Урус-хаи
Шрифт:
– А ну, твари Саурона., вон с нашей земли! Уходите, прислужники Врага!
Мы с Кристиной удивленно переглянулись.
– Ничего не понимаю... Ролевики, что в роль так глубоко вжились?
– прозвучал в моих наушниках голос командира.
Несмотря на заявление моей жены, отсутствие радио, и многие другие косвенные признаки, многие из нас цеплялись за мысль, что может, встретим людей и все объяснится просто и прозаично. Но эти люди, одетые в одежду явно не фабричного производства, в деревянных башмаках
– Что будем делать?
– спросил Андрей.
Я задумчиво протянул.
– Право, не знаю. Нужно потребовать встречи со старейшинами этой деревни.
– А они согласятся?
– По крайней мере попробовать нужно.
Андрей откашлялся и...
– Хамы, быдло, холопы!!!
– заорал он на мужиков.
– Так-то вы отважных героев встречаете?!? Мы из плена вражеского бежали, его хитроумные машины утащили!!! А вы? Вместо того, чтоб сердечно принять, хлебосольно, чуть на вилы не подняли! Право, если ваш сюзерен узнает...
– Пощадите, милорд!!!
– парни рухнули на колени.
– Не признали-с!
– Так! В глаза смотреть! Не отводить! Говорить правду и только правду!
– Андрей на моих глазах все больше становился средневековым феодалом. Неужели гены родовитых предков заговорили?
– Как деревенька ваша называется?
– Березняки, господин!
– пролаял, вскакивая на ноги и срывая с головы шапку, какой-то мужик.
– Простите, господин рыцарь, не признали-с мы! А хозяина у нас-то нет. Сложил он голову в стычке с орками, наш Варагорн Гондорский! С того времени мы без сюзерена и перебиваемся вот уж год... И дел нерешенных у нас выше крыши накопилось - мелкие-то наш сельский сход решает, а крупные - по законам старинным только сюзерен и может разбирать...
Андрей бессильно уселся на землю и обратился ко мне.
– Ты слышал? Нас, похоже, в Гондор занесло...
– растерянно произнес он.
Я решительно вылез из машины и обратился к крестьянам:
– Мы у вас погостим, дела заодно и разрешим. А вы проясните нам политическую обстановку - кто сейчас в Минас-Тирите сидит?
– Сиятельный наместник Дэнетор!
– с готовностью доложил мужик, не обратив .
Я дернул ручку стартера. Двигатель довольно загудел. Гондорский самогон оказался прекрасным заменителем бензина и нашего этилового спирта.
Хотя Федор Копытов, знаток разновидностей 'огненной воды' был в глубоком огорчении, что придется поить его автомобиль драгоценной влагой, но своего 'Льва', которого он сам сотворил из разных частей старых машин - например, корпус был от списанного милицейского 'уазика', а двери и другие детали достались от иномарок, Копытов
Сейчас ребята осваивали обнаруженную близ деревни Березняки горку с крутыми склонами, а мы с Кристиной и несколькими ребятами остались знакомиться с бытом деревенских.
Кристина сказала:
– Я читала Толкиена, и знаешь, не все так, как я представляла. Да и кино...
– реальный мир Средиземья и похож и непохож.
Я ответил:
– Когда человек читает книгу - он как бы прокручивает свое кино в воображении. А экранизация книги - это когда режиссер заснял свое кино и показал всем. Вспомни, как смешно смотреть зарубежные фильмы про нас. И думаю, гондорцы бы изрядно посмеялись, увидь они кадры 'Хранителя' об их стране.
Девушка согласно кивнула.
...Вечером наша компания собралась посмотреть на устроенное Сергеевым шоу 'Княжеский суд'
Для этого случая перед домом старосты установили снятое с одного из автомобилей кресло. На нем восседал Андрей Воронцов, а по обе стороны импровизированного 'трона' крепко сжимали в руках гаечные ключи его товарищи Павел Иванов и Константин Варенкин. Евгения Романова была за секретаршу. Все они хранили серьезное выражение лиц, и только глаза блестели от едва сдерживаемого смеха.
К 'трону' подошли три крестьянина, сняли шапки, поклонились.
– Какова тяжба между вами?
– спросил Воронцов.
Один из крестьян, высокий бородач, вышел вперед и заговорил:
– Тяжба наша, рыцарь, такова: Я с семьей прошлым летом работал у нашего кабатчика, хозяина 'Меча и шпоры', - он указал на стоявшего рядом с ним хмурого толстяка. Нас он кормил так себе, а вот для богатых проезжих такие обеды готовил! Чудный аромат был...
– Вот-вот!
– подтвердил кабатчик.
– Он работал у меня сто дней, а следовательно, должен уплатить за запах трехсот трапез - завтраков, обедов и ужинов - итого сто серебряных монет!
Сергеев усмехнулся.
– У кого здесь есть серебряные монеты?
– спросил он.
– Сию секунду - засуетился кабатчик и протянул кошель нашему товарищу.
Сергеев потряс у уха трактирщика кошелем.
– Что слышишь, добрый человек?
– Звон серебряных монет!
– Вот! Долг уплачен. Звон ста серебряных монет - это цена трехсот вкусных запахов! Бери свой звон и иди домой.
Потрясенный кабатчик поспешил уйти, не забыв забрать свой кошель. Крестьянин растерянно посмотрел на Воронцова.
– Не волнуйся, - усмехнулся новоиспеченный судья - Вы теперь в расчете!
Крестьянин поклонился.
Несколько стоявших в толпе крестьян переглянулись и нерешительно подошли к нашему судье.