Шрифт:
Андрей Леонидович Мартьянов
Легенды авиаторов
Исторические рассказы - 2
51. Юность маршала
8
Лейтенант Геринг вылетел на своем «Альбатросе» D III по тревоге.
Командир истребительной эскадрильи получил сведения о «Ньюпоре», который только
что пересек линию фронта и приближался к германским позициям.
Скорее всего, это был корректировщик артиллерийских стрельб. В любом случае нахала
следовало сбить до того, как он выполнит свое задание.
Вот он! Два полутораплана начали поединок.
Черно-белый самолет — цвета Германии — рассекал небо. С земли наверняка хорошо
видны черные полосы на нижней, светло-голубой поверхности нижнего крыла, — знак
командира, отличительный признак его самолета.
Никто не сможет отобрать у аса его победу: по яркой, индивидуальной для каждого
раскраске самолета любой наблюдатель легко поймет — кто вел бой и с каким
результатом.
«Ньюпор» атаковал германского летчика сверху, но промазал. Геринг ответил пулеметной
очередью, и враг начал снижаться.
Очень хорошо! «Альбатрос» по спирали спускался вслед за ним, прижимая его к земле. В
какой-то момент «Ньюпор» сделал попытку снова набрать высоту, но «Альбатрос» не
позволил ему этого сделать.
«Ньюпор» вынужден был совершить посадку.
Геринг улыбался. Он собирался представить свой трофей командованию. «Ньюпор» и
англичанин. Недурной улов! И никто не припишет эту победу себе: в воздухе поблизости
ни одного другого самолета не наблюдалось.
В этот момент самолет противника вспыхнул, и пламя как будто растворилось в ярком
дневном свете.
— Проклятье! — Геринг поспешно посадил «Альбатрос» и выскочил наружу.
Английский летчик не успел скрыться. Германец захватил его.
— Я второй лейтенант Сли из первой эскадрильи, — хмуро представился пленник.
— Англичанин! — хмыкнул Геринг. — Что ж, не только Красный барон ловит англичан
себе на завтрак.
— С вашего разрешения я австралиец, — возразил Сли, несколько уязвленный. Он был
совсем молодым и, честно признать, неопытным пилотом и еще не понимал, что против
Геринга шансов у него не было.
— Да какая разница! — рявкнул Геринг. — Теперь ты никто, желторотик.
...Сли
второму лейтенанту суждено пережить Вторую мировую и умереть в 1967 году — спустя
много лет после самоубийства Германа Геринга.
И уж точно не подозревали ни один, ни другой, что стройный, поджарый, героический
летчик превратится в карикатурного толстяка...
Пока что день был ясным, прекрасным, и стройный, мужественный стаффельфюрер
лейтенант Геринг одержал свою очередную победу. Шестнадцатую? Семнадцатую?
А впереди еще было много боев — много полетов — много славы.
21 сентября 1917 года, Западный фронт, расположение Jasta-27, местность к западу от
Рулера
В девять утра прозвучал сигнал тревоги, и Геринг вместе со своими ведомыми поднялся с
аэродрома.
В середине лета истребительная эскадрилья получила новые самолеты — «Альбатрос» D
V. Геринг был одним из первых, кто пересел на эту машину — его верный «Альбатрос» D
III был списан 16 июля после аварии.
Новинки появились у союзников еще весной — Сопвич «Кэмел», RAF SE.5 и SPAD S.7.
Как ни печально это признавать, некогда непобедимый «Альбатрос» D III уже не
справлялся с ними.
Летчики поговаривали о том, что новая конструкция любимого полутораплана превзойдет
прежнюю — и уж тогда держитесь, англичане!
Густав Лахманн, главный конструктор проекта, понимал: время поджимает. От него не
ждут принципиально нового самолета. Нужно лишь улучшить старый.
Да и смысла нет радикально менять передовую концепцию «Альбатроса» D III. Все
внимание было сосредоточено на совершенствовании аэродинамики.
Фюзеляж приобрел овальное сечение. Толщина его покрытия составила всего шесть
миллиметров (у D III она равнялась девяти). Было уменьшено расстояние между верхним
крылом и фюзеляжем.
Новый самолет по-прежнему оставался полуторапланом.
И старая «ньюпоровская» болезнь никуда не делась...
Аэродинамика у «Альбатроса» D V была по-настоящему хорошей. Соответственно, и на
пикировании он развивал большую скорость.
Следствие — сильная вибрация нижнего крыла — то, что называли «ньюпоровской
болезнью»... Однолонжеронная конструкция не рассчитана на такую значительную
нагрузку. И случалось, крыло отрывалось.
На фронте произошла серия катастроф по этой самой причине.
Но других машин пока не было. Приходилось пока геройствовать на том, что имелось.
...Вражеский отряд — четырнадцать бомбардировщиков «Бристоль» — возвращался с
задания.
Англичане направлялись к линии фронта.
«Альбатрос» Геринга поднялся на четыре с половиной тысячи метров и атаковал