Улей
Шрифт:
"Призами" могло служить все, что угодно. Чаще всего - оружие: колюще-режущее, парализующее, огнестрельное, защитное. Иногда - яхты. Иногда утварь Иногда - предметы туалета, аппаратура, украшения Каждый выставляемый предмет проходил через руки техников, заключавших, представляет ли образец ценность для Братства в целом. Если представлял - трофей снимался с игрищ для дальнейшего изучения или коллективного пользования. Так, никогда призами не становились генераторы, излучатели, приводы или пригодные для применения в боевой обстановке катера и боты.
Но самым ценным призом всегда считали женщин. Только что попавших в Братство,
На самом же деле приз служил только поводом. Все дело в том, что, разыгрывая яхту или девушку, воин "Улья" получал редкую возможность поднять ранг, заслужить звание и славу не постоянным каждодневным трудом, а в один день и в один миг Победивший Демона мог стать Демоном, победивший сотника сотником. А заслуживший титул чемпион вообще на веки веков становился человеком-легендой.
При этом существовала, конечно, и некоторая субординация: ряд неписаных правил приличия, согласно которым Братья с Шестого Уровня, например, не спешили кидаться под тесаки Старших, чтобы прославить себя в быстрой и бессмысленной смерти. Кроме того, заведомо сильный противник мог и не принять вызова, тем самым опозорив размечтавшегося о славе выскочку. И обычно все заранее знали, какой приз достанется тому или иному "сословию" Братства. За какие будут бороться простые солдаты, за какие - младшие командиры, за какие Демоны, а какие послужат основанием для турниров на звание абсолютного чемпиона "Улья".
На выставлении призов и даже на самих поединках Григ уже бывал раньше, но он никогда не сидел над центральной аркой в просторной крытой ложе правителей. Отсюда арена смотрелась как на ладони, а огромные кресла позволяли принять любую позу: сидячую, полулежачую, лежачую.
Было заметно, что кресло Грига возникло здесь совсем недавно. Оно вообще как-то не вписывалось в общую картину. Раньше Кас и Вик размещались по правую и левую руку Владыки. Теперь появился четвертый человек, функции которого еще не прояснились, а время отвести место на Подиуме уже пришло. Если бы у Отца было три руки...
Почему-то Владыка решил потеснить Каса - кресло главнокомандующего отодвинули от кресла Отца настолько, чтобы можно было поставить еще одно. Теперь рядом с Отцом сидели Григ и Вик, а уже рядом с Григом размещалось кресло с тяжелой громадиной Каса. Казалось бы, незначительный факт, но его заметили все, и Кас - в первую очередь.
Церемония открытия Дней Дележа выглядела почти стандартно: показательные
Затем все смолкло. На середину арены вышли Братья - по одному от каждой бригады Демонов, атаковавших "Эльрабику". Все пятеро в боевых латах. Красный, синий, черный, зеленый и желтый. Под пение труб и барабанную дробь Брат делал шаг вперед и выкрикивал имена отличившихся и имена погибших. И каждый раз над ареной возникало объемное непрозрачное изображение называемого.
Голограмма Грига возникла самой первой - у парня захватило дух от восторга. Такая честь, перед всем "Ульем"! Он даже позабыл, что сидит в ложе Первых и тысячи глаз и без того с интересом смотрят на кресло нового Правителя.
Второй появилась голограмма Каса - главнокомандующего. И в этот раз второй! Кас ничем не показал, что не доволен, но Григ явственно ощутил исходящую от сидящего рядом богатыря волну неприязни.
Голограммы, голограммы... Григ даже не знал, что в такой удачной и вроде бы несложной операции отличилось столько народу. Голограммы погибших... Им пели трубы Вечной Славы - долго и заунывно.
Два Демона: представитель технических служб и представитель ударных бригад - человек Вика и человек Каса - громогласно объявили первый день Праздника Дележа открытым.
Начались выставления трофеев. Парализующие пистолеты, видеоприборы, устройства для получения удовольствия (расслабляющие контроллеры, аппараты внушения, массажеры и другое). Каждый раз кто-либо на трибунах поднимал руку и называл себя. Если ему находился конкурент или несколько конкурентов, переписывали имена для поединка. Если больше желающих не обнаруживалось трофей отдавали просто так.
Одним из призов был тот самый саркофаг, в котором Грига возвращали к жизни - летающий лечащий диван, подчиняющийся мысленным командам. Летать по "Улью" на диване!..
– Я могу поднять руку?
– поинтересовался Григ.
– Смотря для чего, - отозвался Отец.
– Если хочешь поучаствовать в игрищах - не стоит. Все равно никто не рискнет подняться против Первого. А если тебе нужен этот ящик - смотри сам.
Григ поднял руку.
– Григ Тарибский!
– прогремел усиленный неизвестно откуда взявшимися микрофонами голос.
В зале наступила мертвая тишина. Ведущие на арене тоже замерли. Пауза затянулась, и тогда Отец сделал знак рукой, приказывая продолжать церемонию.
Вик и Кас широко улыбались.
– Что-то не так?
– пробормотал Григ.
– Ты их ошарашил, - объяснил Вик.
– Никто не ожидал, что ПЕРВЫЙ позарится на безделушку. А раз уж назвал себя, значит, дело серьезное - вот все и ждали, что же сейчас такое произойдет. Тебе теперь, братец, нужно ухо держать востро: для тебя - мелочь, для других - знамение свыше!
– Не делай так больше, - мягко попросил Отец.
– Если что-то захочешь, скажи мне - поднимут руку Дор или Лод. С ними тоже никто не станет спорить. Приз отдадут им, они - тебе. Ты же не уронишь нашего достоинства столь приземленными желаниями.