Угроза для Рима
Шрифт:
Шкани кивнул и удалился в свою комнату, где его ждал крепкий кофе и много писем, шедших со всего света на имя Иоанна Павла Третьего.
Папа дотянулся до портфеля, лежавшего на расстоянии вытянутой руки. Среди вчера просмотренных бумаг он нашёл розовые листочки с официальным гербом Ватикана. Перевернув титульный лист, он прочитал "Досье о кардинале Г. Соколовском. Начато 12 марта 2019 года в Граде Ватикане".
– Похоже, какая-то хитрая лиса пробралась в наш тёплый курятник – прошептал Папа. В мозгу замелькали даты, имена, судьбы…
2
Сверхсерьёзный
Военно-промышленный завод, который неожиданно посетил российский Президент, урчал как плохое пищеварение. Сварка и нанороботы работали в полной отдаче. Молодёжь, пришедшая трудится в эти стены немногим больше года, суетилась и зарабатывала опыт и пот. Оранжевые каски инженеров мелькали тут и там, создавая впечатление улья с растревоженными пчёлами.
Павел Сорокин прошёлся по анфиладе покрасочного цеха, заглянул попутно в курилку и зону отдыха, впитывая дух и настроение работающих. Война с Объединённой Америкой выбила из седла многие структуры промышленности России, безработица росла как грибы мухоморы. Часто у людей начинался сдвиг в сознании: пошли особо желчные анекдоты про властителей, мол, те озабочены жаждой сокрушить грозную и влиятельную Америку, а свой народ не нужен. Одиозные личности заполняли психиатрические дома, платная медицина трескалась по швам и жизнь превращалась в кошмар.
– Покажите мне наш новый танк, – обратился Президент к начальнику цеха танковой продукции. Из толпы окружающих Верховного Главнокомандующего выделился маленького роста человечек в спецовке и шляпой в руках. Подойдя к Сорокину, он по курортному расслабленно проговорил: – Милости просим в цех №6! – и двинулся по очерченным на полу линиям красного цвета, задававшим направление в нужном маршруте. Свита и Президент двинулись за ним.
Около десятка танков Т-195 стояли на рельсах и были окрашены в необычный жёлтый цвет, столь любимый Президентом. Рабочие щёлкали по клавишам компьютеров, и щупальца роботов возились на танковой броне, на сенсорах локаторов и гусеницах. Маленький человечек подошёл к одному из танков, погладил его рукой по броне и сказал влюблёно: – Мой любимчик… Долго не давался в работе с аппаратурой, а теперь собран настолько толково, что не один американец его не потревожит…
– Достойно, нет слов! – громко, с хрипотцой похвалил Сорокин и подошёл к танку. Тень промелькнула в глазах Президента. Вспомнились книги о войне на Ближнем Востоке, когда Россия взахлёб сражалась с джихадистами, и он как бы мысленно обхватил пол русской истории, находя, что воевали много и не зря.
Часто Павел Сорокин задавался таким вопросом: почему не любят Русское государство? И отвечал: нам нет альтернативы!
К Президенту подошёл один из помощников, протянул телефон и отошёл в сторону. Сорокин поднёс трубку к левому уху.
– Да, я слушаю.
– Господин Президент, кардинал Соколовский убит вчера
– Почему сразу не доложили?
– Ждали реакции со стороны Святейшего Престола. Папа уехал в летнюю резиденцию, в Ватикане предприняты небывалые меры безопасности. Секретарь Папы Шкани закрылся в своём кабинете и грызёт отчёты и архивы. Полнейшая прострация всего и вся!
Сорокин отключился, отдал телефон телохранителю и сказав, мол, танки танками, а обед по расписанию, пошёл к выходу из завода. Настроение было на нуле, заболело горло, словно он подхватил дифтерию. "Нервы не к чёрту с этой войной! А тут ещё мёртвый кардинал…" – пронеслось в мыслях у Президента. Требовался хороший и полноценный отдых, но где взять время в этом вечно занятом мире, полном мрака и ужаса?
В Кремле стояла тишина, что после заводского шума представлялась пустынею. Президент зашёл в кабинет помощника по национальной безопасности, выслушал доклад и отправился в комнату релаксации. Белокурая Вероника, делающая бесподобный массаж, вернула силы Павла Сорокина. Её соблазнительная фигура возбудила Сорокина лёгким током по нервам, но он знал, что везде и вокруг скрыты камеры и прослушки, и его элита только и ждёт его слабости, чтобы потом давить и давить, жать и жать, но Президент воюющей России не мог оступиться на зове плоти. Слава Богу, есть Ирина, надёжный и верный тыл, а значит – секс будет, но не сейчас.
Свой кабинет Президент встретил как старого верного друга. Монитор компьютера светился синим светом, лампочки на телефонах гасли и загорались вновь. Обычная суета. …А где-то гибли солдаты независимой по-настоящему России, земля тряслась от взрывов и гула падающих самолётов и вертолётов, танки горели, была агония всего – живого и не живого. Три года противостояние Объединённой Америки, превратившейся в античеловеческий образ с разрешённой педофилией и повальной проституцией, с одной стороны – и свободной, христианской Белой Руси, где чтились заветы предков, рождалась и умирала любовь, где смеялись дети, с другой стороны.
Кардинал Георгий Соколовский, что до 2014 года был нунцием в России, был настоящим и преданнейшим её другом. Высокий иерарх Ватикана, когда-то родившийся в Красноярске и закончивший Санкт-Петербургский университет, уделял много внимания развитию связей между Святейшим Престолом и сорокинской Россией. Католичество если и не процветало на новоправославно-социалистической русской земле, то, по крайней мере, не бедствовало. Каждый год открывалось до семи-девяти новых костёлов, становилось больше прихожан, да и поток пожертвований в казну Римско-Католической Архиепархии не усыхал. Теперь, русский кардинал мёртв, задушен как жалкий подзаборный щенок! А ведь была мечта – Георгий Соколовский становиться Папой. Сладкая мечта для сильной и могущественной России!
– Пошлите мою записку нашему послу в Ватикане. Я диктую: "В связи с сложившейся опасной ситуацией, которая возникла после смерти кардинала Георгия Соколовского, я прошу донести до Папы Иоанна Павла Третьего моё решение помочь в расследовании этого зловещего преступления и добавить наших специалистов из Службы безопасности России на охрану нами уважаемого Святейшего Отца". Свяжитесь со мной, когда будет первая информация по делу Соколовского! – Президент отключился от связи и откинувшись в кресле, закрыл глаза, массируя виски.