Улисс
Шрифт:
Угощение до отвала. Везерап всегда это говорил. Проводи захват через брюхо.
Дверь, ведущая в кабинет, распахнулась резким толчком, и в комнату вдвинулась красноклювая физиономия, увенчанная хохлом торчащих как перья волос. Дерзкие голубые глаза оглядели присутствующих, и резкий голос спросил:
– Что тут происходит?
– И вот он, собственною персоной, самозваный помещик [476] , – торжественно объявил профессор Макхью.
– Анепошелбыты, жалкий преподавателишка! – выразил редактор свою признательность.
476
Самозваный
– Пойдемте, Нед, – сказал мистер Дедал, надевая шляпу. – После такого мне надо выпить.
– Выпить! – вскричал редактор. – Перед мессой спиртного не подают.
– Что верно, то верно, – отвечал мистер Дедал, уже выходя. – Пойдемте, Нед.
Нед Лэмберт боком соскользнул со стола. Голубые глаза редактора, блуждая, остановились на лице мистера Блума, осененном улыбкой.
– А вы не присоединитесь, Майлс? – спросил Нед Лэмберт.
ВОСПОМИНАНИЯ О ДОСТОПАМЯТНЫХ БИТВАХ
– Ополчение Северного Корка [477] ! – вскричал редактор, устремляясь к камину.
– Мы всегда побеждали! Северный Корк и испанские офицеры!
– А где это было, Майлс? – спросил Нед Лэмберт, задумчиво разглядывая носки своих башмаков.
– В Огайо! – крикнул редактор.
– Там все и было, готов божиться, – согласился Нед Лэмберт.
По пути к выходу он шепнул О'Моллою:
– Начало белой горячки. Печальный случай.
– Огайо! – кричал редактор петушиным дискантом задрав багровое лицо вверх. – Мой край Огайо!
477
Ополчение Северного Корка – отряды, известные, прежде всего, участием в подавлении восстания 1798 г., отнюдь не победоносные и снискавшие себе славу жестокости и трусости. Вопли редактора по содержанию – бессмыслица («Начало белой горячки»). Никакой связи между Северным Корком и испанскими офицерами нет. В Огайо в 1755 г. происходили неудачные бои англичан с французами, причем англ. части прежде стояли в Корке и пополнялись, в частности, из ополчения Северного Корка.
– Образцовый кретик [478] ! – заметил профессор. – Долгий, краткий и долгий.
О, ЭОЛОВА АРФА
Он достал из жилетного кармана катушку нитки для зубов и, оторвав кусок, ловко натянул его как струну между двумя парами своих нечищеных звучных зубов.
– Бинг-бэнг. Бэнг-бэнг.
Мистер Блум, увидав берег чистым, направился к двери кабинета.
– Я на минуту, мистер Кроуфорд, – сказал он. – Мне только позвонить насчет одного объявления.
478
Кретик – критский (греч.), в античной метрике стопа из одного краткого слога между двумя долгими, что отвечает англ. произношению: О-гай-о.
Он вошел.
– А как с передовицей для вечернего выпуска? – спросил профессор Макхью, подойдя к редактору и веско положив руку ему на плечо.
– Все будет в порядке, – сказал Майлс Кроуфорд уже несколько спокойней.
– Можешь не волноваться. Привет, Джек. Тут все в порядке.
– Здравствуйте, Майлс, – произнес Дж.Дж.О'Моллой, выпуская из рук страницы, мягко скользнувшие к остальной подшивке. –
479
Дело о канадском мошенничестве – слушалось в дублинском суде 17 июня 1904 г. Аферист, известный под именами Шапиро, Спаркс и Воут, сулил своим жертвам (в числе коих был некто Зарецкий) проезд в Канаду за полцены См. также эп. 12.
В кабинете зажужжал телефон.
– Двадцать восемь… Нет, двадцать… Сорок четыре… Да.
УГАДАЙТЕ ПОБЕДИТЕЛЯ
Ленехан появился из внутренних помещений с листками бюллетеней «Спорта» о скачках.
– Кто хочет верняка на Золотой Кубок? – спросил он. – Корона, жокей О'Мэдден.
Он бросил листки на стол.
Крики и топот босоногих мальчишек-газетчиков, доносившиеся из вестибюля, внезапно приблизились, и дверь распахнулась настежь.
– Тсс, – произнес Ленехан. – Слышится чья-то пустопь.
Профессор Макхью пересек комнату и ухватил съежившегося мальчишку за шиворот, а остальные врассыпную бросились наутек из вестибюля и вниз по лестнице. Сквозняк с мягким шелестом подхватил листки, и они, описав голубые закорючки в воздухе, приземлились под столом.
– Я не виноват, сэр. Это тот длинный меня впихнул, сэр.
– Да вышвырни его и закрой ту дверь, – сказал редактор. – А то целый ураган поднялся.
Ленехан, нагибаясь и покряхтывая, начал подбирать листки с пола.
– Мы ждали специального о скачках, сэр, – сказал мальчишка. – Это Пэт Фаррел меня впихнул, сэр.
Он указал на две рожицы, заглядывающие в дверную щель.
– Вон тот, сэр.
– Ладно, проваливай, – сердито скомандовал профессор Макхью.
Он вытолкал мальчишку и крепко захлопнул дверь.
Дж.Дж.О'Моллой шелестел подшивкой, что-то отыскивая и бормоча:
– Продолжение на шестой странице, четвертый столбец.
– Да, это из редакции «Ивнинг телеграф», – говорил мистер Блум по телефону из кабинета. – А хозяин?… Да, «Телеграф»… Куда? Ага! На каком аукционе?… Ага! Ясно. Хорошо. Я найду его.
ПРОИСХОДИТ СТОЛКНОВЕНИЕ
Когда он положил трубку, телефон снова зажужжал. Он быстро вошел и натолкнулся прямо на Ленехана, боровшегося со вторым листочком.
– Пардон, месье, – сказал Ленехан, на миг ухватившись за него и скорчив гримасу.
– Это я виноват, – отвечал мистер Блум, покорно перенося цепкий зажим.
– Я не ушиб вас? Я очень спешу.
– Колено, – пожаловался Ленехан.
Он сделал смешную мину и захныкал, потирая колено:
– Ох, набирается годиков нашей эры.
– Прошу прощения, – сказал мистер Блум.
Он подошел к двери и, взявшись уже за ручку, немного помедлил.
Дж.Дж.О'Моллой захлопнул тяжелую подшивку. В пустом вестибюле эхом отдавались звуки губной гармошки и двух пронзительных голосов мальчишек, усевшихся на ступеньках:
Мы вексфордские парни
В сраженье храбрецы [480] .
БЛУМ УХОДИТ
– Я должен бежать на Бэйчлорз-уок, – объяснил мистер Блум, – насчет этой рекламы для Ключчи. Надо договориться окончательно. Мне сказали, что он там рядом, у Диллона.
480
Мы вексфордские парни – из баллады о восстании 1798 г. «Вексфордские парни» ирл. врача и поэта Р.Дуайера Джонсона (1830-1883).