Ух, началось!
Шрифт:
По виду Тео было ясно, что он не до конца удовлетворен моими пояснениями. Мне скоро памятник поставят с огромной эпитафией: «Она умерла, раздавленная глыбой собственной лжи». Противно.
Он с усмешкой прижал меня к себе и, лукаво улыбаясь, сообщил:
– Звонила Люда. К ночи будет здесь…
– Да?! Как хорошо, я поеду ее встречать! Ник, подвезешь?
Колючий ветер с прорывающимся снегом сбивал с ног, забрасывал редкими снежинками лицо и трепал мои волосы морозными прикосновениями,
Наконец мы ее дождались! Надеюсь, моя затея будет иметь положительный результат. Я тяжело вздохнула, вспомнив свое появление в перепачканном кровью холле. И тот ужасный запах. Нет, я ненормальная авантюристка. Притащить сюда еще и подругу! Буду беречь Люду, как ребенка, даю зарок. Ох, если бы все зависело только от меня!
Я, закутанная до бровей шарфом, поймала подругу буквально за руку. Она меня сразу не признала в новом пуховике и за «шерстяной амбразурой» с прорезями для глаз.
– Дашкинс, ты? А что, там так холодно?
– Угу! Еще и ветер ужасный. Как хорошо, что ты согласилась здесь работать, если не понравится – бросишь! – выпалила я, обнимая Людочку.
– Даш, не забегай вперед. У меня мозги не работают с такой скоростью, я все равно не пойму, что ты хотела разом охватить, – улыбнулась подруга, жестом «а-ля глупышка» поправив челку.
Я еще раз обняла ее, и мы рассмеялись.
– Прости, ты меня знаешь.
– Ха, конечно! Только подожди, я закутаюсь. Еще багаж получить…
Через полчаса мы сидели на заднем сиденье в большой машине Тео, которая полупустыми сонными улицами быстро двигалась к базе.
Ник вел автомобиль молча, рядом с ним лежала дорожная сумка. Ее хозяйка с интересом всматривалась в ночной город. Я, кстати, в этом районе тоже была впервые.
Склонившись к уху подруги, сказала:
– Я попросила генерального директора выделить тебе на первое время один из кабинетов. Потом сама решишь, где тебе лучше. Можно было сразу снять тебе квартиру, но мне захотелось, чтобы ты побыла рядом. – И вкратце рассказала, что, пока идет ремонт в доме Тео, я тоже нахожусь в этом здании.
– Есть кухня со всем необходимым, душ… Да, не очень удобно. Но это временно.
Людочка отреагировала, как истинный спартанец.
– Главное, есть кухня, – улыбнулась она. – А как с чаем?
– Замечательно, – улыбнулась я.
– Даш, признавайся, что ты пообещала директору, сообщая о моих «чрезвычайных» талантах? – прищурилась Людочка.
– Что ты лингвист от Бога.
– И он на это купился? В этом городе нет никого с моим уровнем знаний? Ладно, не смущайся, рассказывай, в чем дело. Я все пойму…
– Он мой хороший друг.
– Хм… я так и подумала, – скривилась подруга. – Сколько предложений души и сердца на этот раз?
– Фу, какая циничность! – фыркнула я. – Нашла тоже сердцеедку донну Дашу Жуану! Я же говорю – друг!
– Сердешный?! –
– Несомненно! Других не держим, – захихикала я.
– Отлично, я тоже познакомилась в самолете с одним красавчиком.
– Да?! И молчишь? Колись давай!
Людочка была под впечатлением от какого-то жутко замечательного Максима, с которым сидела рядом во время полета. Она даже успела обменяться с ним телефонными номерами. Впрочем, она отдавала себе отчет, что знакомство виделось ей в розовом свете.
Когда мы приехали, Ник понес вещи наверх, а мы с Людочкой под ручку, мило болтая, пошли за ним. За время отсутствия в кабинете Тео, оккупированном мной по случаю, должны были вынести весь мусор и навести порядок. Сейчас посмотрим…
Я с замиранием сердца завела Людочку в полупустую комнату с одним диваном, нащупала ладонью выключатель на стене… и расслабилась. Да, кабинет действительно преобразили. Мусор убрали, полы отмыли, совсем немного подправить, и все будет как новое… Все это время меня занимал вопрос – как на бедного Кевина отреагирует Люда. Лгать не хочу, но многое говорить просто нельзя.
Ник уже сложил в уголочке за диваном Людочкины вещи и, недовольный нашей неторопливостью, ждал нас.
– Ник, спасибо большое, – тепло поблагодарила я, понимая, сколько ему сегодня досталось.
Он подмигнул мне и ушел. Люда, проводив его удивленным взглядом, стягивая ярко-голубой шелковый шарфик, отметила:
– Странный парень…
– Мы просто сегодня немного повздорили, вот он и не разговаривает… – улыбаясь, пояснила я, медленно потянувшись к замку на пуховике.
– Если б тебя не знала, подумала бы, что он твой брат. – Ее голос эхом отозвался от стен пустого кабинета.
– Почти. Это его носки ты выуживала из-под моего дивана, – рассмеялась я, аккуратно укладывая пуховик на подоконник. – А отношения у нас самые братские, сегодня вот ругались по-братски, теперь почти не разговариваем тоже по-братски. Пошли чай попьем. А завтра будем спать до обеда.
– Отличный план, – согласилась Люда.
Я знала, что Тео не спит, так что решила познакомить их сейчас.
Мы вошли в новый кабинет к директору, который в это время за столом разбирал документы. Кевина, неподвижно лежащего на диване под пледом, видно не было. Его успешно «спрятал» мой стол, все еще заваленный сегодняшними покупками.
Не знаю, как ей объяснить… Я решила не торопить события.
– Людочка, это Федор Георгиевич, генеральный директор. А это – Людмила Сергеевна! Знакомьтесь. – Повернувшись к Тео, прибавила: – Мы пить чай… Ты с нами?
Тео сразу не отреагировал, и я немного напряглась, но он всего лишь решил галантно поприветствовать гостью. Поднявшись из-за стола, вежливо кивнул и сказал, что рад видеть ее здесь, чем привел Люду в некоторое замешательство.
– Сейчас закончу, тогда и познакомимся поближе, за чаем.