Урок мастера
Шрифт:
Глава 4
Меньше чем через неделю Пол Оверт встретил мисс Фэнкорт на Бонд-стрит на приватной выставке {8} одного молодого художника, писавшего пером, который оказал им любезность, пригласив их в это душное помещение. Рисунки были очень хороши, но в этой единственной комнате собралось столько народу, что у Пола было такое чувство, что его посадили по самые уши в большой мешок с шерстью. Люди, составлявшие передний край толпы, выпячиваясь вперед, вытягивая спины и создавая этим сзади еще более выпуклую броню, чтобы противиться напору входивших, старались в то же время сохранить известное расстояние между своими носами и застекленным картоном с рисунками, в то время как находившиеся
8
По-видимому, на одной из выставок современной живописи в частной картинной галерее лорда Гроувнера, основанной на Бонд-стрит в 1876 году.
— Он здесь! Он здесь! Сейчас он вернется сюда!
— Ах, ваш отец? — спросил Пол, в то время как она уже успела протянуть ему руку.
— Да нет же, бедный папа так от всего этого далек. Я говорю о мистере Сент-Джордже. Он только что отошел, чтобы с кем-то поговорить, да вот он идет. Это ведь он привез меня сюда. Мило с его стороны, не правда ли?
— Вот видите, сколько у него преимуществ передо мной. Я-то ведь не мог бы «привезти» вас сюда, не так ли?
— Если бы вы были так любезны и мне это предложили, то неужели бы я не согласилась? — спросила девушка, и на лице ее не было никакого дешевого кокетства, на нем была радость, оно утверждало истину.
— Ну как это, он же pere de famille. [7] У таких людей есть особые привилегии, — объяснил ей Пол Оверт. И тут же стремительно спросил: — А вы бы поехали что-нибудь посмотреть со мной?
— Все, что вам захочется! — снова улыбнулась она. — Понятно, вы имели в виду, что молодую девушку непременно надо приглашать еще с кем-нибудь… — и остановилась на полуслове, чтобы тут же сказать: — Не знаю; я свободна. Я всегда была такой, — продолжала она. — Я могу поехать куда угодно и с кем угодно. Я так рада, что встретила вас, — добавила она с обворожительной мягкостью, которая заставила находившихся возле нее людей обернуться.
7
отец семейства (фр.)
— Позвольте же мне отблагодарить вас за эти слова по крайней мере тем, что я вас вытащу из этой давки, — сказал Пол Оверт. — Право же, людям тут несладко.
— Да, они все какие-то mornes, [8] не правда ли? Но мне-то здесь очень хорошо, и я обещала мистеру Сент-Джорджу, что останусь тут, пока он не вернется. Он потом меня увезет. Знаете, ему все время присылают приглашения на такие выставки, больше, чем надо. Это была большая любезность с его стороны, что он вспомнил обо мне.
8
угрюмые (фр.)
— Мне тоже присылают такие приглашения
— О, это такая для меня радость — вся эта жизнь, Лондон!
— В Азии, должно быть, не устраивают таких вот выставок. Но как жаль, что до конца года в этом благодатном городе их уже, пожалуй, не будет.
— Тогда отложим это до будущего года — вы, надеюсь, верите, что мы с вами останемся друзьями. Вот он идет! — воскликнула мисс Фэнкорт, прежде чем Пол успел ответить.
Он увидел в толпе Сент-Джорджа и, может быть, именно поэтому поспешил сказать:
— Надеюсь, это все же не значит, что до будущего года мы с вами не увидимся?
— Нет! Что вы! А разве мы не обедаем вместе двадцать пятого? — ответила она, и чувствовалось, что она хочет этой встречи едва ли не больше, чем он.
— Это почти что будущий год. А нам никак нельзя увидеться раньше?
Она посмотрела на него сияющими глазами.
— Вы хотите сказать, что готовы прийти ко мне?
— Без промедления, если вы будете так любезны, что меня пригласите!
— Тогда вот что: в воскресенье, в ближайшее воскресенье, хорошо?
— Что же я сделал такого, что вы вдруг усомнились? — улыбнувшись, спросил молодой человек.
Мисс Фэнкорт мгновенно повернулась к подошедшему к ним Сент-Джорджу и торжествующе возвестила:
— Он придет в воскресенье, в это воскресенье!
— Да это же мой день, мой день! — воскликнул знаменитый романист, глядя на Пола Оверта и смеясь.
— Да, но не только ваш. Вы встретитесь на Манчестер-сквер, у вас будет время поговорить, поблистать!
— Что-то редко уж очень мы с вами встречаемся, — заметил Сент-Джордж, пожимая своему почитателю руку. — Слишком много всяких дел, да, слишком много! Но надо, чтобы вы обязательно приехали к нам в сентябре на дачу. Не забудьте, вы мне это обещали!
— Так ведь он же еще придет к вам двадцать пятого, вот вы и увидитесь, — напомнила Мэриан Фэнкорт.
— Двадцать пятого? — рассеянно переспросил Сент-Джордж.
— Мы же у вас обедаем; надеюсь, вы не забыли. Он, верно, приглашен куда-нибудь в гости, — весело добавила она, обращаясь к Полу Оверту.
— И в самом деле! Как это чудесно! И вы придете? Жена мне ничего не говорила, — сказал Сент-Джордж. — Слишком много дел, слишком много дел! — повторил он.
— Слишком много, людей, слишком много людей! — воскликнул Пол, отступая перед чьим-то локтем.
— Не вам это говорить: все они вас читают.
— Меня? Хотелось бы мне посмотреть на этих читателей! Их самое большее двое или трое, — ответил Пол Оверт.
— Слыхали вы что-нибудь подобное? Он знает себе цену! — со смехом провозгласил Сент-Джордж, глядя на мисс Фэнкорт. — Они читают меня, но от этого они не становятся в моих глазах интереснее. Давайте же уйдем от них, уйдем! — И он стал протискиваться к выходу.
— Он сейчас повезет меня в Парк, {9} — с восторгом сообщила девушка, в то время как они уже шли по коридору.
— Ах, он там бывает? — спросил Пол, пораженный этим обстоятельством, которое в его глазах явилось неожиданной иллюстрацией moeurs [9] Сент-Джорджа.
— Сегодня чудесный день; там соберется много народа. Мы будем разглядывать людей, присматриваться к человеческим типам, — продолжала девушка. — Мы будем сидеть под деревьями, будем прогуливаться по Роу. {10}
9
Имеется в виду Гайд-парк.
9
образа жизни (фр.)
10
Роу — аллея для прогулок верхом в Гайд-парке; по ее сторонам сидели и прогуливались люди, приходившие посмотреть на всадников. Как об одной из лондонских достопримечательностей Джеймс писал о Роу в очерке «Лондон» (декабрь 1888).