Урус-хаи
Шрифт:
Гондор и Рохан в Войне кольца как субъекты политики рассматривать нельзя, так как их вступление в войну носило автоматический характер и закончилось гибелью правителей обоих государств и сменой правящих династий.
Все эти мысли и свои предложения, вытекающие из моего анализа, я позже изложил в своем меморандуме.
Что делать? Кто виноват?
Мэр города Рыбинска Юрий Ласточкин собрал в конференц-зале своих подчиненных:
– Итак, коллеги, мы в полной жопе!
– Как? Что? Почему?
Ласточкин покашлял и сказал:
– Первое, что я скажу - судя по всему, произошел
Все молча посмотрели в окна, где открывался живописный вид на далекие снежные шапки гор.
Ласточкин продолжил:
– Как вы уже знаете из доклада главного инженера города, утром прекратилась работа основных коммуникаций - отключились водопровод, электроснабжение, приказало долго жить отопление и газоснабжение. Мало того, у наших коллег в соседних городах - Тутаеве, Ярославле, Мышкине - та же обстановка. Большие перебои на Ярославской ТЭЦ с топливом. Но это еще не все! Сегодня утром наши омоновцы столкнулись с бандой. Данная банда применяла холодное оружие для уничтожения гражданского имущества. Убито несколько человек. Омоновцы потеряли одного бойца, но уничтожили банду и захватили трофеи, пленных. Сейчас их доставят.
Ласточкин достал из кармана пиджака мобильник, позвонил.
Через десять минут дюжие омоновцы ввели двух странных людей, закованных в наручники.
Людей?
Присутствующие "отцы города" вскочили на ноги. Кто-то шарахнулся к стене.
Оба "человека" были высокими, под два метра ростом, в черных пропотевших рубашках, кожаных штанах.
Один из омоновцев положил на стол мэру большой рюкзак.
– Смотрите - продолжил Ласточкин, подняв и помахав в воздухе топором на длинной рукояти - это было основным оружием этих неизвестных преступников. Еще - он продемонстрировал большой костяной лук - вот это, и это - появилась кольчуга странного покроя... - Что вы скажете?
К Ласточкину приблизился начальник УВД подполковник Сергей Мехов.
Полицейский внимательно рассмотрел оружие неизвестных.
– Интересно...
– произнёс Мехов.
– У меня есть приятель, раньше работали вместе, но потом он после ранения в Чечне в две тысячи первом вышел в отставку и увлекся реконструкторством. Изучает эпоху мечей, щитов, кольчуг. Мы немало общались за пивом, и я много чего от него нахватался. Так что запросто отличу древнерусскую кольчугу от тевтонской... Но вот про эту вообще не могу сказать, какой она эпохи. Но кольчуга несомненно ручной поковки... Лук - композитный - долго сушился, из отличного дерева. А кость...
– рога лука отделаны человеческой костью!
Затем Мехов повернулся к одному из пленных:
– Кто вас, козлов, послал? Отчего на чужой территории беспредельничаете? Тут, между прочим, мазу держит Саня Кулак, вряд ли он обрадуется беспорядкам, устроенными вами, отморозками...
В ответ детина что-то невразумительно пробурчал. Слова звучали вроде и знакомо, но смысла абсолютно не было. Тут начальник УВД всем своим видом напоминая охотничью собаку, учуявшую дичь, быстро подошел
У того в ничего не выражавших глазах вдруг зажглась искра какой-то отчаянной надежды и он быстро-быстро залопотал на языке все более похожем на русский. Вот смысла от этого только совершенно не прибавилось.
Подполковник, жестом оборвав говорящего, подошел и немного пошептался с районным прокурором, после чего со словами "щас переводчика найду" достал мобилку и отошел в сторону. Говорил тихо и до присутствующих доносились только обрывки разговора: "... динозавр твой окаменелый... вывод... прокурор рядом... важно..." Наконец, раздраженно и довольно внятно произнеся "да заправят тебе полный бак, успокойся" удовлетворенно ухмыльнулся и объявил: 'минут через сорок - час будет, а пока может, перерывчик сделаем?"
Срок в сорок минут оказался слишком оптимистичным.
К исходу второго часа ожидания под окнами раздался характерный звук прогоревшего глушителя и главный полицейский решительно двинулся встречать прибывших.
Еще через десять минут ожидания в зал наконец вошел в сопровождении капитана и трех прапорщиков ФСИН со здоровенной овчаркой низенький, худенький морщинистый человечек неопределенного возраста, одетый в робу характерного полосатого окраса и неизменный атрибут под условным наименованием "БРС".
– "Вот, знакомьтесь, осужденный Иванов Николай Петрович*. Пусть попробует поговорить с теми уродами. Кажется, они друг друга поймут, души родственные".
****
Все были поражены, когда здоровенный, наглый детина, начавший говорить, чуть ли не срываясь на ор, услышав в ответ несколько тихих слов Иванова, вдруг побледнел (а вернее посерел). И упал на колени.
Разговор шел долго, около получаса.
Наконец старый зэк попросил увести собеседника, и, повернувшись к присутствующим, дрогнувшим голосом произнес:
– Спасибо, что позволили настоящую блатную музыку перед смертью услыхать". - в глазах отпетого рецидивиста стояли слезы. Видя недоумение на лицах, старик пояснил:
– "Я ведь уже девятый десяток разменял. 18 ходок у меня. Первый раз по малолетству, "за колоски" закрыли. Пригрел меня тогда такой же старый, как я сейчас, медвежатник. Показался я похожим на сестриного правнучка**. Он и научил меня. Не думал, что еще услышу, да и детство горькое вспомнилось. А так говорили еще при Александре-освободителе. Сейчас молодежь так уже не говорит, уходят традиции, беспредельщиков много".
– Что он вам рассказал?
– поинтересовался мэр.
– Много интересного. Приходилось мне однажды заграничный фильм по роману английского прохвессора Толкена, или Толкача вроде - точно не вспомню - позыркать. Про страну Средиземье, где наших братков с их паханом Сауроном всякая шваль поставить на место желает, типа мохноногих карликов. И там еще показывали, как те карлы у Саурона колечко дорогое свистнули и к вулкану несли...
– Ближе к делу, уважаемый, - сказал Мехов.
– А то - ответил старый уголовник - что мы все как раз в этом самом Средиземье теперь. 'Неведомая сила занесла'. Урки местные, Алгук и Уварак, так и сказали. Утром стояли они на