Укротитель диких
Шрифт:
– Где белый человек?
– Здесь, – ответил мальчик.
– Быстро позови его.
– Он спит, – сказал Южный Ветер.
– Разбуди! Вызови его ко мне! – заорал шаман.
– Ну да, легко сказать! Тебе бы не понравилось, если бы я разбудил тебя, – возразил Южный Ветер. – Он, может быть, и выйдет, но тогда одним взглядом скорее всего превратит тебя в старика. И остальных воинов тоже. Он не тот человек, которого можно вот так разбудить без его воли!
– Пусть делает что хочет! – сказал Большой Конь. – Я не боюсь его. Я призывал дождь, приносил зиму в середине
– Я не стану будить его, – заявил Южный Ветер. – Но если хочешь, я запомню и передам ему, когда он проснется, все, что ты собираешься сказать.
– Передай ему, – сказал Большой Конь, – что он украл красный глаз. Скажи, что я знаю, как он сделал это. А пока я и мои друзья будем ждать. Мы будем курить трубки и думать, что надо сделать с таким негодяем, как он. А когда мы кончим курить, то, может быть, позволим ему вернуть красный глаз. Но может быть, этого будет недостаточно. Мы собираемся обсудить, как с ним поступить. Передай ему это, когда он проснется. А если он все еще будет спать, когда мы все обсудим, то я, Большой Конь, войду в дом, схвачу его за волосы и разбужу сам!
Воины на лошадях немного удалились, и Южный Ветер вернулся в вигвам. После разговора на его лице еще оставалась полупрезрительная улыбка, которая сразу же исчезла при виде Рори Мичела. Мальчик с напряженным любопытством смотрел на белого человека.
– Отец, – сказал он, – я никогда не чувствовал себя таким глупым ребенком, как сейчас. Весь день я стрелял в небо из лука, хотя и не могу навредить небу. Но ты, отец, ты жил в племени апачей, пока не украл красный глаз! Как же так?
Он говорил удивляясь, качая головой так, что его длинные темные волосы летали вокруг лица.
Мальчик продолжил:
– В этом камне горит пламя, которое превратит твои мозги в пепел! Ты знаешь об этом, отец?
– Южный Ветер, – отвечал ему белый человек, – я не крал красный глаз. Я выиграл его в кости. В этой игре я потерял револьверы и даже мой охотничий нож! Куда они делись? Но в конце концов я выиграл камень! А что касается огня, сжигающего мозг в костях и голове, то я заговорил его. Огонь сразу же послушался меня и никогда не обожжет мою кожу, не говоря уже о мозге.
Мальчик с явным недоверием смотрел на него.
– Ни один другой человек не знает этого заговора? – спросил он.
– Нет, – ответил Рори.
– Значит, красный камень с горящим внутри огнем ждал, когда ты придешь и возьмешь его?
– Думаю, да, – ответил Рори.
Мальчик пожал плечами.
– Ладно, – сказал он, – не важно, что они решат, выкурив трубки, но мой отец, мать и Южный Ветер будут до самого конца сражаться за тебя!
Глава 15
Мичел выглянул из вигвама, чтобы посмотреть на совет, разместившийся в тени деревьев. Воины сидели довольно далеко, поэтому невозможно было разобрать, что они говорят, но их резкие голоса звучали сердито, а в интонациях шамана безошибочно угадывались еле сдерживаемые гнев и ненависть.
Мать
Перед вигвамом они соскочили с коня и вошли внутрь.
– Итак, – начал Бешеный Бык, – что произошло? Расскажи ты, Южный Ветер, потому что я знаю о случившемся только со слов женщины.
Он обращался к сыну, но все это время не отрываясь смотрел на белого человека.
– Южный Ветер сам расскажет тебе, – сказал Рори Мичел.
Лежа на толстой мягкой кипе одеял и удобно опираясь одной рукой, он начал медленно раскуривать трубку, наблюдая за сине-коричневыми облаками дыма, поднимающимися вверх к вытяжному отверстию в крыше вигвама.
Он знал, что вождь сердито следит за ним, но это мало его беспокоило. Ему угрожала величайшая опасность, но Рори скорее был готов умереть, чем отдать рубин.
Рори внимательно следил за клубящимся дымом, и ему стало любопытно: может быть, на самом деле есть доля правды в легенде, утверждающей, что камень сжигает мозг? Вероятно, его волшебная сила заключалась во внутреннем огне, который уничтожает мужчин. Как знать, может быть, он сам будет уничтожен раньше, чем состарится.
Он услышал слова Южного Ветра:
– Ты знаешь, моя мать всегда говорила, что белый человек остается с индейцами, только если у него есть на это веская причина.
– Женщина подобна водопаду, – откликнулся вождь. – Она создает много шума, но через воздух проходит только ее голос. Если будешь всю жизнь слушать женщин, то станешь очень мудрым, но никогда не снимешь скальп и не одержишь ни одной победы! Расскажи мне, что случилось, а не то, что женщина навахо говорила тебе!
Южный Ветер изо всех сил старался оставаться спокойным под этим давлением. Он посмотрел прямо в глаза отца и сказал:
– Моя мать говорит, что у белого человека должна быть причина. И у нашего отца она была. Он добрый, спас меня. Он дал мне жизнь, и я собираюсь отдать ему ее, когда бы он ни попросил об этом. Он видел красный глаз. И сейчас камень у него. Он выиграл его в кости у Большого Коня.
– Большой Конь дурак и сын дурака. Я всегда так думал. Теперь я в этом уверен. Он может только болтать, потому что у него громкий голос. Шаман не должен был терять красный глаз. Камень принадлежит не ему, а племени: тебе, мне, каждому человеку из племени апачей – точно так же, как всем нам принадлежат славные дела наших предков. Большой Конь не имел права ставить его на кон!
Он повернулся к белому человеку.
– И тем не менее поставил, – сказал Рори.
Вождь мрачно смотрел на него, нахмурив брови.
– А что ставил ты, отец? – спросил Бешеный Бык.
– Я ставил вороного, – ответил Рори, – причем на один бросок костей. Как часто проигрывает Большой Конь? К тому времени он уже выиграл у меня два револьвера и охотничий нож и хотел играть на пуговицы от моей куртки. – Он улыбнулся. – Но вместо этого мы разыграли красный глаз, и теперь он мой. Я не собираюсь отдавать его!