Уэйн Гретцки
Шрифт:
Но все решилось без нашего участия. «Уэйлерз» аннулировали свое предложение. Они просчитали все варианты: слияние с НХЛ неизбежно, и их клуб будет принят в старую лигу, а вот если они, вопреки политике НХЛ, заключат контракт с семнадцатилетним юниором, то их участие в объединенной лиге может стать проблематичным. (Уэйн до сих пор помнит, что в одном из пунктов контракта с «Уэйлерз» плата в первые три года устанавливалась по 50 000 долларов в год. Джек Келли, тогда менеджер команды, предупреждал Уэйна, что больших денег они ему платить первые три года не будут. Зачем? Если без ВХА он сможет только играть в юниорской лиге за 25 долларов в неделю.)
Новая Англия выбыла из борьбы, но ВХА все равно была не прочь заключить с ним контракт –
Казалось, вмешалось само провидение. Если бы Терио не изменил схему игры «Грейхаундз», Уэйн согласился бы еще пару лет участвовать в соревнованиях за Мемориальный Кубок. [14] Он бы не перешел в «Индианаполис Рейсерс», а значит, не оказался бы в конце концов в Эдмонтоне. Если бы он остался в юниорах до конкурса, то мог бы оказаться в самой распоследней команде НХЛ и тогда бы не произошло многих замечательных событий.
14
Самый престижный кубок для команд юниоров.
Филис и я не летели бы из Индианаполиса на частном самолете, оставив внизу в чужом городе семнадцатилетнего мальчика в надежде, что он проявит себя в игре, где все партнеры и соперники старше его, почти все крупнее, чем он, и где все ждут от него невозможного.
– Все у него будет хорошо, – успокаивала меня Филис.
– Конечно, – успокаивал ее я. – Все будет отлично.
Необычная монополия
«Уэйн Гретцки… Чудо или дутая сенсация?»
Тренировочные сборы «Индианаполис Рейсерс» начались 11 сентября 1978 года. А через пятьдесят три дня после восьми матчей Уэйн играл уже в «Эдмонтон Ойлерз».
Сейчас, по прошествии стольких лет, все выглядит смешно и немного глупо: и споры о том, переходить ли ему в профессионалы, и тайная поездка в Ванкувер для встречи с Нельсоном Скалбани, и волнение при подписании контракта. Вся его карьера члена профессионального клуба в Индианаполисе уместилась на одной строчке в книге рекордов НХЛ.
1978–1979. Индианаполис… ВХА. 8-3-3-6-0.
Восемь матчей в составе «Рейсерс»: 3 гола, 3 голевые передачи, 6 очков, 0 минут штрафа. Подписывая контракт на борту самолета, мы думали, что все продлится несколько дольше.
Получилось так, что мистер Скалбани в своих планах развивать хоккей в Индианаполисе не учел одного обстоятельства: жители Индианаполиса не хотели никакого хоккея. По крайней мере, число зрителей не позволяло Скалбани хотя бы остаться при своих интересах. Он выкупил 51 процент акций клуба по цене 1 доллар за штуку с обязательством принять на себя все долги. Еще до конца сезона Скалбани, затратив 1 миллион 200 тысяч долларов, вынужден был признать, что его затея потерпела крах. «Чтобы вернуть затраченные в Индианаполисе деньги, я должен получать 60 000 за игру, – объяснял он. – Мы же получали в среднем 30 000 долларов. Однажды была встреча с „Нью-Инглэнд“, командой, занимавшей первое место. Матч собрал 4372 болельщика. Выручка была 29 000 долларов. А мне эта игра обошлась в 33 000. Если билет на матч обходится мне дороже, чем всем остальным зрителям, вместе взятым, то поневоле приходится делать какие то выводы».
В ноябре Скалбани еще надеялся спасти дело, уменьшив оплату игрокам и перераспределив финансы так, чтобы заткнуть некоторые дыры в бюджете клуба. Наиболее выгодным выглядело решение продать Уэйна какому-нибудь клубу попопулярнее. Видит бог, он хотел дать болельщикам Индианаполиса подающую надежды суперзвезду,
Мистер Скалбани прилетел в Индианаполис, сообщил о своем решении Уэйну и предложил ему на выбор Эдмонтон или Виннипег. Мы выбрали Эдмонтон. Если вспомнить, как это было, легко понять: многое из происходящего в хоккее основывается только на слухах.
Ходили слухи, что тренировать «Виннипег Джетс» будет Джон Фергюсон, в прошлом звезда «Монреаль Канадиенс». Уэйн разволновался: в Виннипеге ему делать в таком случае нечего. Ведь Ферги слыл грубым и суровым человеком, сторонником жесткого хоккея. Я подумал, что ему не подойдет игрок такого плана, как Уэйн. И, основываясь на этих слухах и домыслах, мы и выбрали Эдмонтон. Слышали мы, что менеджер «Виннипег Джетс» советовал владельцам клуба не покупать Уэйна – он-де не стоит тех денег, которые просит за него мистер Скалбани, вряд ли он сохранит свою результативность в НХЛ, куда «Джетс» должны были попасть при теперь уже неизбежном слиянии лиг.
Потом выяснилось, что Фергюсон действительно пришел в «Виннипег», но не тренером, а вице-президентом и менеджером. И в остальном слухи не подтвердились. Он, оказывается, всегда считал Уэйна великим игроком и даже сравнивал его с Жаном Беливо. А позже в разговоре со мной владелец «Джетс» Майкл Гоутуби сказал, что он страшно жалеет, что у них с Уэйном ничего не получилось. Но это уже их проблемы.
Для Уэйна же первый сезон в профессиональной команде не мог быть удачней.
При переходе из Индианаполиса в Эдмонтон Уэйн не пропустил ни одной игры. Он сыграл все 80 матчей и первый свой профессиональный сезон завершил, набрав 110 очков (46 голов плюс 64 результативные передачи), а ведь, когда начинался год, у него была цель забить хотя бы 20 голов и сделать 40 голевых передач. Он вышел на третье место среди самых результативных игроков ВХА, был признан лучшим новичком года и выбран центральным нападающим во вторую команду «Олл Старз» вслед за Робби Фтореком («Цинциннати»). Он играл в одном звене с Горди Хоу, которому был 51 год, на правом фланге и Марком Хоу слева во встречах сборной ВХА с советской командой. («Это потрясающе! – хохотал Горди. – Одному мальчишке семнадцать, второму двадцать три, а тройка все равно самая „старая“ в хоккее из-за старого хрыча на правом краю».)
Несмотря на то что Уэйн пробыл в Индианаполисе так недолго, с этим городом связаны знаменательные в его жизни события. Он забил свои первые два гола в качестве профессионала в пятой игре сезона против «Эдмонтон Ойлерз». Магазин по продаже одежды для молодежи основал «Клуб болельщиков Великого Гретцки» (За 2,5 доллара вы получали глянцевый членский билет, фотографию Уэйна с автографом, вымпел и эмблему «Рейсерс» Среди первых полутора тысяч членов были Кейт, Глен и Брент Гретцки.) Он жил в семье Терри Фредрика, купил спортивный автомобиль, записался в вечерние классы высшей школы Брод Рипл (где его соученики даже не знали, что он играет в хоккей) и занимался трудной работой, стремясь доказать, что в семнадцать лет он может быть профессиональным хоккеистом.
Как всегда, было немало сомневающихся. Ширли Фишлер, обозреватель журнала «Экшн Спортс Хокки» так описывал ситуацию: «Некоторые считают, что Уэйн Гретцки самый яркий молодой игрок с тех пор, как двадцать лет назад в НХЛ появился Бобби Орр. Другие не так категоричны, они даже склонны подозревать, что этот высокооплачиваемый игрок может оказаться не феноменом, а подделкой под чудо. Пока он показал себя очень хорошо… но остается вопрос: устоит ли он под грузом ответственности? Он утверждает, что устоит, что он настоящий… Ну что ж, посмотрим, умеет ли он держать слово».