Уходи, но останься...
Шрифт:
Уверен, она не успокоится моим отказом, пойдет дальше. Девочка целеустремленная, добивается желаемого…
— О чем ты с Ксюшей говорил? — спрашиваю. — Ты же о чем-то с ней говорил!
— Не успел я ни о чем с ней толком поговорить! — огрызнулся Дима, вытирая кровь с разбитой губы. — Ты же вмешался! Может быть, я и поговорил бы с ней. У тебя это что-то плохо получается.
— Она меня в игнор бросила. И не получается с ней поговорить через кого-то, не отвечает, игнорирует! — злюсь.
Как
— Ксюша сказала, что с твоей лядью поговорила. Делай выводы.
Эти слова бьют меня по голове, ощущения, словно удар получил сильнейший.
В голове проносятся слова Ксюши про сына. Мол, он у меня красивый. Я сначала не придал значения этим словам, подумал, что она… в порыве злости мне это сказала.
Но теперь ее слова приобретают совсем другое значение.
— Что?! — переспрашиваю. — Так и сказала? Повтори слово в слово, как она сказала…
Скриплю зубами. Пальцы сжимаются в кулак.
— Так не пойдет. Я вылетаю. Сегодня же! Найди мне рейс.
— Илья! — возмущается Дима. — Неуважение к партнерам! Ты что творишь?! Хочешь все испортить?!
Уеду, могу потерять уважение партнеров...
Не уеду сегодня же, окончательно потеряю жену.
Друзья, с наступающим женским днем. Как думаете, что выберет Илья?
Буду рада вашей активности, даже простое спасибо показывает, что книга вам интересна.
Глава 9
Глава 9
Он
Бизнес или брак?
Поступить по велению разума или прислушаться к сердцу?
Если бы такой вопрос встал три года назад, когда я только сочетался браком с Ксенией, я бы ответил без всяких раздумий и спокойно остался здесь, в Пекине. Спокойно спал, ходил на все мероприятия, насладился бы колоритом этой страны, так непохожей на все остальные.
Но сейчас я не могу поступить так. Потому что жена дорога мне, и вся ситуация, в которой мы оказались, моя вина. Исключительно, только моя вина.
— Поищи билеты, Дим, — говорю устало. — Я больше так не могу.
Эти несколько дней — пытка какая-то. Ксюша не хочет со мной говорить. Я вынужден через врачей узнавать, как прошла операция, как ее самочувствие. Полный игнор. Тотальный…
— Дружище, сам посуди. Операция прошла успешно. Ксении еще несколько дней лежать. Ну, доделай ты по-человечески, прошу. Этот контракт — дело не только твоих рук! Целая команда трудилась и показывать такое неуважение в заключительный момент перед торжественным подписанием контракта — плевок в лицо. Ни
— Дим, — повторяю жестче. — Билет мне найди. Сегодня же. С партнерами объяснюсь. По-человечески.
— Сукин
— Билеты, Дим.
***
Но как бы я ни хотел улететь сегодня же, у меня ничего не вышло. Ни одного свободного билета на прямые рейсы в ближайшие несколько дней.
Были места на рейс с пересадками, такими затяжными, что я вернулся бы лишь на двенадцать часов раньше планируемого. И оставались билеты на рейс, которым мы планировали вернуться.
Когда Дима мне это сказал, я не поверил. Даже решил, что мой друг решил пойти на хитрость.
Полез сам, проверил.
Дима наблюдал за мной со скептической ухмылкой.
— Убедился?
— Да.
Голос звучит глухо.
— Убедился. Черт побери!
— Может быть, это и к лучшему. Ксюша остынет, сможете поговорить по-человечески?
— Не надо. Слышится так, словно ты меня просто жалеешь.
— Я говорю, как есть. Женщины остывают, если дать им время немного подуться.
— Или глубже зарываются в себя, — добавляю мрачно. — Ладно, остаемся.
И дай мне бог сил и терпения пробиться к своей жене через плотный кокон игнора, которым она окружила себя.
Оставляю друга в номере гостиницы, выхожу покурить. Телефон при мне.
Чувствуется в кармане моего пиджака раскаленным камнем.
Пальцы трясутся от злости. На самого себя, прежде всего.
Но и на Карину, в том числе.
Сигарета ничуть не помогла успокоиться, напротив, стало еще горше. Вкус пепла во рту, горькое разочарование.
Как мне надоела эта история с Кариной…
Достаю телефон, набираю номер Карины.
Обычно она отвечает быстро, практически мгновенно. В голосе, как всегда, таится ожидание, что все вернется на прежние рельсы.
Я так хорошо ее знаю, что вижу перед собой даже с закрытыми глазами. Знаю, с каким выражением она будет на меня смотреть, с надеждой и теплом, иногда чуть-чуть заигрывая, иногда откровенно вымогая, иногда злясь. Никогда не смотрела с равнодушием. А я очень бы хотел именно такой реакции.
В конце концов мы просто родители Давида. Волею судьбы…
Карина не отвечает.
На нее это совсем не похоже.
Перезваниваю чуть позднее, через минут пять.
Снова гудки, тишина…
***
— В чем дело? Вид у тебя задумчивый.
— Карина не отвечает.
— Две твои бабы включили игнор. Слушай, а может быть, они между собой по-женски обсудили сложившуюся и ситуацию и решили кинуть тебя? Сговорились… И мозг выносят как по команде.
Дима из тех людей, что не могут долго хандрить и обижаться, в том числе.