Удача Рейли
Шрифт:
– Она странная, - сказал Том и к удивлению присутствующих добавил: - Я знал ее семью.
Рейли взглянул на него.
– Где это было?
– На восточном побережье. Она из хорошей семьи... обеспеченной. Но Майра всегда была подленькой. Она убежала от родителей.
Когда Вэл проснулся, в хижине было светло. Он лежал на досках кровати, укутавшись в одеяла. У огня сидел Тенслип, подняв ноги на полено, служившее стулом. Когда Вэл зашевелился, он оглянулся.
– Доброе утро, малыш. Когда ты захочешь, то можешь спать очень крепко, ты это знаешь?
– Да,
– Сэр... Хм. Звучит неплохо. Кто тебя учил, как вести себя со старшими?
– Мистер Вэн, сэр.
– Ну, хоть на что-то он сгодился. Хотя Вэн приятный парень, да-с, приятный парень. Никогда не встречал человека, который умел бы разговаривать так, как он - кроме Рейли. У тебя хороший друг, малыш, держись за него. У человека не так уж много друзей, ими надо дорожить.
– У вас тоже есть друзья.
Тенслип сухо рассмеялся и быстро, искоса глянул на Вэла. Взгляд его был полон иронии.
– Да? Ну, их можно и так назвать. Мы вместе работаем, малыш, и они хорошо делают свою работу, но я говорил о друзьях, которые не всадят нож тебе в спину, когда ты отвернешься.
– Вы нравитесь мистеру Рейли.
– Нравлюсь Рейли? И почему же ты так думаешь?
– Я вижу, как он с вами разговаривает и смотрит на вас. Вы ему правда нравитесь.
– Польщен. Одобрение Уилла Рейли заслужить нелегко. А как насчет тебя, малыш?
– Конечно, сэр. Вы мне тоже нравитесь.
– А Хэнк? И Том?
– Хэнк... то есть Генри, мне не нравится. Кажется, я ему тоже не нравлюсь. А про Тома не знаю.
– Про Тома никто не знает. Даже сам Том.
– Тенслип встал и подбросил дров в огонь.
– Насчет того, кто тебе нравится, а кто не нравится, лучше помолчи, малыш. Хотя не думаю, чтобы это имело большое значение.
Снегопад закончился, в окне, сквозь которое из-за намерзшего инея едва пробивался свет, было тихо и бело. В хижину доносился стук топора и время от времени звук голосов. Вэл увидел на снегу большие щепки и две длинные изогнутые жерди. Уилл Рейли срубил изогнутые молодые деревца и сейчас обтесывал внешнюю поверхность будущих полозьев.
Зонненберг, Том и Рейли выкатили повозку и Уилл начал снимать колеса. Повозка была сделана так, чтобы, чтобы зимой на нее можно было ставить полозья.
Через некоторое время все вернулись в хижину. Том принялся готовить еду, а Рейли сел и прислонился к стене.
– У меня есть кое-какая еда, - сказал он, - а мы обязаны вам за помощь. Если собираетесь оставаться здесь до оттепели или до весны, ваших припасов не хватит.
– Лишние харчи нам не помешают, - согласился Тенслип.
– Я могу оставить пару кусков бекона, мороженое мясо и с полдюжины банок консервированных бобов. Мы не захватили муки, потому что считали, что печь хлеб будет негде.
– Поняли?
– спросил Тенслип.
– Я говорил, что он нормальный парень. С Уиллом Рейли не пропадешь.
Рейли допил кофе и кивнул мальчику.
– Собирайся, Вэл. Мы уезжаем.
– Тебе далеко ехать.
– Зонненберг изучающе смотрел на него.
– Откуда мы знаем, что ты не встретишься где-нибудь с шерифом?
– Если
Рейли надел шапку и встал.
– Пошли к повозке, я выгружу вам еду, какую смогу.
Снаружи он нагрузил Зонненберга беконом и бобами, а когда бандит вошел в дом, Рейли сказал: - Спасибо, Тенслип. Я твой должник.
– Он порылся в повозке и вытащил десятифунтовый мешок сушеных яблок.
– Это вам премия.
– Благодарствую, - Тенслип хотел было повернуться, но остановился.
– Я только что вспомнил, Уилл. Будь осторожен в Хелене. Там Горманы.
Генри Зонненберг угрюмо стоял рядом, а Том вышел вперед, поднял Вэла и усадил его в повозку, подоткнув вокруг мальчика бизонью шкуру.
– Закутывайся теплее, сынок. В дороге будет холодно.
– Спасибо, Том, - сказал Вэл.
– Спасибо вам большое.
Уилл Рейли забрался в повозку, сел и стегнул лошадей вожжами.
– Будьте осторожны, ребята. И забросайте наши следы снегом.
Он выехал по тропе к главной дороге, и Вэл увидел, что его шуба все еще расстегнута, а ремешок, удерживающий револьвер в кобуре, свободно висит. Уилл Рейли был игроком, но он не играл с судьбой, и только отъехав две с лишним мили, застегнул шубу.
Некоторое время они ехали молча, потом Уилл взглянул на мальчика.
– Замерз?
– спросил он.
– Немножко.
– Ты заметил, что случилось в хижине, Вэл? Всегда важно все замечать и слышать.
– Да, сэр.
– Знаешь, почему нас не убили?
– Они нас испугались.
– Нет, не испугались. Особенно Тенслип. Да и остальные тоже. Дело в том, что они заметили, что я их не боюсь, поэтому не могли рассчитывать на то, то причинят нам вред и при этом не пострадают. И вот что еще, Вэл. Сильный человек знает, когда использовать свою силу. Я не стал возражать Генри Зонненбергу, а если бы возразил, ему пришлось бы доказывать свою правоту. В результате мы бы подрались, и кто-то оказался бы раненым. Черта между смелостью и безрассудностью очень тонкая, Вэл. Я молча согласился с тем, что Зонненберг крутой парень, не показав себя трусом.
– Да, сэр.
– Я расскажу тебе о них. Зонненберг из них самый крутой и жестокий. Тенслип лучше всех владеет револьвером и намного хитрее остальных, но самый опасный - это Том.
– Почему?
– Потому что он не в своем уме. Он выглядит нормально и обычно рассуждает нормально, но когда его прижмешь, он звереет и может поубивать всех, кто попадется под руку. Позже он может пожалеть о содеянном, но скорее всего позабудет все, что случилось.
Они снова помолчали, и наконец Рейли сказал: - Вэл, ты в этом мире один. Никогда не забывай об этом, но не забывай и о том, что самый сильный человек - именно одинокий. Друзья - замечательная штука, но выбирать их следует с осторожностью. Учись правильно оценивать людей, Вэл. Если научишься этому, будешь жить дольше... и лучше.