Учиться, влюбиться... убиться?
Шрифт:
— Ёлка, Кан идите-ка вы в столовую, поужинайте и ложитесь спать, — предложил Антел Герлей. — Вам нужно отдохнуть и вообще, не стоит лезть в политику.
Угу, в переводе на русский язык — отвали, засранец. Мавр сделал свое дело, мавра можно утопить! Ну, погодите вы у меня, придет война — попросишь хлеба! Нет, ну какое свинство! И главное — кто! Дирек-тор! Я молча встала, собираясь, как следует хлопнуть дверью на прощание, но тут вмешался Тёрн.
— Кан может идти. Но Ёлка остается.
— Простите? — удивился
— Объясняю, — спокойно отозвался Тёрн. — Ёлка — единственная, кому я доверяю в вашем Универе. По-этому она остается здесь.
Кан вылетел из кабинета, треснув дверью так, что та едва не слетела с петель. Терн спокойно выдер-жал возмущенный взгляд директора.
— Спасибо, — протелепатировала я другу и через минуту получила ответ.
— Не стоит. Я правду сказал.
Что ж, с меня причитается при случае.
— Я тебе об этом напомню, — тут же пришла мысль.
Я обратила все свое внимание на директора. Тот казался каким-то странным.
— Тёрн, я должен вам сообщить очень печальную для вас новость.
На лице элвара не дрогнул ни один мускул.
— Что случилось?
— Вчера Деркаан взял столицу Элвариона. Ваши родители погибли. О старшем брате ничего не из-вестно.
Лицо элвара окаменело. Только теперь я поняла, что значат слова 'маска смерти'. Это была именно она. На мертвенно-бледном лице жили только глаза. Мне стало страшно. Но элвар тут же провел по ли-цу рукой, и оно стало опять спокойным и холодным.
— Я понял. Давайте поговорим о деле.
— Давайте, — с облегчением согласился директор. Еще бы! Унимать элварскую истерику — дело гиблое. Тут остается только прятаться под стол и молиться, чтобы пронесло. Во всех смыслах. — Я хочу пере-бросить вас вместе с войском к столице Элвариона. И там вы разберетесь с Деркааном. Я знаю, где ук-рылись сопротивляющиеся элвары. К ним я вас и переброшу. Вас и еще магов.
— Отлично, — согласился Дейлион ан-Амирион.
— Так и поступим, — согласился Тёрн.
— Хорошо. Тогда вы и вы, Ваше величество, будьте готовы завтра в шесть утра. А для вас и для вас, ва-ше высочество, мы приготовим апартаменты. Ёлка, можешь идти отсыпаться.
— Не поняла, — подняла брови принцесса. — Вы намерены оставить меня здесь?
— И меня? — подключилась я. — Я не останусь. За мной еще долг одному элвару!
— Это моя война. И я не собираюсь оставаться здесь. Не вас держали почти десять лет в одной комна-те. И не ваших мать и отца убили!
— Вы что — с ума сошли!? — удивился директор.
— Нет, — одновременно замотали головами мы с принцессой.
— Я должна быть рядом с братом! — решительно заявила принцесса.
Я тряхнула головой.
— Я никогда не была сильна в предвидении, но сейчас что-то кружит рядом со мной. Поверьте, мое ме-сто ТАМ. Я должна закончить эту партию.
Директор
— Что ж, надеюсь, ты права. Только постарайся не подставлять голову под стрелы.
— Постараюсь, — пообещала я.
— Тогда перед нами встает еще одна проблема. Ваш брат. На него почему-то не действует магия. Бо-лее того, в замок, где он находится, сейчас нельзя перенестись с помощью магии. Вам придется проби-ваться самим. Во дворце есть какие-нибудь тайные ходы?
— Полно. Но это мы решим на месте. И потом, вы не о том хотели сказать.
— Это так. Вам, ваше величество, придется осудить и хладнокровно убить своего брата, или убить его во время боя.
Дейлион даже бровью не повел на эти слова.
— Я знаю. Но вы не думайте, что у меня дрогнет рука. Я уже говорил как-то, родственных чувств у ме-ня к нему не осталось.
— Тогда все, — спокойно подвела я итоги. — Завтра на рассвете? Мы будем. Разрешите идти?
— Разрешаю, — кивнул директор.
— До утра, — попрощалась я со всеми. И вышла.
В коридоре было пустынно и тихо. Спорить готова, что ребята подстерегают меня за ближайшим по-воротом, чтобы как следует расспросить. Кто-то схватил меня за руку.
— Тёрн? — удивилась я.
Глаза элвара блестели, как у сумасшедшего. Лицо было внешне бесстрастно, но глаза… Не дай мне Высшие Силы узнать хотя бы десятую часть такой боли. Я просто не вынесу.
— Ёлка, помоги мне! Мне так больно! Я просто не могу оставаться сейчас один! Я сойду с ума! Мне не-кого попросить об этом, я никого здесь не знаю…
Я сжала его руки, прерывая лихорадочный диалог. Пальцы у него были ледяные. Потерять родителей! Высшие Силы! В какую-то минуту меня просто ударило его эмоциями, чувствами, ощущениями — и я задохнулась от боли и сострадания. И еще крепче сжала его руки.
— Пойдем. У меня в комнате есть свободная койка. Мы посидим в тишине, и ты расскажешь мне о них.
— Ёлка!!! — завопил кто-то. Вокруг меня собиралась плотная толпа сорвиголов. — Ёлка, Ёлочка, наша ко-лючка вернулась!!!
Меня окружила толпа друзей, засыпала вопросами, заговорила тысячей голосов… Я беспомощно огля-дывалась, крепко держась за руку Тёрна. Помощь пришла быстро.
— А ну расступились!!! Оглоеды, имбецилы, рибонуклеазы!!!
Я даже прослезилась. По коридору плыла такая знакомая и родная Лорри. И в руках у нее была очень материальная и грязная метла. Этой метлой она и разгоняла учеников, освобождая себе дорогу.
— Ёлка, сейчас немедленно ужинать и спать! — скомандовала она. — Марш в комнату! И только попро-буй не рассказать мне о своих проделках на свободе! Куда ты еще успела влипнуть? Что еще хорошего наворотила?
— Знакомься, — спокойно представила я. — Это мой друг Тёрн. Он элвар.