Угодья Лешего
Шрифт:
Волх подошел к тому месту, где стоял Ярополк. Увидев то, что лежало в траве, мальчик сжал кулаки так сильно, что ногти впились в кровь, оставляя кровавые следы. Из глаз его потекли слезы.
Мила помогала по хозяйству матушке: доила корову, кормила животных и птиц во дворе. Все в доме уже знали о том, что должно произойти. Мужчин собрали на совет на рассвете, вернувшись с совета, отец Милы рассказал домашним принятое решение.
– Ты – сиди дома, – обеспокоенно сказала Миле мать. – Ежели тебя там увидят, то тут же решат, что и ты
– Обе сидите дома и занимайтесь делами. Нечего вам там делать, – промолвил отец перед тем, как встать и выйти за дверь.
Все утро матушка старалась держаться от Милы подальше, боясь того, как ее дочь может отреагировать на такое известие о судьбе своей подруги, с которой они были как сестры. Мила же, спокойная и тихая, как всегда, молча занималась домашними делами.
Во дворе, убедившись, что рядом никого нет и ее никто не увидит и не услышит, она начала шептать себе под нос:
«Земля, матушка, молю тебя, прошу тебя, помогу ты сестрице моей названной. Все мы: люди, звери, птицы, рыбы, деревья и травы приходимся тебе детьми. Сила твоя могуча, охрани ты Раду, пусть в лесу скроется. А ежели ей кто мешать будет, нашли ему лягушек в утробу. Матушка-земля, будь к нам, детям твоим, милостива, исполни просьбу мою. Пусть, как я сказала, так и будет. Слово мое крепко!»
– Ме-е-е-е. Ну что, все сделала? – спросил появившийся рядом Белыш.
– Что могла – все.
– Я тоже все сделал. Хвали меня.
– Благодарю тебя, Белыш. Ты всем козлам козел! – улыбаясь сказала Мила, гладя белого козла по спине.
Волх сидел у ручья на середине луга глядя в воду и гадая, придет ли сегодня сюда Ярополк или нет.
– Чего унылый сидишь? – улыбаясь произнес Ярополк, приближаясь.
– Ты зачем это сделал? – вскочив крикнул Волх.
– О чем ты?
– Все ты знаешь, о чем я.
Волх вынул из кармана рогатку и показал ее другу.
– Это же ты кувшин разбил, да?
На лице Ярополка не отобразилось никаких эмоций. Лицо его превратилось в застывшую маску, только ярко-голубые глаза смотрели со злостью.
– Все еще не возьму в толк, о чем ты.
– Не похож ты на дурачка. Отвечай, зачем ты это сделал?
– Туда ей и дорога, – пожав плечами ответил Ярополк. – Жаль, что не убили.
Этих слов Волх стерпеть не мог. Он кинулся на друга с кулаками, завязалась драка, продлившаяся недолго и окончившаяся победой Ярополка.
– Не друг ты мне отныне, – процедил Ярополк сквозь зубы, – ежели тебе какая-то баба дороже. И запомни, будешь мне мешать – я тебя к ней отправлю. В лес.
Ярополк плюнул на землю рядом с Волхом, развернулся и уверенной походкой отправился в сторону деревни.
«Как же так? – думал Волх, оставшись один. – Я лишился и любимой, и друга. И все это в один день. Что же мне теперь делать?»
Ответа на этот вопрос мальчик не нашел. Посмотрев с грустью на лес, Волх вздохнул и отправился домой».
Когда Митрич закончил
– Слушай, Митрич. Тебе самому-то не холодно? – спросил я, уже собравшись шагнуть навстречу проливному дождю.
– Нет, мне в любую погоду хорошо.
Я покачал головой, искренне не понимая, как такое возможно, но спрашивать больше ничего не стал.
– До завтра. Спасибо за все!
– Бывай, – голосом, лишенным эмоций, ответил Митрич.
История 4
Подходя в очередной раз к дому моего рассказчика, я заметил любопытную сцену. Перед неподвижно сидящим Митричем за крыльцом стояла рыжая кошка. Кошка шипела на старика, шерсть ее стояла дыбом, выпущенные когти впились в землю.
Меня волновало множество вопросов в связи с таким поведением животного, но если для агрессии еще можно было найти разумное объяснение (наступил на хвост или прогнал с места, например), то факт того, что кошка не уходила был для меня необъясним. Сколько продолжалась эта сцена до того, как я пришел – не знаю, я наблюдал за кошкой около десяти минут. За это время Митрич ни разу не пошевелился.
Пожалев бедное животное, я подошел ближе. Кошка кинула на меня мимолетный взгляд и тут же убежала за угол.
– Привет, Митрич! Что ты такого плохого ей сделал?
– Ты про кого? – искренне удивившись спросил меня старик.
– Про кошку. Тут рыжая кошка стояла и шипела на тебя минут десять. Ты что, не заметил, что ли?
Митрич медленно покачал головой.
– Никак не возьму в толк, о чем ты. Ничего такого не видал, никаких кошек. Ты садишься?
Я посмотрел на порог, потом – на стул, все еще стоявший на крыльце. Выбрав стул, я устроился поудобнее и приготовился слушать. Митрич помолчал немного, прежде чем начать.
«Рада сидела в лесу одна и слезы ручьями катились по ее щекам. С детства девочка слышала немало страшных историй про этот лес и теперь видела опасность за каждым деревом. Воображение разыгралось, Раде виделись прячущиеся вдалеке тени, возникало чувство, что за ней кто-то наблюдает, сердце от страха готово было выпрыгнуть из груди.
«Вот здесь я и умру, – думала Рада, закрыв глаза – одна, оговоренная в родной деревне. Блуждая по лесу без еды, пока Леший или хищный зверь не разорвет меня…»
Рада открыла глаза и увидела перед собой треугольную головку черной змеи. Первым побуждением девочки было сбросить змею и убежать, как можно дальше, но промелькнувшая тут же мысль о том, что умереть от змеиного укуса все же лучше, чем от холода, голода и когтей животных, заставила остаться на месте.
– Чего ты ждешь? – тихим усталым голосом спросила Рада. – Я готова умирать. Кусай и покончи с моими мучениями.
Змея нагнула голову к земле и, взяв в пасть ветку с плодами, каких Рада еще никогда не видела, подала ее девочке.