Ураган
Шрифт:
– И не беспокойтесь, я ему не скажу ни слова, чтобы не испортить сюрприз.
– Мадам, даже не знаю, как вас благодарить.
После целого дня бессмысленного пьянства и утомительных жалоб на свою несчастную судьбу Макс Лам вылетел из Гвадалахары в Майами. Там он намеревался бросить курить, образумить свою свихнувшуюся супругу и вообще начать новую жизнь. Ему был просто необходим новый медовый месяц... но на этот раз где-нибудь подальше от Флориды.
«Гавайи, – подумал Макс. – А может быть, даже Австралия».
Голова у Макса трещала, похмелье после текилы вызвало в дремотном
А потом в аэропорту Майами газетный заголовок вновь вызвал в его воображении «текиловые фантомы»:
«Останки в Фокс-Холлоу опознаны, они принадлежат известному гангстеру.
Предположительно его растерзал и сожрал сбежавший лев».
Макс купил газету и с ужасом прочитал статью. Гангстера по имени Айра Джексон сожрал дикий лев, сбежавший во время урагана с фермы, на которой находились дикие звери. Ужасающие подробности подхлестнули Макса поторопиться с осуществлением своих планов.
К дому Августина он подъехал с придуманной речью, готовый в случае необходимости пригрозить законом. Света в доме не было, никто не ответил на звонок в дверь. Отсутствие ожидаемого сопротивления придало Максу смелости, и он отправился на задний двор.
Раздвижные стеклянные двери веранды оказались не заперты. Внутри дома стоял спертый воздух, было душно. Макс включил кондиционер и все лампы, которые только смог найти. Он не хотел скрывать свое присутствие, его не привлекала перспектива пробираться, словно обычный грабитель, по коридорам в темноте на ощупь.
Расхрабрившись от собственной смелости, Макс осмотрел дом в поисках следов своей жены. В стенном гардеробе висела одежда, в которой Бонни была в тот день, когда его похитили. А так как все их вещи были украдены из взятого напрокат автомобиля, то Макс резонно предположил, что Бонни сейчас носит чью-нибудь чужую одежду... или ее родственники могли прислать ей телеграфом денег... а может, Августин купил ей новые дорогие наряды. Разве не так поступают соблазнители чужих жен?
Макс заставил себя войти в комнату для гостей. Он намеренно не смотрел на стену с черепами, но его все же слегка трясло под их вездесущими взглядами. Он с удовлетворением отметил, что постельным бельем застелена только левая половина кровати, та, на которой
Дубовый гардероб оказался набитым различной женской одеждой, от бюстгальтеров до голубых джинсов, и что любопытно – разных размеров. Макс решил, что это вещи бывших подружек Августина. Одна из них была довольно высокой, судя по длине черных спортивных лосин. Нашел он и несколько вещей небольшого размера, которые вполне подошли бы его жене, но новых нарядов не было. Это еще больше улучшило настроение Макса, по крайней мере Августин ей ничего не покупал.
Макс заставил себя осмотреть еще одно место – спальню Августина.
Кровать Августина выглядела так, словно среди простыней взорвали гранату. «Он или большой выдумщик в области секса, или его по ночам мучают кошмары», – подумал Макс. При таком бардаке на постели было невозможно определить, спал ли на ней один человек или двое.
Неизвестность терзала самолюбие Макса. У него возникла идея – отвратительная, но эффективная. Опустившись на кровать Августина, он уткнулся носом в простыни, стараясь уловить запах духов Бонни. Естественно, Макс не мог вспомнить, как они называются, но в память четко врезался их фруктовый аромат.
Он принялся усиленно втягивать носом воздух, передвигаясь от изголовья кровати к матрасу. И ощутил резкий запах: мужской одеколон «Пако Раббанн». Макс узнал этот аромат, поскольку сам пользовался таким одеколоном (несмотря на жуткую аллергию) каждый понедельник, посещая совещания на шестом этаже в рекламном агентстве «Родэйл».
Запах «Пако» и пятна от отбеливателя, оставшиеся после прачечной, – вот все, что обнаружил Макс на простынях Августина.
Осталось проверить еще одно место: мусорное ведро в ванной. С угрюмым видом Макс порылся в мусоре. Слава Богу, использованных презервативов там не оказалось.
Позже, растянувшись на софе Августина, Макс пришел к выводу, что верность Бонни или возможное отсутствие таковой – это не главный вопрос, который занимает его сейчас. А главное – это состояние ее рассудка, ведь удалось же этим сумасшедшим каким-то образом запудрить ей мозги. Тут не обошлось без всякой чертовщины вроде жонглирования черепами.
Но как могла такая образованная девушка позволить этим двум идиотам сбить себя с толку!
Макс решил предпринять смелый шаг. Он составил речь, а затем в течение часа репетировал ее, прежде чем снять трубку телефона. Набрав номер их квартиры в Нью-Йорке, Макс оставил на автоответчике сообщения для своей блуждающей где-то жены. Ультиматум.
Потом он перезвонил в Нью-Йорк, чтобы прослушать, как звучит его угроза на автоответчике. В его голосе было столько твердости, что Макс с трудом узнал его.
«Отлично, – подумал он. – Это как раз то, что должна услышать Бонни».
«Если только она позвонит».
Жена Авилы с ехидством в голосе объявила своему мужу, что его драгоценные священные козлы находятся в загоне Управления по контролю за животными. Одного из них поймали, когда он гулял по ответвлению шоссе Дон-Шула, а другой оказался на мойке машин, где тыкался рогами в решетку радиатора «ягуара-седан». Жена сообщила, что об этом передали в новостях 7-го канала.