Укротители велосипедов
Шрифт:
Терпеть и дальше стало невмоготу, и Артём, вытянув шею, начал присматривать себе укромное местечко на обочине. Подходящее подвернулось довольно быстро – на вершине холма, до которого оставалось совсем чуть-чуть, на обочине росли густые кусты малины.
Это место было идеальным – после похода в кусты можно будет легко набрать скорость и быстро догнать отрыв. Вдобавок вездесущая обезьяна с камерой минут пять назад укатила куда-то за технички и больше не объявлялась. Впрочем, куда делся оператор – не важно. Главное, что теперь точно удастся избежать его внимания. Судя по неумеренному энтузиазму парня, он
Расстелив карту на капоте «Матиза», стоящего на обочине сразу за вершиной холма, две молодые девушки рассматривали маршрут трассы. Одна из них, в коротком, открытом платье, держала в руках бутылку Редс'а и всем своим видом выражала скуку.
– И зачем я только попёрлась с тобой, Наташ? – в который раз жаловалась она своей подруге. – Уже час стоим здесь, а ничего не происходит. Вот я дура. Знала же, что будет скучно, а всё равно поехала.
– Не ной, Оля, – попросила Наташа. – Вот увидишь, велошоссе – это интересно.
– Ага, для тебя, может быть, эти гоночки интересные, но не для меня. Я никогда не занималась велоспортом и вообще не понимаю, что сейчас происходит. И где эти придурочные спортсмены? Уже достало их ждать. Когда они наконец поедут?
– Уже скоро.
– И почему мы встали в такой глуши? – продолжила жаловаться Оля, надув губы. – Нет, чтобы поехать вместе с теми парнями на финиш. Так нет, тебе приспичило отшить их. А они, между прочим, ничего, симпатичные.
– Я сюда приехала смотреть гонку, а не знакомиться с парнями.
Оля глубоко вздохнула.
– Скучная ты. – Она протянула подруге бутылку. – Подержи-ка, мне надо ненадолго отойти.
– Угу, – кивнула Наташа и, глядя в карту, взяла бутылку. – Давай только побыстрее. Скоро мимо поедут гонщики.
– Постараюсь, – ответила Оля и направилась к вершине холма, а точнее, к росшим на обочине кустам малины.
– Давай быстрее! – раздражённым тоном подгонял оператор пилота мотоцикла, несшегося вслед за укатившим далеко вперёд караваном техничек. Раздражение и негодование операторы были столь велики, что он даже позволил себе ткнуть пилота в шлем.
– Я и так гоню под сотню! – крикнул водитель. – И не тычь в меня, придурок!
– Сам придурок! – огрызнулся оператор. – Как вообще можно было забыть заправиться?! Давай жми! Зрители уже минут десять не видят, что происходят в отрыве!
– Да жму я, жму, – обречённо пробормотал водитель...
Заехав на вершину холма, Артём ещё раз огляделся в поисках оператора, бросил велосипед, сбежал вниз по насыпи к кустам и, приспустив шорты, застонал от облегчения.
И в этот момент, словно из ниоткуда, с обратной стороны кустов возникла молодая девушка, облюбовавшая кустики для той же цели, что и Артём. Ойкнув, девушка прикрыла рот рукой и густо покраснела. Но отворачиваться она не спешила, как загипнотизированная уставившись на обалдевшего Артёма.
– Ёпти! – вскрикнул от неожиданной встречи Артём, едва не сходив по большому, и крутанулся на месте, продолжая орошать струёй мочи траву...
Завидев валяющийся на обочине велосипед без признаков его хозяина, первое, что подумал оператор
– У меня падение в отрыве! Картинку на мою камеру! – скомандовал оператор в закреплённый на его шлеме микрофон. Затем хлопнул по плечу водителя и приказал: – Тормози и двигай поближе к обочине! Мне отсюда не видно, что происходит внизу.
Едва Артём обернулся, как вверху на краю дороги возник оператор на мотоцикле. Приподнявшись в седле, он держал на плече камеру, объектив которой был направлен прямо на Артёма.
В машине Нефёдова стоял громкий ржач и веселье – так его продавцы прореагировали на виденное ими только что представление. Нефёдову же было не до смеха, его больше занимал имидж своей компании, который мог пошатнуться благодаря недавнему инциденту. А то, что о произошедшем станет известно по всей стране, он не сомневался – в машинах, его и Ежова, были установлены портативные телевизоры, настроенные на приём трансляции с гонки, и всего несколько секунд назад все находившиеся в машине могли лицезреть на этом экране Артёма.
Пшшш раздалось шипение рации.
Схватив микрофон, Нефёдов произнёс:
– Да, Костя?
– Олег, что у вас там происходит? – подозрительно спокойным голосом поинтересовался Ежов.
– Ничего-ничего, у нас всё хорошо, – заливаясь краской, ответил Нефёдов.
– Всё хорошо, говоришь? Тогда почему я только что видел, как Артём бегает по лесу и трясёт своим членом? – Голос Ежова поднялся до крика. – Блять, да что там я! Вся страна это видела! Что это было, Олег?!
– Ничего страшного, всё нормально, успокойся.
– Ладно, я спокоен, – пробурчал из рации Ежов. И тоном полным ехидства спросил: – Ну что, теперь доволен, что разрешил этому дятлу остаться в отрыве? Захотел бесплатной рекламы своих магазинов? На вот, как тебе такая реклама? Доволен, Олежка?..
Когда Оля вернулась к «Матизу» и своей подруге, от скуки на её лице не осталось и следа, а её настроение значительно улучшилось.
– Ну и где ты пропадала? – спросила Наташа. – Ты пропустила, как проезжал отрыв. И с чего это ты вдруг повеселела?
Покраснев, девушка пожала плечами.
– Да так. Слушай, Наташ, расскажи-ка мне побольше о велошоссе. Похоже, это действительно интересно. И, кстати, как называется команда в желто-чёрной форме и кто за неё выступает?..
Финиш
За сорок километров до финиша Артём всё также сидел «полицейским» в хвосте отрыва, находившимся в двадцати пяти минутах впереди основной группы. Совсем скоро пелотон должен будет поехать всерьёз, и все гонщики заметно напрягались, когда ехавший на мотоцикле стюард брался за маркер и небрежными штрихами выводил на табличке время между преследователями и отрывом. Однако пелотон пока не спешил бросаться в погоню, словно играя с отрывом и заставляя его участников понервничать. Эти двадцать пять минут давали ложную надежду, что все сумеют таки обмануть пелотон и первыми добраться до финиша, но головой опытные гонщики прекрасно понимали, что шансы на победу крайне малы. Если не сказать ничтожны.