Укус

Лаймон Ричард Карл

— Если кто мертв? — уточнила Кэт.

— Донни.

— Донни не мертв.

— Как вы можете знать?..

— Мы знаем, — ответил я за Кэт.

— По крайней мере мы думаем, что знаем, — ответила Кэт лично.

— Если он убьет Донни, — сказал я, — он упустит шанс на вечную жизнь. И далеко не в христианском смысле.

— Вы опять несете какую-то чушь, — нахмурилась Пегги. — Что на этот раз?

— Снег Снегович мечтает стать вампиром, — сказала Кэт. — И без нас ему эту мечту не осуществить. У нас в багажнике — залог его

вечной молодости.

33

Пегги подозрительно посмотрела на банку пива в руке, потом все же открыла и осторожно поднесла к губам. Отпила. Скорчила гримаску.

— Ужасно, — поделилась она ощущениями.

— Не пей, — пожал плечами я. — Нам больше достанется.

— И что, этой вот ерундой люди заливают себе глаза? Пиво что, всё на вкус такое?

— Пожалуй, почти всё.

Она все же сделала еще один неуверенный глоток, потом выдала:

— Значит, вы опять пытаетесь мне голову задурить.

— Каким же образом? — осведомилась Кэт.

— Вампирами. Ага, сейчас!

— Никаких «ага, сейчас», солнышко, — сказала Кэт. — Снег Снегович хочет стать вампиром. Честное пионерское.

— Старовата ты для «честного пионерского», — подколол я ее.

— Честное индейское, — поправилась она.

— А «индейское» звучит неполиткорректно.

— Слово коренного американца, Сэм, не юродствуй.

— Вот, уже лучше! — расплылся в улыбке я.

— Итак, — подытожила Кэт, — честное слово, именно этого он желает. Стать вампиром и не стареть.

— Вы серьезно? Вы вампирами меня надуть пытаетесь?

— А ты что, не веришь в вампиров? — спросил я ее.

— В вампиров? В Дракулу, в Салимов Удел… что там еще, Энн Райс, «Интервью с вампиром»? В фильме еще Брэд Питт играл. — Теперь даже Пегги улыбалась.

— Ну да, я про этих ребят, — кивнула Кэт. — Ты, выходит, знаешь.

Улыбка Пегги сжалась в угрюмую кривую полосу.

— Да все об этой фантастической галиматье знают. Я что, по-вашему, в каменном веке родилась? И да, я в них — не верю.

— В этом их сила, — произнесла Кэт.

— Это кто сказал? — поинтересовался я. — Ван Хельсинг?

— Это я сказала. Только что.

— Эй, — запротестовал я, — это не твоя находка, зуб даю.

— Никто не верит в вампиров, — вмешалась Пегги.

— Мы верим, — сказал я.

— Отчасти, — добавила Кэт.

— И уж точно в них верит Снег Снегович.

— Так сильно верит, что планирует стать одним из них, — объяснила Кэт. — Именно

поэтому он за нами гоняется. Вся проблема-то, собственно, в том, что ему известно: как минимум один вампир лежит у нас в багажнике?

— Что-что у вас в багажнике? — переспросила Пегги.

— Вампир, — сказал я.

— Вампир, значит. Всамделишний.

— Мертвый.

— Ну, вот этого утверждать наверняка нельзя, — заметила Кэт. — В теории вампиры уже мертвы. Они не-мертвы в принципе. Но наш, скажем так, выведен из строя.

— Да, колом в сердце, — кивнул я. — Мы пришпилили кровососа прошлой ночью.

— Вы оба просто выжили из ума.

— У нас просто выдался жесткий денек, — оправдался я.

— Жесткий денек после жесткой ночи, — подтвердила Кэт.

— Угу. Мало спали…

— Зато выпили немного пива.

— А по-моему, многовато, — скептически протянула Пегги.

— Да нет, в самый раз, — я отхлебнул из банки. — Отсюда наш, скажем так, иррационально бодрый настрой. — Я хохотнул, покачал головой. — Хотя, думаю, тут дело не в пиве, тут дело в нашем отчаянии.

— В точку, — кивнула Кэт. — Этот вампир изрядно поиграл на наших нервишках. Мы бодримся, чтобы с ума не сойти.

— Да вы уже и так с ума все посходили.

— Не спеши с выводами, — сказал я. — Просто перевозбудились.

Склонив голову, Пегги мрачно посмотрела на меня.

— Значит, у вас там, в багажнике, труп?

— Увы, — сказала Кэт. Через зеркало заднего вида я увидел, как она сделала большой глоток из банки, потом вытерла губы тыльной стороной ладони. Глубоко вздохнув, продолжила: — Где-то год назад ко мне привязался этот парень, по имени Эллиот. И он оказался вампиром.

— В самом деле, — в голосе Пегги было много иронии и никаких вопросительных интонаций.

Проигнорировав ее, Кэт рассказывала дальше:

— Я никогда не видела, чтоб он превращался в летучую мышь или что-то в этом духе… я даже его возраста не знаю. Возможно, он был просто по-настоящему жуткий, нестандартный маньяк, ловивший кайф от укусов и питья крови. Вот что он со мной проделывал. Кусал — и пил. Глянь вот сюда. — Кэт приспустила рубашку с левого плеча и повернулась к Пегги боком, чтобы было видно ранки на шее. Моими стараниями они выглядели новыми. Проколы перестали кровоточить, но кожа вокруг них была красная и припухшая.

Пегги приспустила темные очки и сузила глаза. Внимательно оглядела шею Кэт. Цыкнула зубом.

— Ерунда, — последовал вердикт.

— Это не ерунда, — возразил я.

— Никакими зубами таких не сделать.

— У него зубы — особые, — объяснила Кэт. — Как иглы. Из стали.

— Вот как?

— Ну, стальные только клыки. Его глазные зубы. Это даже не столько зубы, сколько насадки. Он может снимать их и надевать, когда заблагорассудится.

— Мы можем показать ей все, — сказал я Кэт.