Услышать тебя...
Шрифт:
— Мне, конечно, было бы трудно с тобой справиться. ..
— Я с девчонками не воюю.
— О чем же тогда жалеешь?
— Я жалею?! — воскликнул он. — Я жалею, что раньше тебя не встретил!
— Не жалей, Сережа…
Он посмотрел ей в глаза, и черные брови сошлись вместе. Лицо у него стало обиженным, как у ребенка.
— Я понимаю, у каждого из нас что-то осталось в прошлом... — сказал он. — Только мне наплевать на это прошлое! Есть настоящее, и есть ты! Прошлого уже нет. Оно кончилось.
— Кончилось… — вырвалось у нее. — Мне подруга сказала, когда я вернусь с практики... — Взглянув на
— Ну и что? — спросил он.
— Все это ерунда, —улыбнулась она.
— Все, кроме нас с тобой…
— Сережа, — пряча улыбку, сказала она, — ты начинаешь мне нравиться... — и, стрельнув на него глазами, побежала по примятой траве, к скамейке, где осталась ее сумочка.
6
Он лежал в траве на пустынном берегу Дятлинки и смотрел в небо. Над городом плыли причудливые кучевые облака. Они меняли свои очертания, соприкасались друг с другом, неожиданно то на одном, то на другом из них возникали рваные голубые дыры, будто кто-то с той стороны протыкал облака гигантским копьем.
Сергей ждал Николая Бутрехина, которого не застал дома, В последние дни произошло столько значительных событий в его жизни, что не мешало бы вот так, наедине с собой, поразмыслить. . . Скажи кто-нибудь неделю назад, что он женится, Сергей рассмеялся бы. А теперь такие далекие, как Антарктида, понятия «женитьба», «загс», «свадьба» стали реальностью.
Это случилось неожиданно, В город нежданной гостьей завернула грозовая туча, и, когда зеленые молнии отсверкали на низком густо-синем небе, хлынул проливной дождь. Сергей и Лиля ужинали в ресторане. Никто из них не думал, что дождь зарядил чуть ли не до утра. В сумеречном зале ресторана почти никого не было. Они рассчитались, и теперь сидели и смотрели в окно. Пляшущие струи бежали по стеклам, погромыхивал гром, иногда сверкала молния и на столовых приборах вспыхивал зеленоватый отблеск. А когда сильные косые струи дождя пунктирами перечеркнули улицу и на тротуаре заплясали веселые маленькие фонтанчики, Лиля нерешительно сказала, что можно подняться к ней в номер... На час, не больше, потому что вечером придет соседка, которую к ней подселили.
Соседка действительно пришла... за чемоданом. Она уезжала на автобусе в Псков.. . Соседка ушла, и они снова остались вдвоем. А дождь все лил и лил. С железного карниза со звоном летели вниз брызги, дождь барабанил в крыши домов, мерно и мощно шумел в листве, грохотал в водосточных трубах...
И Сергей остался у Лили до утра.
А утром, когда в сквере напротив мокрые деревья до половины купались в густом молочном тумане, а на маленьком балконе ворковали голуби, Лиля, стоя перед зеркалом и расчесывая волосы, рассказывала:
— .. .Мы в одной школе учились, правда, в разных классах. Он мне нравился. Говорил, что любит, жить без меня не может, женится, как только закончит институт. Он бы и сейчас женился, но родители ни за что не разрешат, а если ослушается, то ни копейки не получит из дома... А потом я узнала его получше... Не встреть тебя, честное слово, я бы считала всех мужчин негодяями... Никто мне столько зла в жизни не сделал, сколько этот человек. . .
— Зачем ты мне все это рассказываешь? — перебил Сергей. — Мне неинтересно.
Ему было не только неинтересно, но и неприятно слушать. Какое
Лиля говорила и говорила, а он любовался ею. Щетка, с треском высекая невидимые искры, гуляла по ее пушистой голове, сквозь расчесанные каштановые пряди волос алело ухо, на полных смуглых руках выше локтя отпечатались два фиолетовых пятна — следы его пальцев.
Эта девушка пришла к нему из другого, незнакомого мира. Москва, университет... Родом Лиля из Андижана. По тем скупым фразам, которые она обронила о доме, можно было понять, что в детстве она, в отличие от Сергея, не знала никакой нужды. Родители ее врачи. У них большая квартира, прекрасный фруктовый сад, хауз — чистый проточный пруд, в котором можно купаться. Вечерами отец сам жарит отменные шашлыки, яичницу с помидорами. .. Яичницу с помидорами Сергей никогда не ел. Есть у Лили брат Витя. Он еще в школе учится. В общем, хорошая дружная семья. Дети любят и уважают родителей, а те ничего не жалеют для детей.
То, что Лиля учится в университете, уже накладывало на нее отпечаток интеллигентности, образованности. Так уж получилось, что до встречи с Лилей Сергей знал лишь простых провинциальных девушек. В них не было этакого столичного шарма, что ли, даже сама манера разговаривать отличала Лилю от них, не говоря уж о вкусе, умении модно одеваться.
В эту дождливую страстную ночь, когда он сжимал Лилю в объятиях, у него как-то само собой вырвалось признание в любви. Самое первое в жизни. А когда Лиля не очень-то и всерьез спросила, хочет ли он на ней жениться, Сергей не задумавшись ответил: «Да! ..»
Ему было приятно, что эта красивая девушка сама
заговорила о замужестве. Конечно, он понимал, что все это еще проверка друг друга. Такая девушка и не могла просто так, бездумно, отдаться малознакомому мужчине. . . А почему бы и на самом деле не жениться? Ни с кем ему еще не было так хорошо, и никогда еще всерьез не приходила в голову мысль на ком бы то ни было жениться. А сейчас вот пришла... Он, Сергей, не из тех парней, которые будут целый год приглядываться к
девушке, изучать ее, взвешивать все за и против. Он знает и таких, которые годы дружили, а, поженившись, через несколько месяцев расходились... Сейчас он чувствует, что Лиля ему просто необходима. Он не может без нее. Как маятник в часах, постоянно бьется в нем мысль о ней. Постоянно. И днем и ночью.
В общем, все подсказывает, что Лиля — это его судьба. Страшно даже подумать, что они могли не встретиться. . .
Зачем она ему рассказывает про какого-то Роберта? ..
— Ну его к черту! —снова перебил Сергей и властно обнял ее. Эта девушка теперь принадлежала только ему. Он вдыхал ее запах, ласкал, целовал в шею, плечи. Жестом собственника снял с волос белую пушинку.
— Ты меня не будешь попрекать, Сережа?— спросила Лиля.
— Чего мы так рано поднялись! — сказал он, увлекая ее к разобранной постели.