Ухожу... пока не поздно
Шрифт:
Ухожу…
пока не поздно
Резниченко Ольга Александровна
Dexo
Часть ПЕРВАЯ
... умытый розовым дождем
не воплощенных в жизнь фантазий
бедный художник, тихо спал
( ... укрывшись
НЕ НАРИСОВАННЫХ ЦВЕТОВ...
на натюрморте прибавлялось
он рисовал и рисовал
пронзительные,
яркие картины
мазки ложились идеально
и птицы - на холсте живые
на перспективе - облака
( в лучах закатного светила )
…
Андрей Писной,
«Маэстро»
Глава Первая
Рим. Италия.
Есть в этом городе одно дивное место. Место, где грустят ангелы и тени… плачут по ночам; где купидон застыл в каменной вечности, а куб стал вершиной… чьей-то жизни.
Стелы, подобая высоким тополям-пихтам, тянуться ввысь, но никогда, никогда им не обогнать зеленые памятники, не дотронуться… до нежной глади. Ведь те – живые, а вы – мертвые. Застыли. Так же застыли, как и бренные люди под холодными, тяжелыми плитами.
Тишина. Вечная тишина, и лишь шепот листьев, мурчание кошки… может нарушить этот покой.
Рай?
РАЙ.
***
Измазаны руки в краску: сине-зеленая, желто-багровая, черно-белая кровь… художника.
А я творю, творю,… пытаясь (глупо, тщетно, отчаянно) изобразить, запечатлить мир на бумаге, да вот… палитра моя слишком мала - не хватает красок. Не выдумал Бог еще такого цвета, чтобы мир… на холсте оживить. Лишь только отголоски… прошлого. Мгновения, теряющее свою суть, едва замрут на полотне, едва изъяты из времени – бушующей реки, едва разорванные цепи с прошлым и будущим,- умрут, как и все здесь.
Пока об этом миге помню я; пока знаю, что было до и после, – до тех пор и дрожат листья НАРИСОВАННЫХ деревьев. Пока текут слезы у ангела. А кот…. пьет воду из кувшина.
Но я умру,
меня не станет –
умрут миры,
придуманные мной.
Никто уж не поймет… чего мой ангел веселиться, и слезы у мужчины… застыли на глазах.
… боль, радость, счастье в миг извратятся в пустые выражения… окаменевших лиц.
И вновь умрут,
умрут полотна.
Умрут миры…
Волшебных снов.
Два критика заспорят, что было в этих мрачных силуэтах, в каменных слезах. Искать, перебирать все за и против – а лишь печаль, печаль и боль –
… когда же рисовала я, то небо, НЕБО было на палитре. И после жуткого, жаркого дня… камень вновь остыл под трепетом дождя. ДОЖДЯ. А не своих… слез. И Ангел – счастлив! СЧАСТЛИВ! А не плачет. Счастлив, просто глаза его устали. Закрылись веки… внимая к монотонности капели.
***
Давно вы бывали на кладбище? Нет! Нет, не к близким… ходили. А так. В солнечный день, летом. Птички отчаянно поют, шелестят деревья – и вы… бродите среди застывших лиц прошлого, среди застывших криков чужих судеб. Вы – живой, среди давно умерших.
Давно присаживались на лавку скорби, раскинув руки в стороны? Взгляд в небо… и ТИШИНА (без человека речи и его следов жужжания).
Истинная тишина.
Лишь песнь… природы.
Среди чужих – уже своих – сидишь и дышишь… ВЕЧНЫМ покоем.
И нет проблем.
Безумье счастья.
Cimitero acattolico[1].
Здесь давно уже мне… все знакомы лица. Знакомы имена. И даты. Даты.ДАТЫ.
Кто, когда… кому… и почему.
Артисты, поэты, писатели, художники.
Близ четырех тысяч… родных лиц.
Ухожу – прихожу, и все меня ждут. Улыбаются и ЖДУТ.
ХОТЬ КТО-ТО МЕНЯ ЖДЕТ!
… сегодня я буду рисовать, тебя. Ты согласен? Да? Вот только крылья пышнее. Да и глаза наполним радостью, стерев слезу.
А ты, а ты чего грустишь? И к тебе дойдет очередь! А вместо венка я подарю тебе корону!
Глава Вторая
***
(художница)
– Я вам не помешаю? – невольно передернуло на месте. Обернулась.
Молодой, красивый, с явно выраженными французскими чертами лица, мужчина несмело улыбался. Всматривался мне в глаза.
– Нет, не помешаете. Присаживайтесь, - машинально пододвинула под себя свою сумку… и снова развернулась к этюднику.
– Красиво рисуете.
– Спасибо, - едва слышно ответила, так и не удостоив взглядом.
И чего ему нужно? Разве нынче кладбища в моде? Отличное место для знакомства, мачо недотепаный.
Черт! Намазала! И что теперь?
(руки нервно затряслись в попытках исправить ошибку)
– Я, наверно, все-таки помешал?
– Нет, - гневно рявкнула (все еще сражаясь с белой краской и синими разводами). – Просто, не говорите под руку.
– Простите, - едва слышно прошептал.
(замялся, отвернулся; раскинул руки в стороны на спинку лавочки… и уставился взглядом в небо; молчит)
Не выдержала. Не выдержала я и обернулась (так чтобы взгляды встретились).
– Простите, что нагрубила. Просто… день не очень.
– Бывает, - добродушно улыбнулся молодой человек и тут же выровнялся, сжался, растерзав свою вальяжность, променяв ее на скромность. – И часто вы рисуете памятники? – (любезно, с видом особой заинтересованности, проговорил)