Ураган
Шрифт:
— Это хорошая идея, Меган.
— Я знаю, что работа переводчика — говорить, Эмбер, — неодобрительным тоном заметил Лукас. — Но ни к чему говорить все время.
Я испугалась.
— Простите, сэр.
Подошел Илай с инвалидным креслом. Базз одарила его широкой улыбкой, а затем уселась на предложенное место.
— Теперь мы готовы двигаться, сэр, — доложила Меган.
— Тогда Эмбер может сходить за носачами, — сказал Лукас. — Надеюсь, путешествие не испортило им настроение.
Я яростно нахмурилась, концентрируясь, и аккуратно
— Они кажутся немного… беспокойными.
Лукас вздохнул.
— Тебе следовало лететь с ними в Воздушном-два, Эмбер.
Я посмотрела раненым взглядом человека, несправедливо обвиненного в пренебрежении своими обязанностями.
— Сэр, вы сами велели Эмбер лететь в Воздушном-один, чтобы она могла участвовать в планировании встречи, — вмешалась Меган.
Лукас бросил на нее испепеляющий взгляд, затем угрюмо посмотрел на меня.
— Почему ты еще здесь, Эмбер? Я приказал тебе сходить за носачами.
— Простите, сэр 1c7738. — Я быстро поднялась по трапу к двери Воздушного-два и постучала.
— Все в порядке?
Дверь медленно открылась, и ударник из бета-группы выглянул наружу.
— Носачи недовольны, — прошипел Джален намеренно различимо. — По крайней мере, я так думаю, но сказать сложно.
Я зашла в самолет и увидела трех носачей, в ожидании стоявших в проходе.
— Кто из вас Форж?
— Я, — ответил первый искаженным до неузнаваемости голосом.
Я задумалась, не стоило ли что-то добавить к костюмам носачей, чтобы мы могли говорить без чужих ужей, но решила, что в прогулке до коридоров нашей базы это необязательно. Лукас хотел, чтобы по прибытии мы показали трех носачей, дабы подчеркнуть, что нападение на одного из них не остановит расследование. Но в дальнейшем изображать носача будет только Форж.
— Спускайтесь по трапу очень осторожно, — предупредила я. — В скользящем костюме тяжело двигаться, а споткнувшись, можно уничтожить эффект таинственности.
Я изучила остальных ударников из бета-группы. В улье патрули обычно состоят из носача и четырех охранников в синей форме безопасников. Лукас и Адика решили, что здесь обе группы должны открыто носить тяжелые боевые доспехи, а не мундиры безопасников или нательную броню под обычной одеждой.
В результате меня напугали три носача в зловещих серых масках и балахонах в сопровождении массы крупных мужчин в темно-серой боевой амуниции. Стоило надеяться, что это отвратит жителей фермы от нападения на нас.
— Половина охранников должна выйти за мной из самолета, — сказала я. — Затем три носача и остальная охрана.
Я спустилась по трапу из самолета и повернулась к встречавшим. Неважно, заметили ли люди мою тревогу. Задача переводчика — расшифровывать странные фразы нечеловеческих носачей и убеждать их проявлять храбрость перед ужасами Внешки. Любой, выполняющий подобную работу, должен беспокоиться почти все время.
Все три носача благополучно достигли земли, и я повела маленький
— Теперь мы отправимся на территорию нашей базы, — сказал Лукас.
— Я провожу вас туда и проверю, чтобы у вас было все необходимое, — добавил адмирал.
Он провел нас из самолетного ангара по коридору к группе из трех лифтов и нажал какие-то кнопки.
— Наши лифты не так велики, как в улье, поэтому все спустятся на десятый уровень в несколько приемов.
Краем глаза я увидела что-то движущееся, оглянулась, чтобы рассмотреть повнимательнее, и сглотнула. За нами из ангара летел следящий беспилотник.
Адика с угрожающим видом встал перед аппаратом и достал пистолет.
— У того, кто управляет этим беспилотником, есть ровно тридцать секунд, чтобы убрать его от нас, иначе я превращу его в металлолом.
Аппаратик поразил меня — упав на пол, он отрастил восемь ног и умчался по коридору. Еще больше я забеспокоилась, когда он завернул за угол и небрежно взбежал вверх по стене.
Я вздрогнула. В детстве у меня вызывали отвращение носачи, которые патрулировали улей и шпионили за людьми. Сейчас я испытала абсолютно те же эмоции в отношении следящего беспилотника. Все это чувствовали? Или я отреагировала особенно тяжело, потому что у него не было разума, доступного для чтения, а другие считали безличную природу электронного прибора успокаивающей?
Я решила, что основным фактором реакции людей на окружающий мир всегда является привычка. Жители морской фермы, должно быть, привыкли к аппаратам слежения, а не к носачам.
Когда прибыли лифты, Адика отправил на десятый уровень адмирала и альфа-группу. За несколько рейдов тремя лифтами спустились и все мы. Я сочла поездку очень неприятной. Лифт, гораздо меньше наших, был неудобно переполнен, и я с тревогой осознавала, что с потолка за нами следит еще одна камера.
Десятый уровень выглядел отвратительно, как и предсказывала Ханна. Липкие стены, грязь на полу, больше похожая на песок, чем на пыль. Под моими ногами она слегка захрустела. Странного вида свет исходил из стеклянных объектов необычной формы на потолке.
У лифтов виднелось множество следов ног и пара нелепо ярких зеленых контейнеров, очевидно, оставленных техническими рабочими, проверявшими свет и подачу воды. Но в коридорах мы казались первыми людьми, которые зашли сюда даже не за сотню, а за тысячу лет.
— Боюсь, здесь небольшой беспорядок, — оживленно заметил адмирал. — Всегда есть гораздо более срочные дела, чем уборка внизу. Уровни с четвертого по десятый не используются, поэтому мы проводим здесь лишь минимальное обеспечение.