Углерод
Шрифт:
– О чём бумажка?
– Не знаю...
– Как так, "не знаю"?
– Леонида поразила подобная беспечность.
– Похоже меня из-за тебя посадят или расстреляют. Да, выволокут на задний двор и расстреляют. То-то помыться дали... Точно тебе говорю! Странно, что белую рубаху не выдали.
– Чем больше тебя узнаю, тем больше думаю, что у тебя одни ужасы, да зверства на уме.
Лиза уселась поудобнее, закинув ногу на ногу.
– Это была подписка о не разглашении, я пошутила. Кстати, хорошая шапочка у тебя, выглядишь весёленько так...
Леонид стянул чепчик, обнажив голову,
– А вот так? Всё ещё весело?
– глядя ей в глаза, спросил он.
– Извини. Я снова не подумала.
– скуксилась Лиза.
– Поздно! Теперь я, буду щеголять!
Техник скомкал бинты и быстро, насколько позволяли скованные наручниками руки, убрал в карман бушлата. Немногим позже в комнату вошёл мужчина в нетипично-новом для Мира пропавших без вести и отглаженном камуфляже с капитанскими погонами. О том, что четыре небольших звезды обозначают именно капитана, техник узнал значительно позже, сейчас же ему было абсолютно всё равно капитан это или генерал.
Капитан занял своё рабочее место, открыл сейф, извлёк картонную папку.
– Неизвестный, твоя очередь.
Техник, опасливо взглянул на прапорщика и только дождавшись разрешения, подошёл к столу, взял в руки протянутый капитаном листок и после внимательного изучения, подписал. Согласно этой бумажке, Леонид обещал молчать обо всём, что видел и узнал за последние три месяца. Капитан прибрал документ и спрятал в папку, а после убрал папку обратно в шкаф, взамен вручил Леониду его портмоне с документами. Техник проверил, всё ли на месте и обнаружил внутри корочку с чёрно-белой фотографией Лизы анфас. Прежде чем спросить, запомнил полное имя блондинки, дату и место рождения.
– Эрзац-паспорт, что ли?
– Временное удостоверение личности, отдай ей его, кстати.
Техник передал документ Лизе.
– На первое время пойдёт. Сюда часто попадают без документов так что это - рядовой случай. Но в будущем, - капитан обратился уже к Лизе, - оформишь полноценный. Всё, как и дома: паспортный стол и куча бумажек. И не затягивай, если в течении месяца не успеешь, тебя ждёт штраф. Что ещё? Ах да...
Он вручил технику тонкую брошюру, отпечатанную типографским способом.
– Пригодится. Историю подсказать или сами придумаете?
– Сами, всё сами.
– обещал Леонид.
– Это будет очень скучная история.
– Хорошо. А теперь, идите за прапорщиком, вам вернут личные вещи. Давайте, не мешайте работать. Василий, - обратился капитан к верзиле, - сними с Неизвестного наручники.
Выйдя из кабинета, они последовали за прапорщиком, тот привёл их на склад, где Леонид буквально устроил драку с пухлым кладовщиком. Вернули практически всё. Серебро, не работающий фонарь, мультиинструмент, складной нож, клык Увальня...даже топор. Однако, в пользу "государства" отошли две золотые монеты, найденные при обыске, оружие, и большой складной нож. С потерей последнего, техник смириться не смог. Лишь силовое вмешательство прапорщика спасло кладовщика от его гнева.
– Всё. Валите отсюда!
Прапорщик стоял вместе с ними у выхода.
Техник бегло оглядел улицу. Снова площадь. Неработающий фонтан с каскадом
– А... Ну, наверное... Но...
– промямлил техник, но не смог сформулировать вопрос.
– Не "Нокай", чай не запряг. Пошли вон!
Василий не собирался вносить ясность в происходящее. Леонид уже пришёл в себя, и теперь смотрел верзиле в глаза снизу-вверх,
– Скажи, Синеглазая, - обратился он к Лизе, - всё ли с тобой ладно? Может тебя там били?
– Нет, всё хорошо, даже кормили сносно.
– ответила она.
– Везёт тебе, а меня...
– всё ещё глядя в глаза прапорщику, улыбнулся техник.
– Ещё чуть-чуть и точно бы отпидарасили. Не смотри на меня так...баловник.
Прапорщик, возмущённый подобной наглостью, уже собрался пообещать Леониду невиданные кары и страдания, но тот, воскликнув: "Свобода, мать вашу!", прихрамывая, быстрым шагом пошёл прочь. Лиза извинилась перед прапорщиком за техника и увязалась следом.
– И что мы будем теперь делать?
– поинтересовалась она, поравнявшись с Леонидом.
Техник остановился, но не ответил, только отчаянно жестикулировал и силился что-то сказать. В конце концов, не найдя слов, развёл руки в стороны в извиняющейся позе и так и остался стоять. Блондинка уже привыкшая к технику, сделала чудовищный вывод:
– Подожди. Ты что? Только не говори, что хочешь меня бросить!
– Ну, не то, чтобы бросить...
– ответил он.
– Почему? Что я снова сделала не так? Ты не можешь со мной так поступить!
– возражала Лиза.
– Вообще-то могу. Ты же сдала меня с потрохами. Да, думаю у тебя не было шансов и всё же...ты теперь в безопасности, совесть моя чиста и всё такое. Вот как-то так. Всё! Целую!
Леонид пошёл дальше, изучая выданную капитаном брошюру, а Лиза осталась стоять на месте, не веря своим ушам. Тот самый техник, самый близкий человек, который хоть и довольно своеобразно, но только и делал, что заботился о ней, уходил, даже не обернувшись. Лиза оглянулась по сторонам. В чужом городе и уже не понятно в каком из миров, внезапно она оказалась предоставлена сама себе. Не было больше ни постоянных указаний, ни поучений, не было больше какой-либо цели. Только выбор.
– Бу-бу-бу... Пункт номер...пройти регистрацию.
– читал он вслух брошюру.
– А, где здесь улица Пионеров? Могли бы разориться и хотя бы подобие карты города напечатать. Пожадничали сволочи.
– Я останусь с тобой!
– почти крикнула Лиза, вновь появившись за спиной.
– Нет.
– коротко ответил техник.
– Я всё равно останусь.
– Нет.
– А я останусь!
– Нет, не... Ну что за детский сад?
– отвлёкшись от изучения брошюры спросил он, тоскливо взглянув на серое небо.
– Отстань от меня!