Улей
Шрифт:
– И лично ты?
– опять улыбнулась Кани - на этот раз умелому движению его пальцев, очень нежно коснувшихся ее шеи.
– Конечно!
– Какие честные глаза! Сколько тебе лет, Рол?
– Всего три сотни, моя красавица. И я знаю, как сделать тебя счастливой!
Его пальцы увлеклись - Кани действительно начинало нравиться. Она отшатнулась, и Рол мгновенно отодвинулся, давая понять, что полностью признает девчонку хозяйкой положения. На самом же деле он даже не сомневался, что сам контролирует
– "Всего три сотни"? А по сколько же лет вы здесь живете?
– Самым старым мужчинам где-то по четыреста. Мы воины. После двухсот лет многие сами идут на смерть, чтобы покрыть имя славой, пока еще есть силы и воля. А некоторые не торопятся...
– Как ты, например.
– Да, как я Но не думай: когда-то и я не щадил жизни. Я ведь был одним из лучших!
– А докатился до того, что целуешь ножки пленницам, чтобы притупить их бдительность?
– Разве тебе не нравится, когда целуют ножки?
– А ты действительно надеялся переспать со мной?
– А я и сейчас надеюсь.
– Рол мягко заглянул ей прямо в лицо.
За окном терема совсем потемнело. Альтинка резко встала: не стоило затягивать игру - впереди много работы.
– Ты мне противен, Рол!
– честно призналась девушка.
– Ты говоришь "надеюсь". Смотришь в глаза, словно просишь о разрешении. А сам с плотоядной грустью думаешь: "Какая тут надежда?! Ты же приз!"
– Что?
– Я накажу тебя, Рол! Не надо было обижать дочь Тургаона! Скоро вы все поймете, что не надо!!!
– Но я же...
– Управляющий только сейчас понял свое реальное положение. Понял и со стоном скрутился на ложе - Кани не нужны были "хлысты", чтобы внушить человеку боль.
– Ну, хватит корчиться. Наказание еще впереди. Вставай!
Рол поднялся. Его глаза заслезились от незаслуженной обиды.
– Я ведь на самом деле люблю всех вас!
– закричал он, - Спроси у любой нашей женщины! Я забочусь о вас! Я берегу вас! Если наказываю, то лишь потому, что так нужно! Не я же придумал законы Братства! За что...
– Заткнись и пошли! Нам нужно наверх!
Кани распахнула дверь и первой ступила на тропу, едва различимую в наступивших сумерках. Рол поплелся следом.
– Так и будешь изображать мой хвост? Меня здесь нет! А тебе нужно попасть в ангар! На "пристань", как вы ее называете. Подумай хорошенько, как сделать, чтобы туда пропустили! Пошел!
"Зомбированный" управляющий устремился вперед. У лифтовой площадки ему отдали честь - и один наряд и второй.
– Куда, Рол?
– спросил командир "бронированных".
– На Третий!
Ему кивнули. Лифт устремился в "небо". Кани едва успела ухватиться за поручни, чтобы не выпасть за борт. Посмотрела вниз - такая высота, и открытая площадка! Неужели даже лифт служит Братьям для того, чтобы доказывать на нем
Через пять длинных тоннелей в полах-крышах Уровней и пять новых открытых пространств самих Уровней площадка замерла. Все, что за время полета успела увидеть Кани, ей не понравилось: все Уровни, кроме Девятого, напомнили альтинке недостаточно благоустроенные города какой-нибудь бедной планеты.
– Третий!
– сообщил солдат.
Здесь также дежурили. Все шесть караульных - в латах
– Зачем к нам, Рол?
Его знали, но не особенно ждали.
– Я не к вам. У меня дело к техникам.
– К каким?
– Мне за обшивку.
– Понял.
– Старший кивнул, - Проходи!
Ролу распахнули люк в стене. А дальше - отсеки, охрана, коридоры, охрана, лифты, охрана. Всюду металл Большей частью - намагниченный, излучающий. Он мешал Кани. Из последних сил скрывал сознание встречных, не давал сосредоточиться и даже пару раз "выпускал" сознание Рола. Девушка быстро устала.
"Далеко еще?" - спросила ее мысль в голове у пленного.
– Минут пять.
"Почему так долго? Где бегущие дорожки, гравитационные шахты, транспорт какой-нибудь... я не знаю... Что вы делаете, нанример, если тревога?"
– Все есть, но не для меня. Транспорт для персонала и абордажных групп. Посторонние ходят пешком. "Ты посторонний?"
– Здесь - да.
Через какое-то время Рол остановился.
– Вот черт! "В чем дело?"
– Вон он - вход в пассажирское отделение. Но дежурят - Красные! "Какие "красные"?!"
– Личная охрана Каса. Они всегда в красном. Демоны из Демонов!
"Не бойся - вперед!"
Десять человек, охранявших широкий цилиндрической формы коридор, показались Кани чересчур крупными, прямо как те, на "Эльрабике". Что еще хуже - их сознания едва прощупывались. Может быть, она просто устала?
– Что ты здесь делаешь?!
– проревел один из солдат.
– Нужно посетить порт, - сообщил Рол.
– Зачем?
– Нужно!
– Я спросил, зачем?!
– Солдат сжал зубы так, что те заскрипели. Сила, злоба, непреклонность и никакого интеллекта. И еще человека три, таких же, оставили посты и подошли ближе.
Кани почувствовала, что Рол начинает нервничать. Точнее, просто бояться. Эти люди недолюбливали ее подопечного и с радостью расправились бы с ним, пользуясь благоприятным случаем. Кани и самой стало неуютно: ей казалось, что кто-нибудь из солдат вот-вот присмотрится повнимательней - впервые за день альтинке пришлось столкнуться с людьми со столь сильной волей Таких нужно "бить" наверняка или не трогать
вовсе.
– На причале стоят шлюпки и боты с "Эльрабики". Мне нужно изучить их содержимое, чтобы понять психологию пленных... Вы понимаете?