Унесенные Интернетом

Филиппова Лена

– Сигаретки не найдется? – обратилась она к тому самому брюнету.

– Неужели такие красивые девушки курят?

– Жаль вас разочаровывать, но – да! Никак не могу бросить.

– Та же история, – вставил маленький тощий блондин, сидевший справа. – Кодироваться не пробовали?

– Да не верю я в это, – процедила Линка, едва сдерживая смех. Она закурила и поморщилась. – Чушь полная.

– В общем, да, – согласился блондин. – Я месяц держался. А потом опять пошло-поехало.

– Кстати, меня зовут Ангелина, – объявила Линка. Иногда

ее наглость меня просто поражает. «А что я, собственно говоря, теряю? – всегда говорит она в таких случаях. – Ну не получится разговор, и что? Личная жизнь у меня давно устроена». Это у нее устроена, а у меня-то нет.

Как ни странно, сегодня разговор «получился». Вскоре мы перебрались к ним за столик, и позеленевшая Линка, которая до этого не курила уже целый год, принялась увлеченно рассказывать о том, как она летом ездила в Сочи. Каким образом тема разговора уплыла в Черное море, я не знаю. Это Линка у нас великий специалист по лингвистике. У меня всегда по ней был трояк. Минут через десять мы все уже были на ты. Линка, что бы я без тебя делала?

– А ты была в Египте? – вдруг спросил у меня брюнет, который оказался Александром.

– Нет, но я всю жизнь об этом мечтала.

– Тогда почему нет? Вроде недорого, и виза не нужна...

– Да все как-то не складывалось. То там теракты, то автобусные аварии... Страшно. Так вот до сих пор и мечтаю, – протянула я.

– Может, мечта она на то и мечта, чтобы ею оставаться. Когда она воплощается в жизнь, она уже не так привлекает...

– Ты, случайно, не писатель?

– Да нет. Партнер в консалтинговой фирме. Но ты угадала, я иногда пописываю – для баловства. – Он усмехнулся.

– Где это ты пописываешь? – развеселилась я.

– Дома, где же еще? – рассмеялся он.

– Уж не стихи ли? – съехидничала я.

Его ответ мне не понравился.

– Может, как-нибудь покажу что, если ко мне заедем...

Что еще за намеки такие?!

– А может, не стоит? – прошипела я.

– Как хочешь, – миролюбиво сказал он. – Просто я подумал, тебе интересно будет взглянуть... Ты похожа на девушку, которая любит поэзию.

Ага, особенно сейчас. Такая мадемуазель из века девятнадцатого с ярко-рыжими волосами и в мини-юбке. Он точно издевается. Но мне нечего было возразить.

Поэтому я просто сказала:

– Да, я люблю поэзию. Особенно на английском языке. Я люблю Шекспира и Оскара Уайльда. Особенно стихи о смерти, они настраивают на философский лад.

Он удивленно посмотрел на меня.

И зачем я напялила такую юбку? И почему я продолжаю думать о смерти? Почему я не могу настроиться на что-то другое, черт возьми!

Я почувствовала себя страшно усталой. К горлу подкатывала тошнота. Наверное, будет лучше поехать домой. Я взглянула на Линку: она щебетала как соловей в обществе Алексея и Андрея – так звали двух других.

Все ясно: это надолго. А мне пора домой. Александр выжидающе смотрел на меня. Под его пристальным взглядом я чувствовала

себя как на сковородке. Я отвела глаза и посмотрела в окно. По улице шли люди. Влюбленные люди, одинокие люди, старые люди, молодые люди, люди красивые и не очень, и всех их объединяло одно чувство: надежда. Потому что на дворе стояла весна и они шли по весенней улице, где росли деревья с набухшими зелеными почками. По улице, которая дарила надежду. Надежду на то, что все будет хорошо. Я перевела взгляд на Александра. Он все еще буравил меня своими черными глазами, точно ожидая чего-то.

– Почему ты так на меня смотришь? – не выдержала я.

– Просто любуюсь красивой женщиной.

– Брось. Я уже поняла, что ты мужчина галантный, но я не из тех, кому можно легко навешать лапшу на уши. Не надо всех этих красивостей, о’кей?

– Первый раз встречаю девушку, которой не нравятся комплименты.

– У тебя все равно ничего не выйдет, – сказала я и поняла, как глупо это прозвучало.

– А что у меня должно выйти? – засмеялся он. Вот я и попалась.

– К черту, я устала. Еду домой. – Я была готова разрыдаться. Здесь и сейчас. Вся эта весна, все эти счастливые люди и этот привлекательный брюнет действовали мне на нервы. Я встала из-за стола и помахала Линке рукой. – Солнышко, я ухожу. Нет-нет, не надо со мной. Я очень спешу.

Я пулей вылетела из кафе и побежала по улице. На душе скребли кошки. Не хотелось видеть ни одной паршивой рожи.

– Аня! – За мной кто-то бежал.

Я обернулась. Александр.

– Что тебе нужно? Оставьте меня в покое, черт всех вас подери! – выпалила я, крик сдавил мне горло, а на асфальт закапали слезы.

Он не пытался меня успокоить. Он просто сказал:

– Я хотел тебя подвезти.

– Валяй, – неожиданно для себя согласилась я. Ведь мне уже было все равно – лишь бы быстрей домой, к себе, на любимый диван, на...

– Пойдем, я тут недалеко припарковался.

Удивительно, как можно сохранять спокойствие рядом с такой психопаткой. Интересно, ему уже приходилось видеть девиц с водопадами из туши под глазами? Как бы там ни было, когда мы дошли до стоянки, мне стало немного лучше.

Мы обошли пару стареньких «Жигулей» и остановились перед огромным джипом, новеньким, с иголочки.

– Твоя машинка? – спросила я, тщетно пытаясь привести нервы в норму. Хоть тему сменю, подумала я, а то начнет еще спрашивать, чего это я разревелась.

– Да уж. Кредит на пять лет.

Все это до боли напоминало знакомство с Кириллом. Такой же красивый мужчина, такая же шикарная машина. Кошмар, это просто невыносимо!

– Пять лет – это немного, – попыталась я поддержать разговор.

– Конечно, немного. Но жаба все равно душит.

– Да ладно, «Жаба будет рада», – вспомнила я прикольную рекламу и засмеялась.

– Тебе идет, когда ты смеешься.

– Не надо, – кисло улыбнулась я в ответ. – А то я опять заплачу.

Он открыл переднюю дверцу.