Учитель Истории
Шрифт:
Я выдохнул и воззрился на начальника: проняло, нет?
— Серьезный пассаж, — прокомментировал Паша, не моргнув глазом. — Мне понравилось, впечатлило, я бы даже сказал. А теперь выпей еще водички, и перейдем к делу. Ты у меня вольнонаемный работник, а приказы начальства не обсуждаются. Это раз.
— Если они не противоречат закону, — вставил я.
— … плюс зарплата по полуторному тарифу, не считая процентов в случае выигрыша дела и оплаты на месте, непосредственно от нанимателя. Это два. Если все сложится, за месяц заработаешь, больше,
— К чему столько масла? — скривился я. — Замануха какая-то.
— Иначе кто согласится ехать из Москвы в глушь? — резонно удивился Паша. — А вопрос серьезный: недвижимость. И люди очень важные, которым помочь нужно.
— Какие-нибудь депутаты?
— У депутатов давно уже свои юристы есть, — усмехнулся шеф. — Может, даже более квалифицированные, чем ты. Даже там, в Младове. Нет, все немного проще. Нужно помочь моей двоюродной сестре.
— Вот как… Сестре. Не знал, что мы с тобой почти земляки. Она молодая?
— Ишь ты, оживился! Не мечтай. Ей тридцать восемь, у нее уже взрослая дочь. Они вдвоем живут. Загвоздка в том, что ее бывший муж по наущению своей нынешней супруги пытается отобрать у них квартиру. Дело довольно сложное: квартира изначально оформлена на него, но он в ней уже лет пятнадцать как не живет. В общем, если они проиграют дело, то могут остаться совсем без жилья. Есть, над чем поломать голову, но, думаю, ты справишься.
— Хм… Ты же понимаешь, мне в любом случае надо посоветоваться с Верой.
Я уже понемногу успокаивался. Предложенные условия и обстоятельства поездки мало-помалу перевешивали накатившее раздражение.
— Посоветуйся. Но кроме тебя мне рассчитывать не на кого. Ирину я не отпущу, уж извини. И сам поехать не смогу: кто здесь будет вам клиентов искать? Да и я уже напел в твой адрес столько различных приятностей, что тебя там уже ждут с распростертыми объятьями.
— А жить я буду у них?
— Нет. Тебе предоставят комнату в общежитии местного педучилища. Елена Ильинична работает завучем в первой школе, она все устроит в лучшем виде.
— Учитель? — обрадовался я, подбирая с пола оброненные бумажки. — Приятно будет пообщаться с образованным человеком!
Паша усмехнулся.
— А ты уже подумал, что она доярка в колхозе? Лена женщина умная — не в обиду дояркам, конечно, среди которых я тоже встречал очень достойных людей, — и педагог первоклассный. В московских школах немного таких найдется.
— Одна на весь город…
— Может, и одна. Первая школа не единственная в Младове, их там две или три. Но об этом уже с Леной поговоришь. Может, она тебе даже расскажет, где у них там культурные и воспитанные, типа тебя, кучкуются. Или вариант: купить себе спортивный костюм, затариться семечками и слиться с иным контингентом, перипетии жизни которого ты так красочно описал на примере своего родного
— Я подумаю, — уклончиво ответил я.
— Подумай, подумай, — Паша быстро провел рукой по уже начинавшей лысеть голове. — И, кстати, зря ты думаешь, что Младов — совсем уж глухомань. Я тут вспомнил: мы вчера с Леной разговаривали по телефону, и она похвасталась, что у них в подвале заброшенной усадьбы нашли какие-то сокровища. Чуть ли не византийских времен. Шумиха поднялась будьте-нате, сам патриарх приезжал. Вот как. А ты: провинция, провинция…
— Ладно, ладно, убедил, — я замахал руками, призывая оградить меня от излишней информации. — Хоть на ценности ромейских императоров поглазею, если совсем уж скучно станет.
— Думаю, скучать тебе будет некогда, — тон, с которым были произнесены эти слова тут же заставил меня насторожиться. — Ты вот, вроде, умный, а невнимательный совсем. Что я тебе сказал насчет оплаты?
— Ну… — я лихорадочно принялся вспоминать. — Ты сказал, что полуторный тариф по зарплате, процент в случае успеха, что оплата проезда, жилья, частично — питания за счет фирмы… И еще… И что-то еще было?
— Было. Еще я сказал, тебе будут платить на месте.
— Точно! А… За что?
— За красивые глаза, — хохотнул Паша, увидев мой растерянный вид. — Кроме судов я подрядил тебя педагогом в школу к Лене. Прочтешь детишкам про правоведение.
— Прочту? — не сообразил я. — Типа как рэп?
— Нет, типа как учебный курс. То есть, не типа, а в натуре, выражаясь языком, который тебе вскоре предстоит выучить. Месячный учебный курс. Кстати, в гражданском праве тоже есть термин «в натуре».
— Чего? — я повторно вскочил на ноги: собранные было бумаги снова разлетелись по кабинету. — Ты в своем уме?!
— Да ладно тебе! Ты что, уже всю теорию забыл? «Обязательство выполнено в натуре».
— Да я про учебный курс, твою мать! — Ах про курс. Ну да, есть такое дело. Ты не переживай, я же не садист. Забыл уже все, понимаю. Учился давно, вспоминать неохота. Но тамошний контингент, уверяю, знает еще меньше тебя. Расскажешь им про гипотезы, диспозиции и санкции, сдобришь это дело парой анекдотов — только не пошлых! — и дело в шляпе. Ты чего рот разеваешь, словно рыба на бережку? Говори, радость моя.
— Ты хочешь, чтобы я… — блин, даже вслух сходу не скажешь: один мат на уме. — Хочешь, чтобы я работал учителем?
— Да не учителем! — шеф протянул мне свой стакан. — Налей водички? Спасибо. Учителем я бы тебя даже к одному ребенку не подпустил. Обычный факультатив для старших классов. Четыре занятия, максимум, пять. Не больше. Я Лене обещал, она планирует ряд подобных факультативов, но не может найти преподавателей.
— Поэтому ты услужливо предложил меня, — я включил язву. — Одним выстрелом двух зайцев наповал. Молодец. Хорошо хоть жениться на ней не предлагаешь и дочку ее усыновить… Тьфу, удочерить!