Урус-хаи
Шрифт:
А чтобы Саурон умел переносить города с места на место...
– это было полным бредом, невозможностью! Только Валары, а то и сам великий Эру, возможно, сумели бы устроить такое. И в этом явлении следовало разобраться.
Асториас принял решение - он постарается все разузнать и выбраться из этого жуткого места.
Эльф зябко повел плечами, вспоминая допрос.
Сначала два солдата в странной, зеленой пятнистой форме провели закованного в стальные наручники Асториаса по покрашенным в синий цвет неуютным коридорам. А затем привели в небольшую комнату, где за заваленным
– Так, Клавдия, начинай оформлять протокол - сказал мужчина девушке, сидящей за соседним столом.
– Хорошо, Сергей Николаевич
Тогда отважный эльфийский разведчик и познал, что такое настоящий страх.
Вместо того, чтобы достать чернила и пергамент, девица повозилась с каким-то странным ящиком из черной кости, зажглось окошко на узкой коробочке из стекла и кости.
Эльф вытянул шею, приглядываясь к действиям девушки. А та тем временем взялась за какую-то черную штучку, лежащую на столике, по окошку забегала стрелка, ткнулась в рисунок книги. Окошко мигнуло, открылось нечто напоминающее лист пергамента, замигала черная черточка.
Девушка застучала по черным костяным клавишам с красными буквами, а на окошке начал возникать текст на непонятном языке.
Асториас покрылся холодным потом. На его глазах происходило нечто...
– нечто достойное Архимага некромантии, причем, отнюдь не самого мелкого уровня. Заставить кости думать и даже что-то говорить - раз этот костяной ящик жужжит... наверное он рассказывает этой магичке или не магичке всю подноготную про него, Асториаса?
Эльф перевел испуганные глаза на мужчину - несомненно, могущественного колдуна - раз уж такая сильная некромантка исполняла при его персоне всего-навсего скромную функцию секретарши...
– но волшебника ничуть не беспокоил высший черномагический обряд, наоборот, он спокойно наблюдал за поведением Асториаса.
Эльф осторожно попытался прощупать странную девушку - в ней не было никакой магии, так, чувствовалось нечто слабенькое, как у всех обычных людей. И при этом девушка... делала нечто... необъяснимое. То, что точно было самой ужасной магией в мире, но... ею не являлось!
Девушка, очевидно, почувствовала чужой взгляд - она бросила негодующий взгляд на эльфа и фыркнула:
– Ну, ушастик, не думала я, что вы ТАК одичали в своих лесах. Что, никогда такого не видел? Вот это - нечто вроде вашего палантира - она указала на ящичек со светящимся окошком, а это - она хлопнула по большому ящику - скажем так - хранитель памяти. Никакой магии, просто творение техники. Компьютер!
– Итак - обратился к эльфу Сергей Николаевич на ломаном квенья - будем отвечать? Имя, фамилия?
– Асториас Остериэль - прошептал эльф...
А в конце допроса эльфа окончательно добило то, что Клавдия коснулась одного из стоявших рядом с ней костяных ящиков и тот вскоре выбросил три листа, а на четвертом басовито прорычал что-то.
– Опять принтер бумагу зажевал - невозмутимо сказала Клавдия.
– Ой, что с тобой?
Эльф не слышал ее вскрика - он ушел в глубокий обморок.
Очнулся Асториас только
****
– Прифет, эльф - послышался ехидный голос - Тоже на зону залетел?
Асториас буквально подскочил, огляделся. Заметил забранное решеткой окошко в стене рядом с кроватью.
Эльф посмотрел в окошко - там виднелось костлявое смуглое лицо с татуированными щеками. Орк!
– Будем знакомы - сказал орк.
– Я - Громых. Уже пару недель тут обретаюсь, а сегодня утром перефели сюда.
– С орками не разговариваю!
– возмутился эльф.
– Ага, ты беседуешь с нами только с помощью стрел - усмехнулся орк - Не знаю, как тебя эти урус-хаи поймали, но меня-то в плен фзяли фо фремя боя. У них много странного, неслыханного нигде. Фзять например, фертолеты...
– А что это такое?
– Не скажу - орк показал язык - Ты же оркоф не переносишь.
– Верно - хмуро ответил Асториас - Вы же моих близких положили во время своего набега.
– Как и фы мою беременную маму не пожалели - отозвался орк.
– Я с того дня теперь фместо в - ф гофорю... А когда набег-то был?
– Ну, пятьсот лет назад...
– эльф назвал дату.
– Никогда этот страшный год не забуду...
Орк недоуменно заморгал.
– Что-то тут не сходится... У нас тогда фойна с Харрадримом была, фсех фоинов под орочьи знамена постафили. Ух, хорошо мой прадед по харрадримским землям погулял, даже жену из людей привез. А с эльфами у нас мир тогда был, за пару лет до этой фойны заключили. У нас много песен о фойне с Харрадримом и о кофарном ударе эльфоф нам в спину.
– Я помню эти стрелы, убившие мою маму и сестренку...
– тихо прошептал эльф.
– Красные такие... с черными перьями.
– Что?
– странным голосом проговорил орк.
– Именно такие?
– Не понял?
– А разве не фы пользуетесь такими стрелами во время нападений на орочьи селения?
– Нет, конечно - обиделся эльф.
– Наши стрелы - серебристые, зеленые, а у наших родственников с побережья Рунного моря - золотистые с серебряными перьями. Красных стрел с черными перьями у нас нет!
– Да...
– покивал орк - Быфает, наших фоиноф приносят с поля битфы с такими - серебристыми и золотистыми стрелами в ранах. Это я понимаю. Честный бой. Но разить особыми стрелами женщин и детей? Похоже на трусость...
– Точно, трусость!
– поддакнул эльф - Хотел бы я знать, кто нападает на ваши селения и валит вину на эльфов...
– Как и на оркоф - кивнул Громых.
– Фот фопрос, кому это надобно было - сеять сфары между нами?
– Эльфы с Запада тоже не без греха - протянул Асториас - но... мир они бы первыми нарушать не стали. Слишком заботятся о внешних приличиях. Тайные интриги - да, устраивают, но если договор подписан - соблюдут. А люди...
– Люди ни причем - замотал головой орк.
– Мы бы точно знали. От людей чесноком-луком пахнет - наши псы бы учуяли. Да и те из наших, кто выжил, гофорили, что нападали именно эльфы. А то и быфало, что лишь один уцелефший придет и скажет - эльфы напали! Вот так...