Шрифт:
Дорогая сестра, наша пятилетняя переписка согревает мое сердце. Я рада, что родители хоть сейчас воспринимают меня как замужнюю женщину и не запрещают тебе со мной общаться.
По поводу твоей просьбы – я однозначно говорю «да». Мы с Максом с удовольствием примем тебя в своем доме и подыщем место жительства, где ты пожелаешь. Но все-таки советую найти компромисс и помириться с родителями. В любом случае я и твои племянники будем рады тебя видеть.
Ты
А по поводу твоих вопросов о жизни в Альбионе, скажу тебе так: несмотря на все сомнения, испытания и трудности, которые тебе здесь может преподнести судьба, надо бороться и стараться выйти победителем. И тогда она вознаградит тебя. Я знаю, ведь однажды так случилось со мной.
И не пугайся, если все двадцать семь часов у тебя будут заняты работой, ведь может оказаться, что это совсем не так…
Таисия Лагфорт.
Анжелика Нурир
Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в золотисто-оранжевые оттенки. Я смотрела на окружающую красоту с парохода, периодически возвращаясь мыслями к письму сестры.
Впереди приближались берег и новая жизнь. А я пребывала в сомнениях!
Правильно ли поступила, что уехала в Туманный Альбион? Родители были категорически против, как и относительно моей профессии. Не женское это дело – лечить.
А я все равно поступила по-своему, как и сестра. Видимо, непокорность у нас в крови.
Вновь взглянув в сторону берега, я поняла, что отступать поздно. Родителям напишу чуть позже и постараюсь помириться, но не раньше, чем устроюсь.
В этот момент раздался гудок: мы причаливали. Глубоко вздохнув, я направилась к выходу. Там уже образовалась очередь.
Медленно спускаясь по трапу парохода, огляделась по сторонам. Не заметить мою сестру и мужчину рядом с ней просто невозможно. Они стояли позади встречающей толпы и выделялись из нее, как ни один другой человек на пристани.
Спутник сестры – высокий, интересный внешне мужчина, с вьющимися, до плеч, волосами и острым взором. Его пронзительные голубые глаза придавали облику некоторую хищность.
Мне стало не по себе от его оценивающего взгляда. Рассматривает меня, словно какую-то вещь, составляя свое мнение. Надо думать, это муж сестры. И как она только вышла за него? Хотя Таисия всегда была со странностями.
Посмотрела
Едва моя нога ступила на землю, как ко мне подошел мужчина средних лет и вежливо спросил:
– Мисс Анжелика Нурир?
– Да. А кто вы? – подозрительно спросила я.
– Лакор, водитель господина Лагфорта. Мне поручено встретить вас и проводить к машине.
М-да… Передав багаж, я молча направилась за мужчиной в сторону сестры. Та пристально меня разглядывала, на ее губах играла легкая улыбка.
Теперь я поняла, что внешне сестра не изменилась, зато стала другой внутренне. Знакомый взгляд приобрел цепкость, движения выдавали целеустремленность, уверенность, просматривались внутреннее спокойствие и острый ум.
Эти качества в той или иной мере были свойственны Таисии и раньше, но теперь они стали более отточенными. Бриллиант получил свою огранку!
– Как я рада тебя видеть! – воскликнула сестра, едва я приблизилась, и заключила меня в крепкие объятия.
– Я тоже!
– Познакомься с моим мужем Максимилианом Лагфортом.
– Для родных и друзей просто Макс, – прозвучал бархатистый голос супруга сестры.
– А это моя сестра Анжелика! – продолжила Тася.
Я испугалась, что… м-м-м… жуткий муж сестры тоже полезет обниматься, но он лишь взял мою руку и чуть склонился к ней.
– Давайте, наконец, отправимся домой, – предложила Таисия. – А то пора ужинать, я уже есть хочу.
– Столько, сколько ты съедаешь, кажется, никто не ест. К чему бы это? – подколол Лагфорт жену.
– Помолчал бы уж. Тебе вообще не в коня корм, – парировала сестра.
Несмотря на едкость их общения, я не могла не заметить, как нежно приобнял супругу промышленник. Как она прикоснулась к его груди рукой. Казалось, пока мы шли к машине, они совершенно забыли про меня. Тоже так хочу!
Путь до дома сестры мы преодолели быстро, и передо мной открылся вид на красивый старинный особняк. Довольно большой и внешне очень элегантный.
– Ну как тебе? – спросила Тася.
– Как, как? Разве может не понравиться шикарный, красивый дом?
Сзади меня раздался смех. Я прикусила язык, но было уже поздно. Меня услышали и, возможно, даже не обиделись.
Говорить так прямо о достоянии хозяев в обществе не принято, но мне далеко не всегда удавалось сдержать свою прямолинейность и непосредственность.
– Я же говорила тебе: она прелесть, – рассмеялась Тася, обращаясь к мужу.