Услышать эхо

Фомичев Алексей Сергеевич

– А что еще? Ты не в строю, приказывать тебе я не могу. Только просить.

– Хорошо, – качнул головой Денис. – Тогда до связи.

«Один есть, – радовался Трофимов, садясь в машину. – Как ни странно, первого уговорил Навруцкого. Хотя в нем был уверен меньше всего. Теперь бы Глеб пришел в себя. И дал добро на работу. Тогда можно считать, предварительный этап пройден. И приступать к основному… Лишь бы не зря все…»

Дэн сидел на диване, глядя на микроноситель, и покачивал носком закинутой на ногу ноги.

Он тоже думал. И мысли его были нерадостные.

«Почти сплошное вранье. И причина выбора, и цели задания, и фронт работ. С каких это пор ГРУ проводит расследования таким странным способом, доверяя посторонним? Что за ерунда с клонами? Что за заговор в корпорации? Кому, на хрен, сдались эти роботизированные игрушки? Почему этим занимается Трофимов, у него вроде иное направление? Ясно одно – мне отведена роль массовки, ширмы. Или подопытного кролика. А то и все вместе. Ладно, если уж им так надо. И если они готовы платить…

Кстати, хороший повод исчезнуть из столицы на некоторое время. Пока не утихнут страсти вокруг гибели этих подонков. А Трофимов об этом вроде бы ничего и не знает. Или очень хорошо притворятся. Впрочем, теперь это не важно…»

Дэн взял микроноситель, покатал его в руке и одним махом осушил бокал с «мартини». Глубоко вздохнул. В его опустошенной душе появился крохотный росток интереса, заставивший отступить беспросветную тоску и грусть. И это уже было неплохо…

Подмосковье, дача генерала Раскотина

– …Повторный визит к Щеглову был более продуктивным. Глеб почти сразу дал добро.

– Без вопросов?

– Не совсем. Но ему хватило моих объяснений. Подозрительностью Навруцкого он не страдает.

Трофимов позволил себе легкую улыбку. Сделав паузу, отхлебнул из бокала с зеленым чаем.

– Щеглов приступит к заданию завтра. Сначала поездка в Коломну, наем на работу в детективное агентство Макарова. Затем вояж на Байкал, в парк «Фантазии». Кстати, Глеб был рад, когда я предложил взять с собой сына.

– А Навруцкий?

– Он приступит чуть позже. Нельзя им одновременно появляться. Все же не исключен вариант утечки информации из нашего министерства.

Раскотин сидел в низком кресле, держа бокал в левой руке. Правой он изредка потирал щеку – старая привычка после ранения. Едва заметный шрам – метка двадцатишестилетней давности, когда молодой лейтенант принимал участие в боевых действиях в Чечне. Войне, затянувшейся аж до двенадцатого года.

– Их встреча на игре более чем вероятна. Особенно если они успешно преодолеют первые этапы.

– Да. Но оба действуют по легенде и знают, что сказать друг другу.

– Навруцкий не поверит точно.

– Думаю, это уже не будет иметь значения, – вновь улыбнулся полковник.

– Что по другим направлениям?

– Мы зафиксировали отгрузку левой партии аппаратуры, но доказать это пока не можем. Наша агентура на Байкале и в Анапе ничего особенного не обнаружила. Зарубежные источники тоже молчат. Если противник и ведет какую-то деятельность, то очень осторожно. И концы в воду прячет профессионально. Что позволяет говорить о наличии в их рядах хороших специалистов.

– Что

ж. – Раскотин допил чай, поставил бокал на низкий столик. – У нас нет иного выхода, как опередить их. Так что нам двоим предстоит большая работа. Которую надо проводить одновременно с основной деятельностью. Чтобы никто ничего не заметил.

– Вдвоем? – чуть повысил голос Трофимов. – А Коновалов?

– А Коновалов обеспечивает прикрытие. Чтобы наша родная контора не ставила палки в колеса. Он же займется контактами с «соседями». Ибо рано или поздно, но придется на них выходить. Если деятельность Щеглова и Навруцкого или других источников принесет результаты. Кстати… что ты там говорил о Навруцком?

– Что? А, да! Я обратил внимание, как повел себя Денис в конце встречи. Его странный вопрос о моих действиях в случае его отказа, интонация… Показалось, что он думал, будто я что-то знаю о нем. А может, я и не прав…

– То есть он опасался, что у нас есть на него компромат? Для шантажа? – уточнил генерал, быстро уловивший суть дела.

– Вроде того. После возвращения от него я вновь проверил досье Дениса. Но там чисто. Все мало-мальски важные моменты отражены.

– Возможно, мы чего-то и правда не знаем, – задумчиво произнес Раскотин. – В любом случае его испуг пошел нам на пользу. А ты посмотри еще. Не исключено, он где-то оставил след.

– След чего?

Раскотин улыбнулся и потер щеку.

– След своего отражения…

5

– …Папа, а ведь гномы и эльфы не настоящие, правда?

– Нет, сынок, не настоящие. Это киберы.

– Они очень похожи на живых…

– Их специально так сделали. Тебе нравится?

– Да. А их можно потрогать?

– Ну-у… не знаю…

– Трогать можно, – вмешался в разговор смотритель парка в светло-синей форме с большим фирменным знаком корпорации на левой стороне груди. – А вот залезать на него не стоит.

Глеб улыбнулся и подмигнул сыну.

– Слышал? Трогать можно. А кататься ты больше на папе привык. Верно?

– Ага.

Сын Глеба семилетний Коля (или Николка, как звали его дома и в школе) смущенно кивнул и робко подошел к стоящему в нескольких метрах роботу-гному. Кибер, одетый, как служитель, в светло-синий костюм, приветливо улыбался, махал руками, глядя своими темно-серыми глазами на проходивших мимо родителей с детьми, и произносил одну и ту же фразу:

– Добро пожаловать в наш парк «Фантазия», друзья! Мы рады вас видеть!

Николка подошел к гному, поднял руку и осторожно дотронулся до гнома. Тот не обратил на него внимания, повторяя слова и раздвигая губы в большой, несколько уродливой улыбке.

– Ой! – Коля отдернул руку и повернулся к отцу. – Он теплый! И как живой!

– Конечно! – подтвердил служитель, переводя взгляд с ребенка на отца. – Их температура тела равна тридцати семи градусам. Практически как у человека. Это простая кибер-модель. У нее только одна функция – зазывала.

– Ясно. – Глеб посмотрел вперед, где в двух десятках шагов и начинался, собственно, парк «Фантазия». – А у вас есть какие-нибудь путеводители по парку? Программки там…