Укротители волн
Шрифт:
– Нет, я не хочу тебя слушать, – Игорь обернулся и посмотрел отцу в глаза.
– Игорь, я знаю, ты сердишься, думаешь, что я изменяю маме… Но это не так! Эта женщина – просто хорошая знакомая, которая сегодня потеряла ключи от своего домика, поэтому я предложил ей переночевать у меня. Сам видишь, даже ушел, чтобы не мешать ей заснуть…
– Хватит! – прервал его объяснения сын. – Не нужно врать. Ты сам учил меня, что надо всегда говорить правду, несмотря ни на что. Никогда бы не подумал, что увижу, как тебе придется изворачиваться и лгать, как вору, пойманному с поличным! Перестань, мне
– Игорь, – тон голоса Валерий Олеговича стал строгим. – Даже в такой ситуации не забывай, что разговариваешь с отцом!
– Как же, забудешь тут! – усмехнулся сын. – Мне стыдно за тебя. Ты хоть бы скрывал свои шашни с этой… Весь городок в курсе, что мой отец завел курортный роман! А наши ребята постоянно избегают разговоров на эту тему, вообще о тебе говорить не хотят – боятся, как бы я чего не заподозрил! Благо, ты не появляешься у нас. Если бы мать только знала!..
– Сынок, ты правильно сказал – «курортный роман», – миролюбиво сказал Валерий Олегович. – Именно курортный. Как только мы уедем отсюда, я ни на шаг от мамы! Обещаю! Но я рассчитываю на мужскую солидарность с твоей стороны: Татьяна не должна ничего знать! Ты поддержишь меня? Ради спокойствия твоей матери?
– Ха, ловко ты выкручиваешься! «Ради спокойствия матери!» Лучшего аргумента не придумаешь!
– По крайней мере, он справедлив.
– Отец, послушай. Маме я не скажу. Но если она сама что-то заподозрит и начнет меня выспрашивать, врать и изворачиваться я не буду, а сразу отправлю ее к тебе. Выкручивайся сам, как знаешь!
Валерий Олегович испустил вздох облегчения.
– Спасибо и на том, сын.
– Носи на здоровье.
– Мы с тобой никогда не были друзьями, скорее – оппонентами. Но я признаю, что часто был неправ. А ты сегодня поступил великодушно, принял мудрое решение, и с этих пор можешь всегда рассчитывать на мою поддержку и помощь, если вдруг понадобится.
Отец протянул Игорю раскрытую ладонь для рукопожатия. Мальчишка отступил назад и нехотя протянул свою в ответ.
– Ты прощаешь меня? – тихо спросил Валерий Олегович. Первый раз в жизни он чувствовал себя настолько уязвимым, практически беззащитным. И перед кем? – Перед собственным сыном.
– Предательства не прощают, – Игорь вынул ладонь из крепких тисков отца.
– Ты не прав: человек с открытым сердцем способен простить все, что угодно. Простить все смертные грехи тому, кто дорог. Уметь прощать, сынок, – это тоже великий дар. Если не можешь, – научись. Возможно, это станет для тебя своего рода испытанием на выносливость – в плане духовной силы.
– Опять ты за свои морали, тебе бы священником быть, – отмахнулся Игорь.
– Все, – засмеялся отец. – Больше не буду! Но то, что я успел сказать, назад не заберу! Тебе пригодится.
Попрощавшись с отцом, Игорь побрел к себе домой. Его силуэт скрылся в полутьме, разгоняемой мощными лучами фонарей, освещающих территорию «Олимпа». Он чувствовал себя всеми покинутым и никому не нужным. Почему-то все нуждались в его поддержке! Именно в тот момент, когда ему самому эта поддержка так необходима.
«Отец, конечно, прав, – подумал Игорь. Уметь прощать – это не так-то просто, как кажется на первый взгляд. Сделать вид, что простил – одно, а
А здесь я словно оказался на каком-то «острове» – отрезанным от своего повседневного образа жизни и выброшенным в особые, можно сказать, эстремальные условия существования. Условия внешнего плана, ясное дело, здесь идеальные – море, солнце, виндсерфинг, вкусная кухня, развлечения, отдых по полной программе. Живи и радуйся! Но не тут-то было!
Вот тебе для разнообразия препятствия, чтобы жизнь сладкой не показалась. Попробуй-ка их преодолеть! Как ты поступишь, какое решение примешь? Как будто я не отдыхать приехал, а проходить круг испытаний… Зато по сравнению с такими неурядицами все бывшие проблемы кажутся уже такими маленькими, потерявшими всякую значимость. Подумаешь, папа не хотел, чтобы я встречался с Катей! Вот беда! Или его зацикленность на моей учебе! Да какой предок не заботится об образовании своего чада? Да уж, со стороны оказывается, виднее, как великолепно я умею раздувать из мухи слона!
Выходит, все относительно… Если уж на то пошло, то наверняка существуют еще более страшные вещи, на фоне которых и теперешние переживания окажутся мелочью, песчинкой. Не хотел бы я их узнать», – подумал Игорь, ощущая, как по спине пробежали мурашки.
Катя беззаботно смеялась, позабыв обо всем на свете – об Игоре, о нависшем тяжким грузом фортепианном конкурсе, о том, что завтра ей предстоит впервые петь перед многочисленной публикой…
Антон помогал ей забыть обо всем. Он рассказывал удивительные истории, он открывал ей новые миры, откуда-то знакомые ей и будто давно забытые. С ним ей никогда не будет скучно – это точно! Может, расстаться с Игорем?
– Антон, ты откуда приехал?
– Из Волгограда.
– Это, если я не ошибаюсь, бывший Сталинград?
– Не ошибаешься! – подтвердил мальчишка. – Только новое название мне намного больше нравится.
– Да, мне тоже! – согласилась Катя. – Знаешь, это скорее всего простое совпадение, но мне на днях приснился удивительный сон о Волгограде. Такой красочный, такой яркий!
– Правда? – заинтересовался Антон. – Расскажи!
– Представь: плыву я на большом белом лайнере по безбрежному морю. Берега не видно даже на горизонте, на тысячи километров (вернее сказать, миль) вокруг меня – синяя, спокойная гладь воды под безоблачным небом! Такая красота! А я стою на палубе и смотрю по сторонам.
– Ну, а дальше? – поторопил девочку нетерпеливый Антон.
– Вдруг в рупор кто-то объявляет: «Подплываем к Волгограду!» А я смотрю вокруг и не вижу берега. Удивляюсь и спрашиваю у кого-то: «Скажите, – говорю, – а где же Волгоград, ведь вокруг одна вода?» А мне кто-то из-за спины отвечает: «Как? Разве ты не видишь?! Вот он!» И тут я и в самом деле вижу, как прямо из воды вырастают огромные серые многоэтажки, на балконах которых стоят люди, смеются и почему-то бросают бумажки прямо вниз, в воду, и они плывут белыми корабликами по волнам.