Уго Чавес
Шрифт:
Результатом этих ночных бдений и бесчисленных чашек кофе стало создание в начале июля 2004 года стратегического альянса «Petrosur» с Аргентиной. Своим примером этот энергетический союз должен был ускорить процессы интеграции на континенте, показать всем скептикам, что заявленный Чавесом «поворот в южном направлении» — не спекулятивный ход, а долгосрочная программа действий, в том числе солидарного характера. Аргентина никак не могла избавиться от последствий неолиберального десятилетия, когда государственные предприятия были приватизированы и новые хозяева занялись деланием денег любой ценой. Миллиарды уходили за рубеж на счета «транснациональных собственников», а в казне Аргентины не хватало средств на элементарное содержание государственного аппарата и армии, на развитие экономики и социальные
Без всякого сомнения, взаимная симпатия Чавеса и президента Аргентины Нестора Киршнера(Нестор Карлос Киршнер Остоич (1950–2010) — из семьи эмигрантов: отец — швейцарских корней, мать — хорватка. Университетское образование получил в городе Ла-Плата. Занимался адвокатской практикой в Рио-Гальегосе. Член хустисиалистской партии. Избирался губернатором провинции Санта-Крус, которая стала его стартовой площадкой в борьбе за пост президента. Президент Аргентины в 2003–2007 годах.), схожие подходы к задачам модернизации Латинской Америки в условиях навязываемой США глобализации «по-имперски» ускорили сближение обоих государств. Было принято решение об открытии в Буэнос-Айресе представительства PDVSA, налаживании поставок в Аргентину различных видов нефтепродуктов в обмен на агроиндустриальную продукцию и аргентинскую помощь в возрождении сельского хозяйства Венесуэлы. Обсуждалась возможность строительства на верфях Аргентины современных танкеров для PDVSA. Чтобы облегчить драматическое финансовое положение братской страны, Чавес дал указание о приобретении государственных облигаций Аргентины на один миллиард долларов. Это вызвало беспрецедентный шквал критики со стороны либеральных экспертов: «Чавес принял ошибочное решение, аргентинские бумаги — макулатура, истраченные деньги пропадут».
В период своего президентства Нестор Киршнер был в числе надёжных союзников Чавеса в Латинской Америке. Вашингтон не раз пытался «убедить» аргентинца в том, что Чавес — «неподходящая» компания для него. В Буэнос-Айресе побывали с визитами все «ястребы» из команды Буша. Они обещали золотые горы за пересмотр отношений Аргентины с Венесуэлой, дистанцирование Киршнера от венесуэльского «автократа». Беспокойство Вашингтона было понятным: если «ось» Каракас — Буэнос-Айрес укрепится, экспансия Боливарианской революции на континенте может стать неудержимой.
На Четвёртом всеамериканском саммите (4–5 ноября 2005 года) в аргентинском городе Map-дель-Плата стало очевидно, что «ось» существует. Киршнер и Чавес единодушно выступили с критикой создания «всеамериканской зоны свободной торговли» от Канады до Чили — ALCA. США очень хотели распространить на всё Западное полушарие модель NAFTA — «зоны свободной торговли» между США, Канадой и Мексикой. Ещё в самом начале своего президентства Чавес с осторожностью отнёсся к идее ALCA. С годами он всё больше убеждался в своей правоте. В Киршнере он нашёл союзника в этом вопросе.
Открывая саммит, Нестор Киршнер подверг критике саму идею «свободной торговли». Создание «свободного рынка», сказал он, не может быть единственным путём на дороге, ведущей к процветанию и благополучию народов: «Такого рода соглашение должно в первую очередь отвечать национальным интересам, а также компенсировать потери развивающимся странам. Интеграция может стать реальностью только в том случае, когда будут приняты меры по ликвидации диспропорций в нашем развитии». Иначе, по мнению аргентинского президента, «свободный рынок» приведёт к ещё большему обнищанию стран и росту их внешней задолженности.
Киршнер призвал участников саммита заняться поиском иной стратегии развития региона, той, которая реально могла бы обеспечить всех достойной работой и тем самым покончить с безработицей и нищетой. Обращаясь к президенту Бушу, Киршнер подчеркнул, что политика, которую США навязывают континенту, «не только провоцирует нищету и бедность, но и ведёт к нестабильности и падению демократически избранных правительств».
Параллельно встрече глав государств Западного полушария в Мар-дель-Плата проходила 3-я Встреча народов Америки, на которой представители демократических организаций выражали своё отношение к процессам, происходящим на континенте. В грандиозных маршах участвовало не менее трёхсот тысяч
Президент Буш прибыл в Мар-дель-Плата с двухтысячной охраной, опасаясь атак арабских террористов. Разведывательные сводки предупреждали: не исключены атаки смертников. Буш считал, что спецслужбы перестраховывались, докладывая перед каждым визитом о смертниках. Его больше беспокоило то, что саммит не даст нужного результата. Впрочем, некоторые надежды на компромисс, позволяющий продолжить подготовку ALCA, у Буша оставались. Президент Мексики Висенте Фокс обещал полную поддержку, как и Урибе из Колумбии, Сака из Сальвадора.
Однако Киршнер и Чавес, которых поддержали президенты, представляющие страны МЕРКОСУР, камня на камне не оставили от предложений США. Буш, не дожидаясь завершения саммита, покинул Аргентину. Вашингтон потерпел поражение: подготовленный им финальный документ саммита так и не был принят. Чавес был прав, когда, подводя итоги «сражения в Мар-дель-Плата», заявил, что «пятёрка мушкетёров победила», «выиграла нокаутом»: «план Вашингтона по созданию ALCA умер».
Саммит не обошёлся без конфликтных ситуаций, вызванных, в частности, попыткой президента Мексики Фокса «подыграть» Бушу. «ALCA будет создана с участием или без участия МЕРКОСУР», — заявил Фокс. Позже, беседуя с журналистами, он допустил бестактные высказывания в адрес Киршнера и Чавеса. По мнению мексиканца, Киршнер пытался «произвести впечатление» на общественное мнение в Аргентине и потому не был заинтересован в успехе саммита. Киршнер в ответ рекомендовал Фоксу заниматься мексиканскими проблемами, «которых хватает», потому что аргентинскими как президент занимается он сам.
Чавес тоже не оставил без внимания нападки Фокса. «Вызывает жалость, что такой героический народ, как мексиканцы, — сказал Чавес, — имеют президента, который опустился на колени перед Империей и затем обрушился с нападками на нас, защитников чести наших народов. Это печально, что мексиканский президент согласился стать щенком Империи, когда его страна столько лет терпит насилие со стороны североамериканского империализма. То, что называется сейчас Техасом, мы знаем, принадлежало Мексике, но они (США. — К. С.) отрезали половину её территории. Бедная Мексика! Так далеко от Бога и так близко к Соединённым Штатам!» Интересно отметить, что МИД Мексики сразу же поспешил «нормализовать» отношения с Аргентиной: да, на саммите случился небольшой инцидент, но разве цивилизованные государства не умеют решать такие незначительные проблемы? В отношении Венесуэлы мексиканская дипломатия предпочла конфронтационный сценарий. В МИД был вызван венесуэльский посол Владимир Вильегас, от которого потребовали не только объяснений по поводу «высказываний Чавеса», но и извинений. Вильегас упаковал чемоданы и уехал в Каракас. Чавес извиняться не собирался.
Сразу после провального для США саммита в лабораториях информационной войны закипела работа. Обо всём не скажешь, но вот, для примера, статья Карлоса Монтанера, привилегированного «публициста» ЦРУ. Он очень постарался, чтобы в очередной раз представить венесуэльского президента исчадием ада: «Чавес научился у Кастро языку пивнушек. Поэтому никому не хочется связываться с косноязычным типом, который нарывается на драчку, обзывая Джорджа Буша “придурком”, а Висенте Фокса “щенком Империи”. Этот “крутой парень” с улицы, с лёгкостью выпаливающий примитивные мысли, способен изуродовать лицо своей жены (уже бывшей) и показывать неприличные жесты с трибуны. При встрече на конференциях с типами подобного сорта лучше всего отойти в сторону, а то, глядишь, и финку вытащит».