Уникум. Книга трех
Шрифт:
Я рухнул на разложенный матрас. Школа оказалась прежней. А главный ее недостаток – прежним был и Якут.
Интерлюдия
Ветви деревьев скребли по старому замызганному стеклу, словно пытаясь заглянуть внутрь крохотного заброшенного домика на самой опушке. Сколько лет он стоял никому не нужный? Забытый даже охотниками, хоть иногда забредавшими в эти края. Домик выцвел, осел, покосился и грозил вот-вот развалиться окончательно. А тут вдруг его облюбовал странный мужчина.
Он пришел на закате. Не зажигал свет,
Случайно забредший в эти края немощный обошел бы домик стороной. Сам не зная почему. А опытный маг тем более не стал бы приближаться. Почувствовал бы неладное, хоть незнакомец и тщательно пытался скрыть свою силу. Но слишком могущественен был.
Причина, по которой мужчина здесь сидел, была очень простой. Он ждал. И уже в полутьме раздались шаги трех черновых, отправленных по одному щекотливому вопросу.
– Господин, – поклонился один из них, коренастый мужичонка, как только вошел. – Все сделано. Мальчишка поступил так, как вы и предполагали. Попытался сбежать.
– Попытался? – поднял бровь незнакомец.
– Ушел он, – клацнул челюстью маг огня, совсем как собака.
– Господин, только как вы поняли, что он будет сопротивляться, а не поедет с нами?
– Вы, мои друзья, недооцениваете информацию. Если собрать все ее крупицы, вплоть до малейших деталей, то можно с большой долей вероятностью понять, как поступит тот или иной человек.
– А татуировки на руках обязательно надо было делать?
– Иначе бы он не поверил. Все должно быть натурально.
– Что теперь? – спросил крепыш.
– Он уверен, что всему виной Терлецкий. Максим и так не любил семью Охранителя, однако теперь станет держаться от них подальше. А это как раз то, что мне нужно.
Троица стояла, освещаемая лунным светом через замызганное окно. Они устали, были грязны и голодны, однако внимательно слушали своего господина. Тот ходил взад-вперед, теребя на лацкане золотой значок с гербом своей фамилии – магическим верстаком и рукой, зависшей над ним.
– Магический мир нашей страны в застое, этого не видит только глупец. Именно сейчас хватит крохотной песчинки, которая попадет внутрь громадного механизма и разрушит его. Достаточно правильно направить одного единственного уникума. И последствия будут грандиозными. Вплоть до переделов сферы влияния и смены самого Охранителя.
– Господин, зачем вы нам это все рассказываете? – встревоженно спросил третий, прежде молчавший.
– Правильный вопрос, – улыбнулся высокородный. Причем, весьма искренне. – У немощных есть такая забавная профессия. Психолог. Специально обученный человек слушает тебя и вроде как становится легче. Я сначала не верил. Думал, ересь полная. А потом попробовал. И знаете что? Действительно работает. Еще этот психолог посоветовал проговаривать свои мысли, планы. Только перед зеркалом или наедине с собой эффекта никакого. Да и выглядит глупо. А вы довольно неплохая публика.
Аристократ остановился, с интересом наблюдая за реакцией троицы. Те находились в некотором оцепенении. Лишь маг огня чуть заметно обнажил зубы, и его конечности стали вытягиваться.
– Безродные волшебники, которые скитаются
Гигантский пес бросился на аристократа, а крепыш, напротив, метнулся к выходу. Но вся троица в одно мгновение застыла. Нет, время не остановилось, ветви на ветру все так же скребли по стеклу, в лесу кричала сова. Просто сила, вырвавшаяся из мага, обладала такой плотностью, что моментально заполнила все пространство в хижине. Она окутала магов и не давала им возможности шевельнуться.
Уваров наклонил голову и три тела разлетелись на куски, словно замороженная глыба льда под ударом молотка. Высокородный лишь поднял лапу, оставшуюся от перевертыша, убрал ее в пространственный карман и вышел. Он не оглядывался, хотя знал, что хижина на опушке складывается подобно карточному домику за его спиной. Еще секунда, и строение провалилось под землю, точно и не существовало никогда. А успокоившийся и выговорившийся Уваров шагал по лесной тропинке.
Глава 5
Что может быть лучше прохладного летнего леса в самые ранние часы? Когда птицы только начинают свои перепевы, солнечные лучи осторожно пробираются сквозь листву, а повсюду царит спокойствие и безмятежность. Ответ простой – подушка и одеяло.
Мне даже подумалось, что оказаться в лапах высокородных не так уж и плохо. Зато не пришлось бы вставать в такую рань и плестись собирать росу своими кроссовками. Школьную одежду нам пока не выдали.
Якут появился ровно в шесть, точно пришел заранее, стоял за углом и ждал нужного момента. Байков тоже обладал такой способностью. Но только если дело касалось еды. Димон появлялся, как смерч, стоило тебе откусить пирог, и смотрел с видом обиженного кота. Приходилось делиться. Зато с Байковым хотя бы можно было пообщаться на разные темы. Мой нынешний собеседник не особо любил поболтать. Он лишь махнул рукой, мол, следуй за мной.
Вообще интересно, есть ли личная жизнь у Якута? Он тут и зимой, и летом, так сказать, одним цветом. И швец, и жнец, и на дуде игрец. Я даже анекдот придумал. Заходят как-то в бар учитель, тренер и суровый наставник, а бармен говорит: «Якут, тебе чего?». Надо рассказать, наверное.
Между тем мы выбрались на полянку, укрытую со всех сторон пышной листвой. Я ее, кстати, узнал. Когда-то тут занимались медитацией второкурсники. Неужели и меня сейчас заставят входить в нирвану? Тогда можно было бы поступить проще и воспользоваться услугами Потапыча. У него всегда в кармане имелось чем расширить сознание.
– Садись.
– Как садиться? Ноги под себя?
– Как удобно, – отозвался Якут. – Ты должен быть максимально расслаблен.
– Ну, наверное, так.
Я сначала просто упал на задницу, вытянув ноги. Потом подогнул их и встал на колени, а скорее все-таки устроился по-турецки.
– Теперь мне надо дождаться просветления?
– Учитывая твою «светлую» голову, – сделал Якут кавычки пальцами, – многие успеют помереть, пока это наступит. Думаю, большая часть нынешнего населения Земли точно.