Укрощение строптивого студента

Ваниль Мила

— Так вот, Сергей Дмитриевич — известный хирург, светило, профессор.

«И-и?» — чуть было не спросила Даша, но вовремя прикусила язык.

Замдекана сделал патетическую паузу и продолжил, так и не дождавшись никакой реакции:

— В вашей группе есть студент. Ярослав Сергеевич Белов.

Опять пауза. Даша никак не могла уловить, чего от нее хотят. И при чем тут этот наглец Ярослав… Сергеевич Белов?!

— Он его сын? — догадалась Даша.

Так вот почему он так нагло себя

ведет! Неужели нажаловался, гад?!

— Именно, — просиял замдекана. — И я хотел бы вас попросить… Но только между нами…

«Началось… — тоскливо подумала Даша. — Везде свой блат».

— Латынь — это такой предмет…

— Сложный, — подсказала она.

— Нет…

— Нужный любому врачу.

— Ну-у… Сейчас не выписывают рецептов на латыни. И диагнозы не ставят. Это, скорее, дань традиции…

Блять! Даша чуть не выругалась вслух.

— Вы о чем-то хотели меня попросить, — напомнила она. — Естественно, между нами.

— Вообще-то, Сергей Дмитриевич просил поблажек сыну не давать. — Замдекана опять вздохнул, как будто поставить Ярославу зачет автоматом было проще, чем спрашивать с него, как со всех студентов. — Но Нора Арнольдовна намекнула, что ее фонд выделит гранты для наших студентов…

— Простите, я не понимаю. Кто такая Нора Арнольдовна, что за фонд и, главное, какое я имею ко всему этому отношение? — витиевато перебила замдекана Даша.

— Нора Арнольдовна — мама Ярика. — Замдекана картинно закатил глаза. — И она обещала… кое-что. В обмен на поблажки для сына.

— А-а… — Дашу опять охватила злость. — И как же вы решили эту… дилемму?

— Как могли. — Замдекана развел руками. — По основным предметам с Ярика будут спрашивать по всей строгости. А латынь, уж простите, к ним не относится. Так что я вынужден попросить вас хотя бы не выгонять Ярика с занятий.

Все же пожаловался! Или донесли? Даша прикусила губу, размышляя. Встать в позу? Она работает здесь по временному контракту, оставаться не планирует. Пусть убирают Ярика из ее группы! И целуют в попу, сколько угодно. Но и ссориться с начальством не хотелось. Деньги-то не лишние.

— Вы простите, Дарья Степановна. Но… я мог бы ничего этого не рассказывать, — добавил замдекана, видя ее замешательство. — Это просьба. Хотелось бы договориться… по-хорошему.

— Видите ли, Давид Гермогенович, Ярослав меня оскорбил. — Даша решила не скрывать правду. — Я попросила его извиниться или покинуть аудиторию. Он выбрал второе. Но я понимаю… ваше желание уладить конфликт. И постараюсь в дальнейшем не допускать подобных ситуаций.

О, как завернула… Не иначе, как кофе подействовал.

— Я рад, что мы поняли друг друга, — улыбнулся замдекана.

— Но рисовать Ярику оценки лишь за присутствие

на занятиях я не буду, — закончила мысль Даша. — Это непрофессионально. Он должен сдать хотя бы необходимый минимум.

— Что ж, так будет справедливо, — внезапно согласился замдекана. — Тем более, если Ярик будет получать баллы, ничего не делая, это заметят его однокурсники. А это ни к чему. Но вы не сильно на него давите. Договорились?

— Я рада, что мы поняли друг друга. — Даша вернула ему улыбку. — Я могу идти?

= 6 =

Немного остыв, Ярик сообразил, что выбрал не достойное отступление, а позорное бегство. И кому лучше сделал? На следующей паре Тихий-мирный опять будет дрючить группу, а как учить термины, если прочитать их правильно — проблема? Лучше бы извинился…

А еще в тот день он так неловко подставился!

— Ярик, ты почему не на занятиях?

Он чуть не поседел, услышав за спиной знакомый голос. Хорошо, знакомых рядом не было, а то позору не оберешься.

— Привет, мам. — Ярик медленно повернулся. — Ты что здесь делаешь? Папа… тоже тут?

— Папа на работе. — Мама усмехнулась. — Ты не ответил на вопрос. Кажется, у тебя сейчас по расписанию латынь.

— Меня с занятий выгнали, — брякнул Ярик, расслабившись.

У мамы глаза на лоб полезли. А потом она решительно схватила сына за руку.

— Пойдем.

— Куда? — запротестовал Ярик. — Мам, прекрати! Я не ребенок!

Какое счастье, что все на занятиях! И этаж почти пустой. Только вдалеке кто-то сидит на батарее.

— Разбираться, — ответила мама, отпуская руку.

— Не надо! Я… я сам виноват.

Поджав губы, мама смотрела на него с немым укором. Сквозь землю провалиться бы!

— Мам, ты же знаешь, если папа узнает, будет только хуже, — зачастил Ярик. — Ничего там особенного нет, на первом занятии. И вообще, кому нужна эта латынь?!

— Бестолочь, — фыркнула мама. — Если такое повторится…

— Не повторится, — заверил ее Ярик. И счел нужным возмутиться: — А ты что, меня контролируешь? Будешь проверять посещаемость?

Лучшая защита — нападение.

— Надо будет — буду, — отрезала мама. — А вообще я здесь по своим делам.

Ну да, так он ей и поверил. Как только Ярик начал учиться в меде, так у маминого фонда появились тут дела. Это, конечно, просто совпадение!

— Мам, мне в библиотеку надо. За атласом, — соврал Ярик. — Пойду, пока не закрылась.

— Иди, — милостиво разрешила мама. — Не забудь, в воскресенье ждем тебя на обед.

— Не забуду, — бросил он через плечо, улепетывая.

Черт бы побрал этот институт, анатомию, латынь и, заодно, папино желание сделать из сына врача!