Ураган
Шрифт:
— Ты собираешься на морскую ферму? То есть, летишь через Внешний мир!
Мне приходилось скрывать от родителей тот факт, что я телепат, поскольку они всегда ненавидели носачей. По легенде мой отряд принадлежал к обороне улья и занимался вражескими агентами. Сейчас я попыталась успокоить маму относительно рисков полета во Внешке и допустила глупую ошибку.
— Мы полетим на морскую ферму, но будем в безопасности в самолетах, и к тому же нас будут сопровождать истребители.
— Истребители? — вновь задохнулась мама. — Ты собираешься драться
— Нет, — поспешно ответила я. — Эскорт нужен только для того, чтобы произвести впечатление на некоторых людей на ферме.
Теперь мама казалась чуть менее испуганной, но крайне растерянной.
— Я не могу точно объяснить, что происходит, — сказала я. — Но ты не должна волноваться из-за моего полета через Внешку.
Похоже, мои слова ее не убедили.
Я решила, что лучше закончить разговор, пока не сделала еще хуже, попрощалась и мрачно отложила инфовизор. Несмотря на вроде бы нескончаемый поток чрезвычайных ситуаций, необходимо вскоре найти время для похода с мамой по магазинам.
Мой разум переключился на слова Базз. Я знала, что Кит причиняет проблемы членам своего отряда, часто издевается и набрасывается на них. Сейчас я раздумывала, не ключ ли это к тому, что произошло между Мортоном и Селандиной сорок лет назад.
Возможно, тогда Мортон испытывал те же проблемы с гневом, что и Кит? Телепатия Мортона была надежна, но он пережил тяжелые времена, когда в качестве телепата-новичка отправился в Футуру для тренировок. Какой-то приступ злости привел к смерти Селандины?
Одно было очевидно. Как только мы окажемся на ферме, я смогу больше выяснить о Селандине из записей.
Рядом послышался голос Лукаса:
— Эмбер, пора садиться в самолет.
Я подняла глаза и увидела над собой Лукаса и адмирала Трегерета. Я встала и вместе с ними пошла к ближайшему из самолетов с незапечатанными окнами. Остальные тоже поднимались на борт. К Воздушному-четыре подвели пандус, который позволил Николь подняться к двери в инвалидном кресле. Но Зак настоял на том, чтобы встать из кресла, и осторожно взобрался по ступенькам Воздушного-пять.
Мы с Лукасом поднялись по трапу Воздушного-один. Он жестом предложил мне сесть к окну и устроился рядом. Адмирал Трегерет выбрал кресло у окна через проход от нас, а остальные места заняли Адика, Рофэн и члены альфа-группы.
— Я правда должен носить эту штуку? — Адмирал Трегерет покрутил передатчик в ухе.
— Да, должны, — ответил Лукас. — Как я говорил вам ранее, все в нашем отряде носят передатчики, чтобы я мог воспользоваться перелетом и проинформировать людей о ситуации на морской ферме.
— Мне не нужен передатчик, чтобы слышать вас, когда я сижу всего лишь через проход.
— Это так. Но как только я закончу свое вступление, мне бы хотелось, чтобы вы рассказали нам о морской ферме.
— Я? — Похоже, адмирала встревожила эта идея 1c7738. — Что вы хотите от меня услышать?
— Я договорился, чтобы мы пролетели над четырьмя регионами фермы и лишь затем приземлились в ангаре
— Возможно, вы и ваша ударная группа приспособлены к виду Внешки, но остальные в отделе все еще считают ее пугающей, — заметил адмирал. — Они летят в самолетах с закрытыми окнами и не смогут увидеть то, что под ними.
— У всех есть карты на инфовизорах, — объяснил Лукас. — Люди сумеют увидеть отмеченные на них места и узнать полезные факты, которые помогут им поддержать тех, кто выходит во Внешний мир.
Адмирал покорно хмыкнул и прекратил спор.
Все устроились в самолетах, и широкие двери ангара открылись. Я не беспокоилась, когда самолет включил мотор и покинул ангар, но напряглась, когда мы оторвались от земли. Весь нервный период, пока самолет набирал высоту, Лукас держал меня за руку и улыбнулся, увидев, что я расслабилась в кресле.
— Получше себя чувствуешь? — спросил он.
— Да. Смешно, что я боюсь взлета, но радуюсь, когда мы оказываемся высоко в небе. Думаю, это потому, что отсюда земля выглядит такой нереальной.
Я смотрела в окно на покрытую деревьями поверхность под нами и думала о ста миллионах людей, живущих внизу. Мы называли наш подземный город ульем, но в данный момент муравейник казался более подходящим сравнением.
Я вспомнила страх Мортона перед самолетами. Он говорил, что больше никогда не покинет улей, даже под угрозой смерти. Я сочла это случайной оговоркой, но ошиблась. Мортон отказался отправиться в другой улей на операцию, необходимую ему для спасения жизни.
От этих мыслей меня отвлек вид других самолетов, формирующих строй вокруг нашего, а затем послышался ликующий вопль Илая:
— Смотрите! Истребители на подходе.
Я выглянула в окно. Мгновение я могла видеть лишь три наших транспортника, а затем разглядела за ними несколько тесно сгрудившихся точек, должно быть, приближающиеся истребители.
Лукас включил передатчик.
— Всем доброе утро. Сейчас семь наших транспортных самолетов занимают позицию над ульем, и к нам присоединяются четыре эскадрильи истребителей. Одна эскадрилья полетит перед нашей группой, две другие займут место по бокам от нас, а четвертая станет замыкающей. Мы надеемся, эта демонстрация силы произведет впечатление на жителей морской фермы, особенно на нашу цель.
— Мою ударную группу она явно впечатляет, — сухо заметил Адика. — Илай, вернись на место.
— Я просто хотел посмотреть в окно и посчитать боевые самолеты, — сказал тот.
— Сядь! — приказал Адика.
Илай неохотно подчинился.
— Я просил у Золотого командира Мелизенды эскорт из двух боевых эскадрилий, — добавил Лукас. — Она решила послать четыре, потому что они сформируют более плотный строй.
— В боевую эскадрилью входят двенадцать самолетов, — сказал Адика. — Так что Илай может попытаться умножить двенадцать на четыре и узнать число истребителей, а не бегать по самолету и смотреть в разные окна.