советовали ему друзья. На следующую ночь он спустился в погань и провел там положенное время.
— Ничего не зная и не умея? — перебил мужчина отца Эстора.
— Да. На обратном пути из погани он заметил черный караван и решил вмешаться, вместо того чтобы пройти мимо.
— Самоубийца.
— Боюсь, что для него это не новость. Во-первых, при просмотре его воспоминаний я обнаружил сильную душевную травму, вызвавшую апатию и равнодушие к жизни. Более того, начавшееся раздвоение сознания. Его чувства, мысли, желания — короче, значительная часть личности, относящаяся к периоду жизни до получения травмы, — были довольно успешно заперты чужаком в своем сознании. Время от времени под действием различных причин внутренний контроль ослабевает, и он получает возможность стать прежним, но подсознательно и сознательно отвергает эту возможность. Во-вторых, он сомневается в реальности происходящего с ним сейчас. Это основные причины его легкомысленного отношения к собственной жизни. Есть и другие, но они не так важны.
— Почему же он еще жив? — недоуменно спрашивает мужчина.
— Ответ на этот вопрос я нашел у него в голове. Хотя там такая каша. В его мире есть поговорка: «Не столь важно кем ты родился, — важно, кем ты умрешь». Она очень похожа на один из основных пунктов «Кодекса воина» Дикого острова. Чужак может с легкостью пойти на смерть, если у него не будет другого выхода и он сможет от этого что-то получить. Хотя бы моральное удовлетворение.
— Опасный тип.
— Очень. Я бы назвал его очень осторожным храбрецом. По-глупому он умирать не собирается. Так он наверняка ввязался в схватку с черным караваном, имея возможность бегства и спасения в случае неудачи. Его авантюра удалась. Он освободил рейнджера и магистра Колара эр Килам.
— Того самого?
— Да. Кроме того, он взял отличную добычу и наверняка испортил планы одного из темных мастеров погани. За изготовление камней боли они заплатили Руву тремя слезами Тайи. Подводя итог приключений чужака, можно сказать, что за три дня он не раз оказывался на волосок от смерти. Приобрел дружбу и уважение охотников, стал богатым человеком, магистр Колар взял его в ученики, а перед самым моим отъездом свое мастерство ему передал гвардеец из Черных драконов, враг герцога Мирана — отца одного покойного кретина из Нарины.